сократил расстояние между нами и присел на краешек кровати. Правда, уставился куда-то в стену, оставив мне любоваться идеальным профилем.
— Я не вижу причин тебе злиться. После нашей встречи я порвал с двумя демоницами, с которыми был в отношениях. Третья, та самая, что заплатила Эбби, только числилась в любовницах, потому что контракт еще не истек. Я согласился не портить ей репутацию, хотя заметил, что она использовала ту дрянь, которую Эбби когда-то продавала моей невесте.
Очередная колкость вертелась на кончике языка. Он называл Абигейл Эбби. До сегодняшнего дня я тоже говорила так на правах подруги, а он… Бросил суккубу давным-давно, но при этом не стал изгонять из столицы. Видел же, что та плела вокруг него паутину. В противном случае прозвучавшие разоблачения касательно супруги хоть как-то бы его взволновали.
Так, надо самой определиться. То ли меня расстраивало, что он был жесток с этой гадюкой, то ли возмущало, что столь на многое закрывал глаза.
— Не молчи, — вздохнул герцог. — В этом вся Абигейл. Ты пожалела ее и к ней же приревновала… У нас был роман лет за десять до моей свадьбы. Меня зацепила ее пронзительная красота, надлом, скрытый вызов. Вот только, когда мы проводили вместе больше пары часов, начинала болеть голова. Злая женщина — это напасть похлеще мигрени… Хотя, да, она умела скрывать свою натуру.
— Вы сумели зафиксировать ее слова? Она же призналась не в одном преступлении. А что будет с несчастными, которых заставили обслуживать всех этих?…
Конвей взял мою ладонь, развернул ее внутренней стороной, поцеловал. Как будто благодарил и признавался в любви одновременно. Но я же ничего такого не сказала.
— Ты такая… В первую очередь думаешь о других… Не волнуйся, мы со всем разобрались. Если меня тыкнуть носом, то я все же вынужден делать свою работу.
— Что же тебя так разозлило? Мои слова, что глупо зацикливаться только на отношениях? Ты еще пять минут назад дулся.
Конвей наклонился надо мной. Медленно провел пальцем по шее, погладил плечо. Вот кто из нас двоих правильный возлюбленный. Это потому, что он категорически во всем стремится к совершенству… И глаза такие, что в них можно утонуть.
— Я не дулся, а переживал. Во-первых, я демон и не могу не зацикливаться. Во-вторых, не мешай мне самобичеваться. Суккуба столько всего провернула под носом у меня и у Де Агуэры, а вывел ее на чистую воду Выш. У него сумасшедшее чутье, как только дело касается тебя или Френсиса. Из-за одного лепрекона на тебе стоило бы немедленно жениться… И кем, спрашивается, я должен себя чувствовать?
Я уже открыла рот, чтобы напомнить, что на нем целый город и добрая половина Бездны. Что он всегда занят и ежедневно пропускает и ланч, и обед… Но когда столкнулась со взглядом этих чистых голубых глаз, внутри все перевернулось и слова застряли где-то на подходе.
Рука сама потянулась к открытому вороту белой рубашки. Другой я ухватилась за плечо, чтобы удобнее притянуть его поближе. В зрачках демона победно сверкнули язычки пламени, намекая, что так и было задумано.
Умеете вы надавить на жалость, Ваша Светлость.
Глава 94
Что же, надо признать, что за несколько недель в Сноу-Лодже из энергичного администратора клуба для суккуб, которая параллельно организовывала праздники на природе, я превратилась в разнеженную даму. Разучилась просыпаться раньше плюс минус десяти утра — а после благодушно наблюдала, как кто-то из девушек заносил поднос с чаем, а с ним и блюдо с кексами или сэндвичами.
Раньше моей главной проблемой была погода. В ненастные дни кожу на руках саданило так, что они отказывались слушаться. К тому же какой может быть пикник, если из пустыни опять налетел суховей и за пределы города запрещено выезжать? Теперь мое расписание целиком зависело от настроения одного ясноглазого демона… А оно менялось похлеще, чем небо над Бездной.
Этим утром Конвей, не получив внятного ответа на вопрос, согласна ли я выйти за него замуж, сошел с лица и заявил, что его не будет ни к обеду, ни вообще. Мол, дела, дорогая, я заночую на работе… Мое напоминание, что в этом тысячелетии он жениться не собирался и даже предлагал присмотреться к другим бесам, герцог категорически не оценил. Но дверью не хлопнул. Воспитанный черт.
Надела кольца — полезай в кузов? Хм, вот что делают с женщиной порочащие связи… И еще бекон оказался пережаренным. Пожалуй, пора объяснить Конвею, что готовые блюда из ресторанов это хорошо, но горничные нужны для того, чтобы убирать в комнатах, а не готовить бутерброды.
После обеда в мой чуланчик-кабинет ворвался Френсис. Я по привычке вздрогнула. Ну, не мог этот смышленый мальчик не сложить два и два и не заподозрить, что экономку не просто так поселили в опасной близости от герцогской спальни.
Демоненок, устраивавший охоту на всех особ женского пола подходящего брачного возраста, в последние дни меня игнорировал. Не желал ссориться с Вышем?
— Хотел бы я так, — вздохнул он. — Сначала вы столкнулись в нашем доме с пришлым демоном и тварями из Прорехи. Затем разоблачили суккубих прямо в их логове. Или это не случайность и на самом деле вы переодетый надзиратель?
Про то, что в обоих случаях с проблемами разбирался его отец, а вовсе не я, конечно, упоминать не стала.
— Если бы я встретила тварей, то сейчас бы с тобой не разговаривала. Во мне же нет магии. Однако вокруг вашей семьи, действительно, неспокойно. Я точно не справилась бы без помощи Вышеслава.
Френсис смотрел исподлобья, гадая, была ли в моих словах правда. Лепрекон утверждал, что для своего возраста он очень способный и ловкий. Я же видела перед собой худенького мальчугана с длинной шеей и непослушными вихрами.
— Вам следует обращаться ко мне на «вы». Я такой же господин, как мой отец. Но вы этого не делаете, потому что уже чувствуете себя хозяйкой. Только ведете себя как гостья, — разложил он по полочкам. — И, кстати, у вас есть магия. Хотя бы чужая. Научитесь пользоваться артефактами и не почувствуете никакой разницы. У многих рас, перебравшихся в Бездну, родовая магия пропала, а у людей всегда была слабой.
Похоже, он все-таки не думал нападать или пакостить.
— Спасибо за совет, мой лорд. В мире, откуда я, на «вы» к детям обращаются разве что учителя, чтобы еще больше
