видела по его глазам дикое желание в зеркало заглянуть. «Я действительно выгляжу как ветеран?!» — читалось у него в глазах.
— Мне тридцать девять, — прошипел он, шлепнув меня по заднице за смех, который перестала уже даже скрывать.
— Да?! — невинно поморгала та. — А я думала, ровесники. — Прохор подавился, а я его заботливо по спине постучала. Сильнее, чем стоило! Но я зла на него еще была, что уж поделать… — Ты не обижайся, милок… Очки сегодня не надела. Не признала.
— Ничего, бабушка, — отмахнулся ректор. — И это не моя дочь.
Женщина замерла, мозг ее сломался. Переводя взгляд с меня на мужчину, та искренне пожала плечами:
— А кто?
Не говоря ничего больше, Королев просто взял и поцеловал меня в губы. Нежно, осторожно, бережно. Так неожиданно, что не успела отстраниться, а затем и вовсе забыла зачем.
— Срамота! — ужаснулась бабуля и вышла на следующей станции. Когда очнулась я, то моментально вскочила с колен.
— Вы что себе позволяете!
— Целую, — выгнул бровь он без капли рысканья, — свою любимую женщину.
— Я не ваша любимая женщина! — обессиленно воскликнула я, а этот невыносимый мужчина радостно улыбался, разгадывая меня взглядом с поволокой. Обернувшись по сторонам, я искала поддержки, но все вокруг… Абсолютно каждый! Даже тот самый мужчина без определенного места жительства, смотрели на нас с чувственными вздохами и нескрываемой завистью. Мол, вот это любовь! Вот это чувства с экспрессией! Мне бы так! Ахнув от их наивности, я развела руками: — Мы с ним не вместе. Я не его любимая, ясно?
Как в каком-то шоу, те «зрители» перевели взгляд на Королева, ожидая продолжения серии, но я устала. Двери открылись и, о чудо, на моей остановке! Я подождала, пока они начнут закрываться, и выпорхнула так быстро, как могла. Чтобы Королев не успел за мной. Всю дорогу домой меня разрывало от смешанных чувств… С одной стороны, радость, что выпуталась и осталась одна, с другой — досада и обида.
Дома меня ждала ничего не подозревающая Марина. Не вдаваясь в подробности, я начала помогать всем с подготовкой к празднованию Нового года — мы нарезали салаты, украшали комнаты… Все это время, долгие часы, машина Королева бесконечно стояла у центрального входа, мозоля глаз.
— ОЛЬ, — громко шепнула мне Марина на ухо, я так на месте и подпрыгнула. — Прием-прием! Планета вызывает подругу!
— А? — я испуганно обернулась, расплескивая пару капель шампанского себе на новое красное платье, купленное Королевым в Лиссабоне. — Что такое? Новый год уже, что ли?
— Не-а, — покачала головой та, недовольно вздыхая. — Долго ты еще у окна стоять будешь, а? Что ты там высматриваешь, не пойму… — девушка отодвинула меня и выглянула на улицу. Осмотрелась и ничего подозрительного не заметила. — Ждешь, что ли, кого-то?
— Нет, — мягко улыбнувшись, пожала плечами, — задумалась просто…
Из комнаты, где было принято решение отмечать праздник, открывался отличный вид на машину ректора. Его авто прилично припорошило снегом за день, поэтому Марина ничего не заметила. Прохор лишь изредка протирал стекло и номера, но с места никуда не уходил.
«Уезжайте! — начала я ему час назад, не выдержав напряжения. Вот чего, спрашивается, целый день там стоять?! — Я к вам не выйду!»
«Я тебя предупреждал, Персик. С места не сдвинусь», — получила мгновенный ответ.
«Там же холодно!» — душа болела от мысли, что сидит он там в пургу в холодной машине.
«А то! Я даже печку не включал», — нагнетал тот.
«И голодный сто процентов!» — застонала уже в голос.
«Даже не завтракал!» — поддакивал этот умник.
Вымеряя шагами комнату, нервно грызла свой идеальный маникюр. Сложно было думать о чем-то другом, все вокруг перестало радовать. Я пыталась изображать веселье, порой даже выходило, но мысли были на улице, в авто Королева…
«Нельзя так манипулировать людьми! — написала я сразу после того, как Марина вернулась за общий стол. — Это некрасиво!»
«Я и не думал, персик», — ошарашил меня тот. — Я просто там, где хочу быть».
Тяжело вздохнув, я подняла взгляд к потолку и взмолилась:
— За что мне все это?!
— Ты чего, солнце? — замелькала за спиной мгновенно рыжая шевелюра.
— Ничего, — внимательно осмотрев комнату беглым взглядом, я чудом успела ухватить нетронутую бутылку шампанского, а также больше половины пирога с вишней, приготовленного собственными руками. На непонимающий взгляд Марины лишь махнула рукой: — Надо кое-куда сбегать.
Девушка схватила меня за рукав куртки, потянув на себя:
— Но… Скоро будут бить куранты! Ты все пропустишь!
— Каждый год одно и то же, — пожала плечами, выбегая в коридор в распахнутом пуховике и со спущенными застежками сапожек. — Расскажешь мне потом, если что-то новое появится.
— Идет, — Марина лишь многозначительно улыбнулась, поиграв бровями, и тут же ее утянула за руку наша одногруппница.
Не понимая, что делаю и зачем, я спустилась на первый этаж и направилась к выходу. Пост охраны с комнатой коменданта пустовали, они уже сидели перед телевизором и смотрели «Огонек». На улице было темно, но я точно знала, куда идти. Молча села в авто и не глядя протянула Королеву пирог.
— Как я люблю, — только и сказал он, спокойно и размеренно. Словно мое присутствие рядом было чем-то привычным и ничего его не удивило. — Сладкий.
Я отломила соседний кусок и принялась его грызть, пока ректор открыл шампанское, протягивая мне целую бутылку.
— Ужас, — поморщившись, констатировала я. Королев перенял бутылку, понюхал горлышко и поморщился:
— Солидарен.
Мы просто сидели в тишине и смотрели на циферблат, отсчитывая секунды до Нового года. Было так спокойно, правильно и хорошо. Словно все на своих местах. И все же почему-то периодически, когда Прохор шевелился, сердце принималось вырываться из груди.
— Ты очень
