я стояла на коленях в снегу, готовая к смерти. А сегодня... сегодня я жду своей свадьбы.
— Сяомин! — крикнул из дома Тан-эр. — Собирайся быстрее, тут без тебя никак!
— Бегу! — отозвалась я и, укутавшись в плащ, пахнувший любимым мужчиной, понеслась в дом.
Глава 40
Утро началось с необъяснимой тревоги, появившейся где-то глубоко внутри. Едва первые лучи солнца коснулись черепичной крыши поместья Вэй, как во дворе засуетились слуги, а матушка ворвалась в мою комнату с таким видом, словно решалась судьба всей империи.
— Вставай, соня! — скомандовала она, распахивая шторы. — Гонец от императора прибыл. Велит явиться во дворец к полудню.
Я села на кровати, чувствуя, как внутри всё сжимается. Так скоро?.. Успеем ли мы собраться? Успеем ли придумать, что говорить, если разговор пойдёт не в ту сторону?
— Матушка, — начала я осторожно, — а если император снова заговорит о моей свадьбе с принцем? Если он передумает? Что тогда? И какого принца он пророчил мне в мужья? Своего младшего брата? Или племянника?
Мать обернулась, и в её глазах я увидела ту самую сталь, что делала её истинной дочерью воинского рода.
— Да какая разница какого? Если он начнёт этот разговор снова, тогда мы напомним ему, что указ уже подписан. Что слово императора — закон даже для него самого. Что твой жених — регент Даяо, и менять своё решение в этой ситуации не только неприлично, но и недальновидно.
— А если...
— Вэй Сяомин, — мать упёрла руки в бока, и я поняла — спорить бесполезно. — Хватит накручивать себя. Иди умывайся, одевайся, и чтобы скоро ты была готова. Твой отец уже распорядился подать экипаж.
Я вздохнула, но спорить не стала. Мать права — гадать бесполезно. Надо просто ехать и быть готовой ко всему.
Тао-Тао и А-Си кружили вокруг меня, как две взволнованные пчёлки. Тао-Тао выбирала украшения, А-Си поправляла складки платья. Я смотрела на своё отражение в зеркале и не узнавала себя. Лазурный шёлк с серебряной вышивкой, высокая причёска с нефритовой шпилькой, подаренной Линь Янём, лёгкий румянец на щеках... Настоящая принцесса. Раньше я не любила так наряжаться, но сейчас должна была соответствовать полученному от Его Величества титулу. В конце концов, я принцесса.
— Вы самая красивая, госпожа, — выдохнула Тао-Тао, закрепляя последнюю шпильку.
— Самая-самая, — поддакнула А-Си, сияя от счастья.
Я улыбнулась им, взяла себя в руки и вышла к экипажу.
Отец ждал у ворот. Он был в парадных одеждах, серьёзный и сосредоточенный, но в глазах его светилась гордость.
— Не бойся, дочка, — сказал он, помогая мне взобраться в экипаж. — Я с тобой.
— Я не боюсь, — ответила я, и это была правда.
Рядом с отцом, с матерью, с любовью, что была сильнее любых указов, я действительно ничего не боялась. Волновалась, конечно, но страхов не было. Сразившись с самой тьмой, я была готова к любому повороту.
Дворец встретил нас привычной суетой. Слуги сновали по коридорам, евнухи шушукались в углах, сановники в парадных халатах перешёптывались, провожая нас взглядами. Принцесса Вэй, героиня Цзинь, сбежавшая невеста генерала Севера, излечившая наложницу, победившая тьму — я знала, что обо мне говорили. Но мне было всё равно.
Главный евнух встретил нас у входа в тронный зал. Его лицо было бесстрастным, но в глазах мелькнуло что-то, похожее на одобрение.
— Его Величество ждёт вас, принцесса Вэй. И вашего жениха.
— Моего жениха? — переспросила я, не понимая при чём здесь Линь Янь.
Никто не говорил, что он тоже должен прибыть ко двору. Речь ведь шла о нём, а не о «том самом» принце? Мне стало немного не по себе от мысли, что всё-таки речь пойдёт о свадьбе с ним...
— Генерал Линь уже прибыл. Его Величество пожелал видеть вас обоих.
Я перевела взгляд на отца, но тот лишь кивнул, подбадривая. Глубоко вздохнув, я шагнула вперёд. Хорошо, что мой генерал был здесь. Вместе нам точно удастся убедить Его Величество не менять свой указ.
Тронный зал сиял золотом и нефритом. Император восседал на своём месте, величественный и спокойный, и рядом с ним... рядом с ним сидела наложница Сюй. Её лицо сияло здоровьем, а на губах играла едва заметная улыбка. Её рука покоилась на руке императора, и в этом жесте было столько тепла, что у меня защипало в глазах. Я была рада, что сумела поспособствовать их счастью. Они оба заслуживали настоящей любви.
Перед троном, прямой, как клинок, в одеждах цвета ночного неба, стоял Линь Янь. Он обернулся, когда я вошла, и в его взгляде я прочла всё — и любовь, и гордость, и обещание, что мы справимся.
Я встала рядом с ним, и наши пальцы встретились, сплелись. Тайное, никому незаметное благодаря нашим одеждам, но такое важное прикосновение, вселяющее уверенность, что всё будет хорошо.
— Вэй Сяомин, — голос императора разнёсся по залу, и я опустилась на колени, потянув за собой Линь Яня. — Встаньте, встаньте. Сегодня не тот день, чтобы стоять на коленях.
Мы поднялись, и я встретилась взглядом с Его Величеством. В его глазах не было гнева — только спокойная, мудрая усталость человека, пережившего слишком многое.
— Я призвал вас, чтобы сказать спасибо, — продолжил император, и в зале повисла тишина. — Ты, Вэй Сяомин, и вы, генерал Линь, совершили невозможное. Вы остановили войну, которая грозила уничтожить оба наших государства. Вы раскрыли заговор, который зрел годами. Вы спасли не только свои жизни, но и жизни тысяч людей.
Он перевёл взгляд на наложницу Сюй, и та улыбнулась ему в ответ — так светло, так искренне, что у меня защемило сердце. Теперь она стала императрицей. Они сияла от счастья, но её взор не изменился — она смотрела на меня, как на равную, как это было раньше, когда я занималась её лечением. В её взгляде не было надменности. Она станет лучшей императрицей для Цзинь.
— Я знаю, о чём вы думаете, — усмехнулся император, глядя на меня. — Не бойся, Вэй Сяомин. Я не собираюсь нарушать данное слово. Ваша помолвка с генералом Линем остаётся в силе. Менять коней на переправе — удел глупцов. А я, надеюсь, к ним не отношусь.
Я выдохнула — так явно, что Линь Янь рядом едва заметно усмехнулся.
— Тем более, — продолжил император, и в голосе его зазвучали лукавые нотки, — генерал Линь теперь регент Даяо. Дурной тон обижать таких важных гостей. А ты, дочка, не забывай: ты из Цзинь. Если этот твой генерал когда-нибудь перестанет тебя устраивать, — он бросил быстрый взгляд на Линь Яня, и
