к Цою почитателей его творчества. Такие почитатели «жалуются» не на внешних обидчиков, но на какую-то внутреннюю пустоту, они чувствуют, что Цой преодолел, победил эту пустоту, и наполнилось сердце поэта иной, неведомой многим Подлинностью, Мудростью, Красотой и Силой.
Именно к этой таинственной Мудрой Красоте и тянутся люди, они хотят к Ней приобщиться, хотят утолить свой таинственный голод и обрести покой в Ней.
Цой спел не о внешних слезах — эти слёзы не трудно выплакать наружу, их «есть куда деть». Но он спел о внутренних слезах, о духовном плаче. Именно невидимые внутренние слёзы «некуда девать».
Что ложишься спать в надежде забыть всё…
Дневные заботы и дела в какой-то мере заглушают внутреннюю обиду (от изменённого корня «бить») на неполноту, опустошённость внутренней жизни. Такие люди, хотя бы во сне надеются забыть о таинственном духовном голоде и холоде. Но и это напрасно. Пробуждение вновь обострит глубинные вопросы о смысле и цели жизни. Один человек говорил мне о себе: «Я живу ради сна, во сне я свободен от проблем. Я скорее хочу, чтоб закончился каждый день, чтобы скорее уснуть». Сон для него как защитная ракушка и образ гроба.
Но завтра вставать и вспоминать
Всё, что было с тобой…
Сон не может стереть неуничтожимой памяти. Сон — лишь пауза между сериями в фильме «Моя земная жизнь».
Воспоминания приходят к нам для более внимательного просмотра нашей земной жизни, для дополнительного самоопределения и выбора вечности. Приходят для побуждения человека к покаянию, к примирению с Богом и людьми, к молитве за себя и за творивших зло людей.
И плакать опять, и ночь так не спать…
Чувство сиротства без Бога не все люди могут заглушать надолго.
И некому в это время поднять
Твоё настроение ие-ие-ие-е-ее ауу…
Твоё настроение ие-ие-ие-е-е уум…
Твоё настроение ие-ие-ие-е-ее ауу…
Твоё настроение ие-ие-ие-е-е уум…
Никто всерьёз, кроме Бога, не сможет поднять человека в его отпадении от Творца, кроме Творца, пришедшего во плоти и ставшего Богочеловеком — Иисусом Христом.
Ты сидишь у окна с болью, грустью
И думаешь, как обида сильна.
Пока человек замкнут в себе, в своём ограниченном пространстве — как материальном, так и в ментальном, — он не может выйти из этого падшего и повреждённого состояния. Пока человек не выйдет на живую связь с Тем, Кто выше всех творений, на связь с Творцом, он не найдёт Истинного тихого Мира и Царствия Божия в себе.
И исчезла луна, но разве поможет тебе она?
Интуитивно собеседник Цоя смотрит на ночное небо, но тварная луна исчезает, как бы молча говоря своим уходом: «Будучи сотворённой, я не хочу заслонять собой Творца, в твоих поисках смысла жизни и страданий тебя и каждого человека. Я лишь образ душевности, я ухожу, чтобы ты глядел дальше душевности, чтобы нашёл утешение в духовности, в богообщении»…
Конечно, луна не имеет своей воли или прямого обращения к человеку, но это её образное, аллегорическое обращение срежиссировано Богом.
И чья в том вина, что ночь так темна и
Нетерпимо длинна…
Опять риторические вопросы без ответов. Это душевный вздох запутавшегося и заблудившегося в думах и чувствах человека.
Но утро вспыхнет опять тебя утешать…
Конечно, это утешение абсолютно условно и лживо. Утро приходит с житейским шумом и суетой, а они только отвлекают дух и душу человека от внутреннего сиротства.
Но и это не сможет поднять
Твоё настроение ие-ие-ие-е-ее ауу…
Твоё настроение ие-ие-ие-е-е уум…
Твоё настроение ие-ие-ие-е-ее ауу…
Твоё настроение ие-ие-ие-е-е уум…
Ты думаешь, всё происходит только с тобой
И больше ни с кем.
Это удел тайных эгоцентристов — считать свою личность какой-то сверхособенной, потому требующих от других людей особого благоговейного чувства и отношения к себе. Но Цой намекает, что такие же переживания тайной внутренней духовной дурноты и удушья чувствуют многие люди.
Ты ищешь плечо, чтоб поплакать в это плечо.
Продолжая разговор, Цой указывает на то, что и ему знакомо желание найти плечо другого человека, чтобы, поплакав в него, получить душевное укрепление и утешение. Но любое душевное утешение не заменит духовного утешения: самообман останется обманом, и дух человека не насытится душевностью.
Я тоже искал, ночами не спал, но теперь я устал.
На горьком опыте (отпыте, пытке) Цой познал, что не надо искать человеческого ложного утешения. Подлинным Утешителем является ТОЛЬКО БОГ! Устав от пустых и безблагодатных людских утешений, Цой обратился к БОГУ и Им утешен был подлинной Благодатью и сверхмерной радостью от встречи с любящим Творцом.
И сейчас не понять, и словом не сказать,
И пером не описать…
Утешению, пришедшему от Творца, пришедшему из Запредельности в этот трёхмерный мир, может соответствовать лишь слово Таинство. Таинство от непостижимости чувства внутренней радости, простора, Мира и СЧАСТЬя. И вкушение этого блаженства не описуется и не сказывается языком этого мира со всеми его категориями и диапазонами чувств и мышления.
Это не может быть выражено человеческим языком, применяемым в этой жизни.
Моё настроение ие-ие-ие-е-ее ауу…
Моё настроение ие-ие-ие-е-е уум…
Моё настроение ие-ие-ие-е-ее ауу…
Моё настроение ие-ие-ие-е-е уум…
Я хочу быть с тобой
Мы не видели солнца уже несколько дней,
Наши ноги утратили крепость на этом пути,
Мне хотелось войти в дом, но здесь нет дверей,
Руки ищут опору и не могут найти.
Я хочу войти в дом…
Я сточил не один медиатор о тёрку струны,
Видел много озёр, но я не видел морей,
Акробаты под куполом цирка не слышат прибой,
Ты за этой стеной, но я не вижу
