сталкер ощутил холод ствола на своем затылке и замер от невозможности что-либо предпринять. Проклятье, ну как так-то!
Удар по ногам, не больно, но неожиданно и туда, куда нужно. Земля перед лицом, исчезнувший из руки пистолет, туго стянутые сзади руки - нападающий действовал быстро и умело.
Сержант двигался плавно. Если в дыму завесы он не видит никого, значит и его никто не должен видеть, просто надо все провернуть тихо и незаметно. Направление известно, тут всего-то несколько метров, не запутаешься. Изготовившись к стрельбе и мягко ступая по асфальту, он тенью метнулся до первого бойца. Тот почему-то уже лежал на животе, а руки были связаны за спиной веревкой. Удивляться было некогда, все потом, сейчас надо действовать. Сержант нагнулся к своему подчиненному и отточенным движением потянулся за ножом, но внезапно накатившее чувство близкой опасности заставило его вновь распрямиться, резко обернуться и крепче перехватить автомат. Что-то темное мелькнуло в тумане, он дал наугад короткую очередь и сместился в сторону, чтобы противник по звуку стрельбы не определил его точное местоположение. Замер прислушиваясь. Тишина. Спустя несколько секунд он вдруг осознал, что уже практически не замечает происходящее вокруг, а самопроизвольно расслабляясь, растворяется в собственных внутренних ощущениях. Снова навалилась уже знакомая апатия, основательно поколебалось желание совершать какие-либо действия вообще. Но тут рядом захрипел связанный боец:
- Командир, помоги! Держись, не давай этому тобой управлять, не давай лезть тебе в голову. Помоги, ком... – потом, вдруг прервав себя на полуслове, тихо добавил – А лучше уходи… Уходи… Пока можешь.
Сержант зло заскрипел зубами от напряжения и обиды, обиды вызванной непонятной беспомощностью, подавляющей его волю. Да что же это такое, в конце концов?! Он бывалый и крепкий боец, побывавший не в одной передряге, он может спасти своих подчиненных! Но помогло это не на долго. Собирая остатки моральных сил, он снова шагнул к лежащему рядом товарищу, чувствуя, как его решимость колеблется где-то на грани срыва в полное безразличие.
Притупленное внимание не позволило вовремя среагировать на опасность: резко выдернутый из рук автомат, сильный толчок в спину, старый асфальт перед лицом, крепко связанные руки. И темнота, вызванная потерей сознания.
36
* * * * *
Жоса куда-то вели по длинному коридору с высоким потолком. Он так решил потому что эхо шагов гулко металось где-то над его головой, прежде чем окончательно затихнуть. Других возможностей проверить свою догадку у сталкера не было, так как обзор ограничивался натянутым на его голову пыльным мешком, а руки при этом были туго стянуты за спиной веревкой. Через короткое время его остановили, повернули лицом в нужном направлении и он услышал звук открываемой массивной двери. Потом подтолкнули вперёд, по всей видимости в какое-то помещение, и вполне спокойно усадили на стул. Связывающая руки веревка натянулась и резко ослабла, он почувствовал, что они снова свободны. В следующее мгновенье с головы слетел мешок и сталкер обнаружил себя сидящим на стуле в большущем кабинете, вероятно принадлежащим кому-то из высоко заводского начальства, в те времена когда здесь во всю кипела производственная жизнь. Стул, куда посадили пленного, находился в конце длинного стола, на противоположном конце которого, на месте того самого неизвестного начальника, сидел невысокий, но коренастый и весьма широкоплечий человек в черном плаще. Он яростно тер виски, наклонив голову вперед и демонстрируя Жосу короткий ежик серо-седых волос.
Сталкер пользуясь тем, что от него пока ничего не требуют, внимательно осмотрелся по сторонам, одновременно растирая затёкшие от веревки руки. Кабинет расширялся в сторону от стола, там стоял массивный кожаный диван с журнальным столиком. Когда-то давным-давно, высокое заводское начальство по праздникам там пило коньяк с пятью звездочками и закусывало его колечками желтого лимона. Сейчас же, к дивану подошел еще один человек в черном плаще, тот, который только что освободил сталкера. Усевшись на него, он с видимым удовольствием откинулся на мягкую спинку, больше не обращая внимания на присутствующего бродягу, и слегка улыбаясь уставился куда-то в пустоту. Был он худой и не очень высокий, интеллигентного вида, в очках, всем своим образом демонстрируя широко распространенное клише на человека ученого.
Длинная стена за диваном полностью состояла из огромных окон от пола до потолка. Сквозь грязное стекло проглядывал постапокалиптический пейзаж, которой за все время скитаний по Зоне Жосу видеть еще не приходилось. Бродяги все больше рыщут по земле и смотрят в основном под ноги, у них нет ни времени, ни возможности любоваться этим хаосом сверху. Сейчас же сталкеру предоставился такой шанс - судя по открывающейся панораме кабинет находился на верхнем этаже какого-то административного корпуса. Серые промышленные здания с черными провалами окон, в разной степени сохранности, мокли под пеленой свинцовых туч, низвергающих на них бесконечные потоки воды. Между тучами и заводом чуть более светлая узкая полоска, обозначающая собой «прекрасное далеко». Сплошная серость, местами переходящая в сочную черноту и лишь время от времени пробивающийся свет от случайно разрядившихся аномалий, где-то синие-голубой, где-то бирюзово-зеленый, а где-то янтарно-желтый. От увиденного сюрреализма Жосу стало как-то не по себе и сразу в голову полезли риторические вопросы типа «Какого хрена я здесь делаю?!». Подавленный этим чувством, он даже забыл, что находится в плену и будущее его на данный момент весьма туманно.
Молчание прервал человек на диване.
- Возьми то, что я тебе дал. – сказано было второму, который продолжал мять себе виски.
- Да, действительно… Проклятая мигрень. - он выдвинул ящик стола, вынул из него каплевидной формы артефакт, излучающий слабый, но насыщенный бордовый свет и положив его перед собой на стол, опустил сверху руки. Через несколько секунд ему, видимо, полегчало и он обратил внимание на прибывшего:
- Ну здравствуй, Жос.
По всем признакам человек был явно недюжинной физической силы. Но не ее наличие пугающе воздействовало на собеседника, а его глаза. Стальной цвет зрачков смешивался с суровой сталью во взгляде, которая была способна убедить каждого, кто в них посмотрит, что этому человеку лучше не перечить. Поэтому сталкер сразу прозвал его про себя "стальным" человеком. Такая внутренняя сила светилась в его глазах, что Жос чуть не ответил: «Здравствуйте!». Спохватившись, поздоровался с обоими сразу. Вежливо.
- Добрый день!
И тут
