— Больше нет. Герцог передумал, — сообщил Марцано. — Теперь он хочет, чтобы малыша привезли в Италию к семье.
— Я вам не верю, — заявила Джастин. — Вы здесь по приказу герцогини, и я знаю, что она желает избежать скандала, связанного с рождением ребенка. И я уверена, что, попав к вам в руки, Стивен никогда не доедет до Италии.
Она блефовала, но, увидев удивленное и испуганное выражение лица графа, поняла, что оказалась права. Он действительно собирался убить малыша.
— Боже мой, — воскликнула она, — неужели вы могли бы убить невинного младенца!
Граф уже овладел собой и насмешливо фыркнул.
— Вы просто дура, если могли подумать такое. Заподозрить герцогиню в желании убить ребенка!
— Можете говорить, что хотите, — заявила она, — но Стивена вы все равно не получите.
Красивое лицо графа скривилось.
— Вы на самом деле дура, миссис Стил. — Легким движением он извлек из трости тонкий и очень острый кинжал. У Джастин перехватило дыхание. По спине потек тонкий ручеек пота.
Марцано кивнул детине.
— Возьми ребенка.
Тот успел сделать лишь шаг, когда Джастин выхватила пистолет и направила ему в грудь. В голове сразу зазвучал голос отца, который посоветовал ей держать оружие крепко, но не сильно напрягать руки.
Детина удивленно повернулся к хозяину.
Граф на мгновение застыл, но потом его глаза вспыхнули яростью. Он еще несколько мгновений не двигался, оценивая степень риска.
— Миссис Стил, опустите пистолет, иначе я буду вынужден сделать вам больно, — сказал он.
Она надменно подняла брови.
— Да? А мне казалось, что оружие есть только у меня.
Марцано холодно усмехнулся, и этот холод пробрал ее до костей.
— Но вы им не воспользуетесь. Даже вы, хотя явно не блещете умом, понимаете, что не сможете застрелить полномочного представителя Сан-Агосто, союзника британской короны. Меня поддерживает сам регент. При таких обстоятельствах вас никто не спасет, даже ваш драгоценный сэр Доминик. — Он издевательски захохотал. — И уж тем более ваш супруг.
Граф снова сделал знак детине, чтобы тот забрал ребенка.
— Возможно, — не стала спорить Джастин. — Зато я могу пристрелить его.
Не теряя времени, она нажала на спусковой крючок. Пистолет дернулся в ее руках. Детина ухватился за плечо, другой рукой вцепился в стул, стоящий у колыбели, но не удержался и рухнул на пол. Надо сказать, что грохот выстрела не смог заглушить отчаянные вопли ребенка.
Какое-то время и Джастин, и граф не шевелились. Потом он взмахнул кинжалом и покраснел от ярости.
— Дьяволица, — прошипел он. — Теперь я тебя убью.
Он присел, будто изготовился прыгнуть на нее, но в это время чудом державшаяся на одной петле дверь резко распахнулась и сшибла графа на пол. Ворвавшийся в комнату мужчина бросился на графа.
Гриффин.
Джастин тихо ахнула, глядя, как ее муж старается отобрать у графа кинжал. Опасаясь, что длинное и очень острое лезвие может поранить его, она шагнула к дерущимся.
— Отойди! — рявкнул Гриффин. Судя по голосу, он был взбешен, но даже не запыхался. — Я справлюсь.
Буквально через несколько секунд он действительно схватил графа за запястье и вывернул его. Джастин услышала хруст кости, отчаянный визг графа, и кинжал отлетел в угол. Как только кинжал ударился об пол, Гриффин вскочил, приподнял графа, как котенка, за шкирку и другой рукой нанес ему сокрушительный удар в челюсть. Глаза графа закатились, и Гриффин выпустил его из рук, позволив рухнуть без чувств на пол.
Гриффин выпрямился и одернул жилет. Его длинные волосы немного выбились из-под шнурка, а щеки окрасились румянцем. Больше никаких признаков волнения Джастин не обнаружила. Она молча стояла и смотрела на него, открыв рот, потрясенная тем, как он легко и быстро справился с сильным противником.
Вооруженным противником.
Судя по всему, репутация Гриффина Стила действительно была заслуженной.
Джастин услышала стон за спиной и резко обернулась. Она совсем забыла о громиле, который успел прийти в себя и встать на колени. Но Гриффин уже шел к нему. Он схватил детину за волосы и стукнул его головой о стену. Как и его хозяин, громила закатил глаза и сполз на пол.
Гриффин наклонился, чтобы ближе рассмотреть пятно крови, расплывающееся на его плече, и криво усмехнулся.
— Ну, миссис Стил, вы все-таки кого-то подстрелили.
Глава 26
Сухой голос Гриффина вывел Джастин из ступора.
— Ты можешь думать что угодно, но выстрелить в человека не было моим тайным страстным желанием, — буркнула она и поспешила к колыбельке.
Она взяла на руки плачущего малыша, прижала к себе и принялась успокаивать, бормоча что-то ласковое. Стивен ткнулся личиком ей в шею, и Джастин сразу почувствовала себя лучше.
— Знаешь, — сказал Гриффин, подойдя к ней, — наши внуки будут с большим удовольствием слушать рассказы об этом захватывающем приключении. Ты со мной согласна?
Джастин не сразу придумала, что ответить на столь неожиданное заявление. Она могла только молча смотреть на мужа, смущенно и с надеждой.
Гриффин медленно протянул руку и погладил ее по щеке, а губы сложились в улыбку, нежную и чуть-чуть насмешливую.
— Глупышка, неужели ты думала, что сможешь от меня убежать?
Джастин попыталась заговорить, но это получилось у нее не сразу — слишком сильно перехватило горло.
— Я считала, что это единственный способ уберечь малыша. Да и, честно сказать, я была уверена, что после такого предательства с моей стороны ты больше никогда не захочешь меня видеть.
Гриффин немного наклонился и заглянул ей прямо в глаза. В его взгляде было столько тепла и… еще какого-то чувства, что Джастин стало трудно дышать.
— Это я тебя предал, — тихо сказал он. — Ты делала все, чтобы спасти жизнь Стивену. Я себя не оправдываю, но обещаю, что впредь ничего подобного не повторится. Никогда, Джастин. Я ни за что не оставлю тебя, когда ты во мне нуждаешься. Даю слово.
Она заморгала, сдерживая слезы.
— Правда?
Гриффин кивнул, но его лицо тут же стало суровым.
— А ты больше никогда не будешь от меня убегать. Если у тебя возникнет проблема или понадобится помощь, сразу иди ко мне, хорошо?
Джастин поморщилась и подняла сопящего малыша повыше. Стивен перестал плакать и теперь терся личиком о ее плечо, устраиваясь поудобнее.
— Я хотела прийти к тебе, и то, что не могла это сделать, едва меня не убило. Но после всего, что мне рассказала твоя мать, у меня не было выбора. Прости.
В его лице что-то изменилось. Он выпрямился и помрачнел.
