Пользуясь случаем, хочу отметить, что рассмотрение всего русско-немецкого раговорника и аналогичного «Краткого военного русско-английского разговорника», изданного тем же издательством в 1940 г. (подписан к печати 15.7.40 г.), значительная часть факсимиле которых введена в оборот интересными и содержательными публикациями К. Закорецкого в Интернете, привели меня к следующему выводу. Содержание обоих разговорников отражает позицию Сталина в предвоенный период: с равной степенью вероятности их можно было использовать в общении бойцов и командиров Красной Армии с населением Германии и Англии как с союзником, так и с противником. Другого варианта просто не могло быть, чтобы не раскрыть стратегический план Сталина.
4. Президиум с двумя неизвестными (Георгиевский зал Кремля 5 мая 1941 г.).
На фото президиума политического и военного руководства страны на встрече 5 мая 1941 г. в Кремле с выпускниками военных академий в книге «Великая тайна…» (с. 33–34 Фотоприложений) не были указаны фамилии двух человек. Это А. И. Ефремов (справа от Шверника) – нарком станкостроения СССР (с. 33) и В. А. Малышев (слева от Мехлиса) – заместитель Председателя Совнаркома и нарком среднего машиностроения СССР (с. 34).
Приношу благодарность читателю из Москвы Николаю Пантелеймоновичу Позднякову за данное в его письме уточнение.
5. Генерал-майор авиации В. П. Белов не был репрессирован в июне 41-го!
Генерал-майор авиации Василий Павлович Белов, начальник Управления кадров ВВС РККА, в книге «Великая тайна…» [с. 245] был указан среди устраненных перед самой войной высших военачальников ВВС. Сообщение о нем завершалось так: «Лишен воинского звания генерал-майора 4 июня 1941 г., даты ареста и расстрела неизвестны».
В последние годы в Интернете появилась информация, что в первый день войны город Кобрин прикрывали полки 10-й СмАД полковника Белова. Сразу подумалось, не того ли Белова В. П., который перед войной был начальником управления кадров ВВС и который решением Политбюро и СНК был лишен звания генерал-майора авиации? Оказалось, что это другой Белов. Однако выяснилось, что до ареста и расстрела В. П. Белова дело не дошло. Обнаруженный мной в РГАСПИ документ, решивший судьбу генерала, – выписка из Решения Политбюро (п. 33/178 от 3.VI-41 г.) – выглядит так:
О лишении Белова В. П. звания генерал-майора авиации.
Принять предложения НКО о лишении т. Белова В. П. звания генерал-майора авиации за нарушение порядка в подборе кадров и протаскивание на руководящие посты ВВС непроверенных и политически сомнительных людей.
Прочитав этот текст, я предположил, что положение Белова было не таким уж безнадежным. Во-первых, в решении отсутствует слово «преступно», во-вторых, не упоминается НКГБ, в-третьих, отсутствует слово «бывший» и вообще не называется его должность. Так может быть, его оставили в ВВС в звании, скажем, полковника и перевели куда-нибудь в глубинку?
Какова же была моя радость, когда я обнаружил, что именно так и случилось! В начале войны В. П. Белов был назначен начальником Челябинского авиационного училища [56, c. 83]. Причем в том же звании генерал-майора авиации! Но здесь, несомненно, какая-то ошибка – решения Политбюро в СССР в те годы выполнялись неукоснительно. И это немедленно подтвердил интернетовский «Список генералов Красной Армии», в котором указано, что В. П. Белов вторично стал генерал-майором авиации лишь 30.04.1943 г., зато дата присвоения ему звания генерал-лейтенанта в обоих документах одна – 13.03.1944 г.
Тайна начала войны – концы в воду!
(А. Маринеско и Э. Кох)
Почему-то к открытиям ведут две, казалось бы, совершенно разные дороги.
Первая прокладывается там, где работа идет давно и многое очень хорошо известно. Она как тоннель, трасса которого заранее намечена, и исследователь очень долго «грызет» в одном направлении толщу незнания. И вот, как бы велика она ни была, рушится последняя миллиметровая стенка – и свет открывшейся истины ослепляет как солнце! При этом ученый, посвятивший всю свою жизнь решению одной проблемы, специально для этого получивший образование, ни разу ей не изменивший, защитивший по этой теме диссертации на звание кандидата и доктора наук, в конце-концов даже избранный академиком, успешно и закономерно заканчивает свою огромную подвижническую работу большим открытием!
Другая дорога проходит по неизведанной местности. Нередко самые крупные открытия делаются на стыках двух наук – как бы на нейтральной полосе, на ничейной земле, которая изначально считалась не своей, поэтому не пытались на нее ступить. Там была целина, Теrra incognita. Порой даже запретная территория, грозящая самыми страшными карами тому, кто туда сунется… И вдруг какой-то чудак выскакивает на эту заповедную нейтральную полосу, не зря ведь пел В. Высоцкий: «А на нейтральной полосе цветы необычайной красоты!» Ибо это цветы Истины.
И вот этот чудак, не побоявшись огня, который откроют по нему с обеих сторон, иногда даже не подозревая, как рискованно ходить по полосе, где не ступала нога человека, не получив не только ничьего указания, но даже разрешения, а имея одно лишь горячее желание узнать Истину, держит в руке ее заветный цветок и даже другим предлагает им полюбоваться и вдохнуть его аромат.
И это вполне закономерно. Сократовское изречение «Я знаю только то, что ничего не знаю» расширяет поиск истины до бесконечности, снимает все запреты с возможных ее вариантов, что позволяет сопоставлять самые невероятные факты из разных сфер жизни и находить поразительное решение, объясняющее их.
Должен признать, что автор книги, которую вы держите в руках, то ли по причине своего непрофессионализма, то ли из-за ограниченного времени, отпущенного ему судьбой на эту работу, часто использовал второй из двух описанных выше путей поиска истины. И я снова вынужден пойти таким путем в поисках новых доказательств правильности моей гипотезы начала войны, на сей раз рассматривая две исторические личности, причастность которых к тайне начала Великой Отечественной войны, на мой взгляд, максимально проявилась в период ее завершения.
Первая из них – бессменный нацистский гауляйтер и обер-президент Восточной Пруссии, правитель Белостокского и Цеханувского округов оккупированной Польши, а также рейхскомиссар оккупированной Украины, обергруппенфюрер СА, нацист с 1922 г. Эрих Кох.
Вторая – командир подводной лодки С-13 (в 1945 г. единственной лодки типа «С», оставшейся на Балтике), советский подводник № 1, потопивший немецкие корабли с рекордным суммарным тоннажем (в их числе лайнер «Вильгельм Густлофф» с количеством находившихся на нем людей, как на пяти «Титаниках», в том числе 70 обученных экипажей для подводных лодок, хотя последнее многими высоким должностными лицами ВМФ оспаривается), капитан третьего ранга Герой Советского Союза Александр Иванович Маринеско.
Эти два человека никогда не встречались и даже не слышали фамилий друг друга, но похоже, что именно с их участием на долгие годы была замурована тайна начала Великой Отечественной войны. Что посвященному в эту тайну Э. Коху на сорок лет продлило жизнь, а Александру Маринеско, понятия о ней не имевшему, на столько же сократило и к тому же превратило в мучения все 18 лет, прожитые им после совершения главного подвига его жизни, получившего название «атака века» (звание Героя ему было присвоено лишь через 27 лет после смерти).
Эрих Кох – гауляйтер и рейхскомиссар
Родился 19 июня 1896 г. в городке Эберфельде (Рейнская область). Окончил вечерние коммерческие курсы. Участвовал в Первой мировой войне в 1916–1918 гг. на Восточном фронте. Старейший член НСДАП (партбилет № 90), с 1925 г. близко сотрудничал с одним из основателей этой партии Г. Штрассером. В своих воспоминаниях Э. Кох пишет: «…два года спустя Грегор Штрассер сказал мне: “Партия направляет вас, Кох, в Восточную Пруссию. Партия дает вам ответственейшее задание: создать там восточное крыло нашего движения…”» Кох переехал в Кёнигсберг. В 1928 г. при разгроме Гитлером оппозиции в партии был исключен из нее, однако через два месяца восстановлен, после чего стал бессменным гауляйтером Восточной Пруссии (1928–1945). С 1930 г. депутат рейхстага. В 1933–1945 гг. обер-президент Восточной Пруссии. Автор книги «НСДАП, идея, вождь и партия». В 1939–1944 гг. гауляйтер и шеф гражданской администрации Белостокского и Цеханувского округов оккупированной Польши. C мая 1942 г. по март 1944-го рейхскомиссар (высший руководитель гражданской и военной администрации) оккупированной немцами Украины. Отличался крайней жестокостью по отношению к населению оккупированных территорий даже на фоне других эмиссаров Третьего рейха (что, по мнению А. Розенберга, О. Скорцени и других лидеров и известных деятелей Третьего рейха, сильно способствовало усилению там партизанского движения).
