я. Интересно, где он все это время его прятал?
Вряд ли под курткой. Мы бы такое заметили.
— И это все? — вопросил Безумный Император. — Неужели это все?
Портал внезапно стал черным, и в его глубине загорелась пара кровавых сверкающих глаз.
— Пригласи меня еще раз, и я войду, — пророкотало из другого мира.
Я не была уверена, что это хорошая идея, но у Безумного Императора на сей счет были другие соображения.
— Входи, — сказал он.
Тварь тяжело спрыгнула на берег. В ней было больше двух метров роста, изо лба торчали длинные ветвистые рога. Серое бесполое тело, сложенные за спиной тяжелые крылья. В руке она сжимала короткий меч из красного металла, на котором плясали зеленые руны.
— Ты новенький, — заявил Безумный Император. — Я тебя не помню.
— Зато ты постарел, — сказала тварь. — Тысячи лет охоты подходят к концу. Сегодня ты перестанешь убивать нас.
Ленни пусть был и не полноценным агентом, но все же служил в ТАКС, а значит, у него хватило ума сделать то единственное, что он мог в этот момент сделать.
Не вмешиваться.
Он положил руку мне на плечо, и мы принялись отступать от реки. Перед нами разворачивалась какая-то сюжетная перипетия, и он попросту не мог в нее вмешаться.
А я, наверное, могла, но не хотела. У меня было чувство, что все идет, как должно.
И еще не известно, кто в этом конфликте пострадавшая сторона.
— Тебя как-нибудь зовут? — поинтересовался Безумный Император.
— Тебе не узнать имя твоей погибели, Девятый! — взревела тварь и бросилась в атаку.
Безумный Император легко увернулся от первого выпада, парировал второй, а потом его черный меч прочертил огненную полосу на правом плече демонической твари. Именно огненную, ибо вместо крови из разреза полыхнуло огнем.
Особенности демонической анатомии, видимо.
— Сегодня я высосу мозг из твоих костей! — возопила тварь. — А потом высушу их и со всем доступным мне искусством вырежу набор флейт! И каждый раз, когда я буду играть на них, твоя душа будет корчиться в бестелесной агонии!
— Красиво у тебя подгорает, — сказал Безумный Император. — Но слова дешевы, а виски стоит денег.
Демон взревел, а затем, наверное, сделал самое глупое, что можно сделать в схватке с искусным фехтовальщиком. Он швырнул в Безумного Императора свой меч.
Бродяга отбил его, как простой выпад, и демоническое оружие с тихим всплеском скрылось под водой. Демон прыгнул вперед, сокращая дистанцию, и черное лезвие вонзилось в его грудь.
Тварь расхохоталась, схватилась за лезвие обеими руками и принялась насаживаться на него, все дальше и дальше, пока кончик черного меча, обрамленный языками пламени, не выступил у нее из спины.
— Брукса? — еле слышно пробормотал Ленни.
Уж не знаю, что он имел в виду. Может быть, просто бредил от страха.
Тварь попыталась насадить Безумного Императора на рога, а когда не вышло, ее когтистые пальцы потянулись к его горлу. Бродяга расхохотался, одним легким движением смахнул ее с лезвия, словно рукав от пылинки отряхнул, а затем одним точным, выверенным ударом отсек демону его рогатую голову.
Тварь рухнула на землю и загорелась, и полыхала до тех пор, пока от трупа не осталось ничего, кроме закопченного пятна на пожухшей траве.
Идеальное убийство, подумала я, глядя, как черный меч растворяется в руке Безумного Императора. Ни тела, ни оружия преступления.
Только двое свидетелей.
Безумный Император посмотрел на нас. А потом поманил пальцем.
— Привет, Боб. Подойди.
— Я ничего не видела, — на всякий случай сказала я. — И никому ничего не расскажу. А даже если и расскажу, то мне все равно никто не поверит. Ну, почти никто. Но я не…
— Да брось, это мелочь, — сказал Безумный Император. — Легионы Проклятых уже давно не могут выставить против меня никого достойного.
— Это, наверное, печально, — сказала я. Мельчают демоны, мельчают. С каким-то городским бродягой тысячу лет справиться не могут.
Даже немного за них обидно.
Я подошла ближе, и Ленни, надо отдать ему должное, двинулся за мной, но Безумный Император его остановил.
— Только Боб, — сказал он.
Ленни остановился в нерешительности. У него в кармане ожила рация, командир спецгруппы интересовался, что за чертовщина тут происходит, и все ли у нас в порядке.
— Все под контролем, — сказала я недоагенту Джонсону, и он повторил мои слова в свое переговорное устройство.
На том конце недоверчиво хмыкнули.
— Это совершенно точно не наш случай, — сказал Ленни. — Не вмешивайтесь.
Да уж, лучше бы они не вмешивались, подумала я. Если спецназ ТАКС попытается прыгнуть на Безумного Императора, я потом их трупы опознавать не собираюсь. А в том, что трупы обязательно будут, я не сомневалась.
Похоже, что Безумный Император и без сюжетной брони был превосходным бойцом.
— Я рад, что ты пришла, Боб, — сказал Безумный Император. — Мои дни в этом мире подходят к концу, и перед тем, как покинуть его навсегда, я хотел убедиться.
— Убедиться в чем?
— В том, что я тогда не ошибся, — сказал Безумный Император. — В момент нашей первой встречи, там, в больнице, я сразу понял, что ты такая же, как я.
— Надеюсь, что не такая, — сказала я.
— Нам не дано выбирать, — сказал он. — Бывает иногда, кажется, что этот выбор за нас сделали наши родители, но на самом деле у них тоже не было вариантов, и жребий был определен куда раньше.
— О чем мы вообще говорим? — спросила я и покосилась на Ленни.
Безумный Император поднял правую ладонь, щелкнул пальцами, и мир вокруг нас чуть-чуть потускнел. Как будто в фильтре фотошопа сдвинули ползунок в графе яркости. И заодно фокус сместили, потому что Безумный Император по-прежнему выглядел четко, а силуэт агента Джонсона слегка размылся по контуру.
— Что ты сделал?
— Назовем это сферой отрицания, — сказал он. — Я на время отделил нас от всего остального мира, и никто не сможет нас подслушать. Даже коллеги твоего молодого человека, засевшие вон в той машине с направленными микрофонами.
Он указал рукой. Метрах в двухстах от нас действительно стоял какой-то седан.
Представляю, как они там сейчас бесятся, пытаясь понять, что произошло и почему их, вне всякого сомнения, дорогущее оборудование вдруг перестало работать.
— Он не мой молодой человек.
— Но он твой спутник, — сказал Безумный Император.
— И это тоже был не мой выбор, — сказала я. — Как ты это сделал?
— Это магия такая, — сказал он. — В вашем мире до сих пор много магии, но даже если бы ее не было, это не беда. Свою силу я всегда ношу с собой.
— Кто ты такой? — спросила я.
Наверное, этот вопрос надо было
