удостоверением, попыталась выяснить результаты предварительного расследования, проведенного комиссаром полиции. Однако разузнать ничего не удалось. Но когда она вернулась в гостиницу, горничная, помнившая, что Патриция отчего-то интересовалась мужчиной из соседнего номера, предложила за соответствующее вознаграждение отдать ей записную книжку постояльца. Она обнаружила ее за батареей отопления. Патриция согласилась и спросила, не было ли там небольшого портфеля. Но, увы, портфеля никто не видел. Наверное, его прихватил нападавший, который и ударил мужчину именно потому, что хотел завладеть документами.
В отделении для карточек Патриция нашла маленькое удостоверение и фотографию в прозрачной обложке. На обороте удостоверения рукой Мак-Аллерми было написано: «(М) – Паула Синнер № 3».
На одной из страниц записной книжки был указан портсмутский адрес некоего Эдгара Беккера (таверна «Сент-Джордж»). Остальные страницы были чистыми. Патриция предположила, что этот Эдгар Беккер, вероятно, и есть тот, кто напал на Дикаря и унес портфель. Видимо, он уже вернулся в Англию со своей добычей. Надеясь выяснить подробности и увидеть самого Беккера, она сразу же отправилась в Гавр, а оттуда через Ла-Манш в Портсмут.
Там она без труда нашла таверну «Сент-Джордж».
В этом небольшом портовом заведении царила суматоха. Хозяин, словоохотливый рыжий толстяк, рассказал, что произошло. Несколько часов назад в таверне было совершено преступление. Некий Эдгар Беккер, который прибыл из Франции и снял комнату при таверне, был найден мертвым.
– А был у него при себе светло-коричневый кожаный портфель? – спросила Патриция, пытаясь сдержать волнение.
– Да, мисс, он достал его из чемодана, а потом поднялся наверх, чтобы отдохнуть. Никто не знает, что там произошло, никто ничего не видел, но через три часа служанка заглянула в его комнату и обнаружила труп. Этого Беккера кто-то задушил.
– А портфель? – спросила Патриция.
– Его там не было. Зато я нашел записную книжку. О, я же так и не сказал об этом полиции!
– Десять фунтов, если вы отдадите ее мне, – предложила молодая женщина.
Хозяин таверны с готовностью согласился:
– Да берите на здоровье. Мне все равно; в конце концов, Беккер задолжал мне, а полиция вряд ли мне заплатит…
В блокноте, похожем на тот, что лежал за батареей в номере Дикаря, нашлось такое же удостоверение, подписанное Мак-Аллерми, и фотография того же формата с пометкой: «(M) – Паула Синнер № 4».
Патриция добралась до Парижа, поселилась в отеле возле площади Этуаль и уже через три дня отправила в газету «Алло, полиция!» статью, которая вызвала в США и во всем мире небывалый ажиотаж.
Сенсацию сулило уже самое ее начало:
Совершено четыре преступления: два в Нью-Йорке, одно в Англии и еще одно в Париже. На первый взгляд между ними нет ничего общего, и я не думаю, что полиция при всем желании смогла бы обнаружить здесь хоть малейшую связь… Но все они – звенья одной цепи, и я собираюсь это доказать.
Затем Патриция писала о своем разговоре с Мак-Аллерми, о причинах, побудивших ее вечером следовать за ним по улицам города, о встрече одиннадцати человек в магазине на площади Свободы, о краже светло-коричневого кожаного портфеля, о трагическом телефонном звонке Фредерику Филдсу, о своей поездке в Европу и, наконец, о том, что ей известно о двух других преступлениях.
История была изложена мастерски! Четко, ясно, безупречно логично! Уже с первых строк возникала напряженная атмосфера! О, она хорошо усвоила уроки Мак-Аллерми-старшего!
Статья заканчивалась подводившим итог заключением:
Итак, одиннадцать человек собираются на явно давно намеченное совещание по поводу предприятия, которое представляется им весьма важным. И каковы же первые результаты согласованных усилий? Три убийства и одно покушение! Все началось с плана, который зародился в головах двух друзей, чьи моральные качества безупречны. Это Джеймс Мак-Аллерми и адвокат Фредерик Филдс. Но они затеяли сложный проект, таящий много подводных камней, опасностей и препятствий; им пришлось привлечь нескольких сомнительных личностей: предпринимателей, не имеющих капитала, людей, готовых на все, преступников… Войдя во вкус, они стали выдвигать непомерные требования. Мак-Аллерми отдавал себе в этом отчет. Он сказал мне: «Предположим, я ввязался в смертельно опасную авантюру». Что ж, вот к чему это привело: два честных человека убиты, документы, необходимые для успешного ведения дела, похищены, а по миру разгуливает банда кровожадных хищников, преследующих амбициозные цели… Результат на сегодняшний день – еще две жертвы. И на этом они явно не остановятся.
Вы думаете, это лишь гипотеза?.. Предположение без реальных доказательств?
Я пока придержу свои доказательства у себя. Вскоре нью-йоркская полиция сможет ими воспользоваться.
Это две найденные мной записи: одна принадлежала Дикарю, другая – Эдгару Беккеру. Так вот, я уверена, что такие же будут обнаружены среди бумаг Джеймса Мак-Аллерми и адвоката Фредерика Филдса…
Так оно и вышло: как только статья Патриции попала в поле зрения нью-йоркской полиции, были начаты поиски, и в результате в бумагах убитых друзей нашлись две записи, прежде не привлекшие внимания полицейских инспекторов.
У Фредерика Филдса: «(M) – Паула Синнер № 2».
У Джеймса Мак-Аллерми: «(М) – Паула Синнер № 1».
Догадка Патриции подтвердилась. Что это значило? Пароль? Знак принадлежности к некоему сообществу? Имя реальной женщины?
Тайна, покрытая мраком… Но можно предположить, что и семерых уцелевших сообщников объединяет то же имя: Паула Синнер. Это имя сопровождалось порядковым номером, включавшим всех их в загадочную цепочку, и предварялось заглавной буквой «М».
Однако ночью, после того как были обнаружены эти заметки, из центрального отделения полиции исчезли записные книжки обеих жертв. Каким образом преступник получил доступ к уликам? Еще одна загадка.
Глава 3
Орас Вельмон, герцог Д’Отёй-Лоншан
На цыпочках, затаив дыхание, Виктория, старая нянька герцога, вошла в комнату. Хозяин заснул на диване, закутавшись в разноцветный халат. Не открывая глаз, он прорычал:
– Что ты крадешься? Можешь хлопать дверьми, бить тарелки, танцевать фокстрот или лупить в большой барабан, все равно я проснусь лишь в тот момент, который сам назначил. Ступай, Виктория.
Уткнувшись в подушки, он снова благополучно задремал.
Виктория долго восторженно смотрела на него, бормоча:
– Когда он спит, у него нет этой обычной дерзкой улыбки. Я знаю его с детства, но за столько лет так и не смогла к ней привыкнуть. А сейчас он спит, как ребенок. – Она продолжала разговаривать сама с собой: – Наверное, видит сладкие сны… ясно же, что отдыхает душой. Как спокойно его лицо… И как молодо он выглядит! Никогда бы не подумала, что ему вот-вот стукнет пятьдесят…
Она не закончила. Орас вскочил и схватил ее за плечи.
– Да замолчишь ты
