— Тебе нужно как следует отдохнуть, набраться сил.
—Пока Деррик управляет компанией, она того и гляди вылетит в трубу! А что, ты считаешь… — Твой брат — лжец и обманщик, и он вытягивает деньги из корпорации.
У тебя есть доказательства? — спросила Кэссиди, не слишком удивленная его заявлениеи ^сизи Раньше намекал, что Деррик приваивает чужие деньги, но никогда не пытался предотвратить.
— А ты как думаешь?
— Выходит, ты поэтому был на лесопилке в ту ночь? Хотел что-то проверить?— Он не отве стил, и она тяжело вздохнула. — Ты думаешь это он устроил пожар, чтобы уничтожить документацию?
— Трудно сказать! Сведения о всех сделке занесены в память компьютера, находящегося в офисе компании, если только их не удалось стереть. Но книги записей и регистрации находились на лесопилке, в здании дирекции.
— В голове не укладывается, что Деррик…
— Я не берусь утверждать, что это сделал лично он. Но…— Он вдруг осекся и захромал в коридор.
Голова Кэссиди раскалывалась от страшных предположений. Неужели Деррик мог организовать пожар, чтобы уничтожить книги записей… или даже убить Чейза?.. Она вспомнила, каким жестоким был Деррик в детстве, как издевался он над Уилли. Но решиться на убийство?!
Кэссиди стояла у дверей холла и наблюдала, как Чейз перематывает пленку на автоответчике. Так, очередной репортер рвется побеседовать с Чейзом. Еще одно послание от Дены и одно от Фелисити, но ничего от его матери.
— Где же, черт возьми, она прячется? — прорычал он.
Вдруг Кэссиди услышала знакомый голос Т. Джона Уилсона, предупреждающего их о своем визите. Чейз еще больше нахмурился и заковылял в сторону своей комнаты. Автоответчик отключился.
— Помощник шерифа приехал. — Кэссиди тоже услышала шум подъезжающей машины и вопросительно посмотрела на Чейза. В больнице он так и не проронил ни слова. Как намерен он сейчас вести себя?..— Ну что, проведи его в дом, — кивнул Чейз в сторону холла.
Спустя несколько минут Т. Джон уже стоял возле черного кожаного дивана и отказывался от предложенного Кэссиди кофе.
— Нет-нет, не уходите. Думаю, то, что я скажу, будет интересно и вам.
— Что же?
— Наш Джон Доу наконец обрел имя. Посмертное, но все же имя.
Сердце Кэссиди отчаянно забилось:
— Ну и кто же он?
— Маршалл Болдуин. — Голос Чейза прозвучал наиболее четко со времени несчастного случая.
Т. Джон усмехнулся:
— Уж конечно, вы должны его знать.
— Кто он такой? — спросила Кэссиди.
— Возможно, ваш муж знает это лучше нас.
— Лесоразработчик из Аляски,— невозмутимо ответил Чейз.
— Точно, довольно крупный предприниматель.
— И что же он здесь делал? — взгляд Кэссиди был обращен на мужа. Как много тайн скрывал он от нее все эти годы? Она уже почти свыклась с мыслью, что человек, умерший в палате реанимации, был Бриг, и вот опять сомнения закрались ей в душу.
— Договаривался о поставках мне лесоматериалов. Предполагал откупить нашу лесопилку.
Кэссиди не поверила своим ушам.
— Теперь? В Орегоне? Когда лесопилки закрываются по всему штагу? Не вижу смысла…
— Я тоже. Сказал и ему об этом. Но он настаивал, предлагал хорошие деньги.
— Но почему ты встречался с ним в ночное время? — Вся эта история казалась ей удивительно подозрительной.
— Разве не ясно?
— Нет.
Чейз откашлялся.
— Я не хотел, чтобы ты или Деррик узнали о моих переговорах раньше времени. Я предложил этому парню встретиться в Портленде, но он хотел собственноручно осмотреть производство, поэтому мы и назначили встречу на лесопилке.
Ты хотел скрыть это от меня? — снросила она с оттенком горечи. Впрочем, чему удивляться! Чейз всегда оставался закрытым от нее, даже в их самые лучшие дни. И все же она ощущала себя преданной.
— Я просто излагаю факты. Если бы я решил, что лесопилку стоит продавать, я поставил бы в известность…
— Если бы ты решил? Как будто мой голос не имеет никакого значения! Между прочим, я тоже являюсь совладелицей компании и…— Неожиданно Кэссиди перехватила предостерегающий взгляд мужа и запнулась на полуслове. Действительно, время для объяснений было неподходящим. Чейз, казалось, молча предупреждал ее не устраивать сцены в присутствии помощника шерифа.
— Итак, вы встретились на лесопилке, а что произошло потом?— раздался наконец голос Уилсона.
— Мы вышли из здания дирекции и направились по склону горы к первому цеху, когда раздался взрыв, причем такой силы, что земля затряслась под нашими ногами и стены цеха зашатались. Мы побежали…
— Держал ли Маршалл что-нибудь в руке?
— Я не помню.
— Ну а не заметили ли вы цепочку с медальоном святого Христофора на его шее?
—Нет, не заметил.
—В чем он был одет?
—Черт возьми, не помню.
—Он был в костюме?
—Кажется нет.
—В джинсах и спортивной куртке?
— Может быть, в джинсах, но не в куртке. Было жарко.
— Почему при нем не оказалось бумажника? — задал Уилсон очередной вопрос.
— Не имею понятия.
Уилсон достал из кармана пачку жевательной резинки, но не раскрыл ее; он недоверчиво посмотрел на Чейза.
— Итак, вы решили поздно ночью встретиться с практически незнакомым человеком на лесопилке, чтобы переговорить о возможности ее продажи? Так?
— Или о закупке большой партии лесоматериалов.
— Многие в городе считают, что лесопилка стала чуть ли не делом всей вашей жизни. Говорят, вы сутками пропадали там, и вдруг — продажа!
— А почему бы и нет? Тем более если сулят хорошие деньги.
— А что сказал бы ваш тесть, узнав об этих переговорах?
— Повторяю, это были лишь предварительные переговоры.
— И все же, согласитесь, Рекс Бьюкенен так много сделал для вас! Одолжил деньги на ваше образование, назначил вице-президентом своей компании. Он ценил вас выше собственного сына.
— Не выше. Но вы правы. Рекс относился ко мне очень хорошо. Мои деловые качества его вполне устраивали.
— И несмотря на это, вы за его спиной вели переговоры о продаже его предприятия?
— Да! — Взгляд Чейза был холоден, как лед.
Внутри у Кэссиди все похолодело. Она не ожидала, что Чейз был настолько увлечен идеей продажи. Особенно в ночь их последней ссоры.
— Может быть, вы хотели уехать из города? — настаивал помощник шерифа. —Я знаю, что у вас возникали проблемы в семейной жизни.
