Их разделял лишь шаг, когда ктар налетел на две пики, выросшие перед ним. Одна звякнула о прочный нагрудник, но вторая впилась глубоко в плечо. Зарычав, ктар крутанулся всем телом, пытаясь сорваться со стального шипа, но мгновением позже в него вонзилось ещё три наконечника, целившие в уязвимые места.
— Кап, вы живы?
Над ним склонился один из матросов, Зинтар, кажется. Все были в скафандрах и Андрей с трудом разбирал кто где. К тому же стекло собственного шлема запотело. Нужно будет после подписать все костюмы — или разукрасить в разные цвета. Он засмеялся, на мгновение представив эту картину, и поднялся на ноги.
Где‑то впереди, за деревянной стеной снова гортанно защёлкали ктары — так кричат крокодилы. Похоже, теперь они собирались атаковать все вместе.
Андрей оглянулся. Ствол шланга всё ещё был направлен на соседнюю палубу под правильным углом.
— Залп! — крикнул он.
Баласанг, державший брандспойт спереди, спустил рычаг на медном стволе. Голубай фонтан взмыл вверх, навстречу карабкавшимся на палубу себастийцам, тут же вспыхнув тьмой.
— Выше угол!
Пылающая струя накрыла атакующих и те вспыхнули в одно мгновение. За считанные секунды тела обратились в пепел, а доспехи расплавились, точно были вылеплены из воска. Матросы продолжали нагнетать давление в помпе и струя огня взметнулась над палубой с новой силой.
Это не была иллюзия. Пламя действительно пожирало свет. На окутанной со всех сторон палубе стало темно, как ночью.
— Глуши, — скомандовал он и матросы перекрыли поток чернил.
Внутри шланга топливо загореться не могло благодаря вездесущим рунам, однако драгоценное горючее стоило экономить — в конце концов это был не последний корабль, с которым он планировал покончить таким образом.
Отсюда трудно было сказать, повредил ли огонь внутреннюю часть себастийского корабля, однако снаружи на палубе совершенно точно не осталось никого.
Корабли успели разойтись и он велел матросам подтянуть 'Бриту' к борту и закрепить. Андрей первым взошёл на борт неприятельской галеры. Под его ногой расплескалась лужа железа. Чернила всё ещё горели на палубе, с каждым шагом он ощущал липкую жижу под ногами. Андрей вспотел от напряжения, однако сам скафандр казался холодным и жёстким.
Море вокруг неожиданно зашипело. Поначалу тихий, звук превратился в рёв, клубы пара заволокли всё вокруг и свет стал понемног проникать к ним. Чернила догорали.
— Тащите рукав сюда, и прихватите мушкеты.
Он подошёл к задраенному люку в палубе, единственному, что вёл вниз, в утробу себастийской галеры, и попробовал подцепить его саблей. Как Андрей и ожидал, тот был заперт.
Пушечный выстрел застал его врасплох. Тучи щепок, перемешанных с кровью и мясом, взметнулись над палубой 'Бритты' и кто‑то из матросов закричал от боли.
Глава 22. ЦЕНА ГОРДЫНИ
Вторая галера давно уже вышла на позиицию для стрельбы и её капитан лишь выжидал подходящего момента. Пар, поднимавшийся с поверхности моря, дал ему его.
Андрей побежал назад на корабль, пригибая голову от пуль, гудевших в воздухе, точно рассерженные шмели. Он много раз уже давал себе обещание никогда не закрывать внутренний глаз и продолжать осматриваться по сторонам — и вновь отвлекся. Возможно, на этот раз, оплощность будет стоить ему жизни.
Новый залп вновь пришёлся в борт рядом с насосом — противник точно знал, куда целиться. В промежутках между выстрелами пушки грохотали мушкеты — пули не давали матросам 'Бритты' высунуться. Скафандры отлично защищали от огня, но против пуль были бесполезны.
— Бочку с чернилами наверх! — прохрипел он, — Шланги насоса отцепить! Живо!
Прятавшийся рядом с ним матрос повторил приказ капитана. Андрей успел осмотреться и знал, что на помпу расчитывать более не стоит — корабли разделяло не более полусотни метров и никакое чуда не спасёт её. Ядра уже пробили приличную дыру в обшивке как раз напротив насоса, горбом высившегося над палубой. Даже если они и закроют створки — себастийские канониры уже не промажут.
Новый выстрел громыхнул совсем рядом. Ядро влетело точно в пробоину фальшборта и расплющило помпу, застряв глубоко в узлах насоса. Вверх вырвался фонтан огня и тут же опал — матросы успели отсоединить шланг, связывавший агрегат с ёмкостью чернил.
— Все на командную палубу! — продолжал Андрей, — Мушкеты, пики, топоры — наготове. Бочку не забудьте, болваны!
Они и правда позабыли её, в спешке хватаясь за оружие и спеша наверх. К счастью, его эфирные глаза видели всё.
Спрыгнув вниз с шельтердека он почувствовал себя спокойнее. Именно здесь они и встретят их. Да, двадцать человек против двух сотен — не такое уж большое преимущество. Хотя нет, к чему лесть, после боя с кораблями флота их осталось не больше сотни и едва ли все ринуться одновременно.
— Бочку закрепить под лестницей. Господин Киауэ, возьмите дюжину людей и дожидайтесь палубой ниже. Выходите, как только мы подожжём корабль.
Огонь едва ли попортит переборки 'Бритты'. От огня она защищена даже изнутри, хотя мебель будет испорчена. Впрочем, Андрей всё равно собирался здесь всё поменять.
— Господин Скворт, вы и все остальные со мной. Забаррикадируйте ют. Да, выламывайте это хреновину, всё равно она сгорит. И мебель из каморок сюда тащите.
Таран раскатисто ударил в борт и 'Бритта' дала крен на левый борт. Оставалась буквально пара минут.
— Роддирк! — он огляделся по сторонам, — Где Тощий? Не говорите, что опять уснул.
Андрей пристально вглядывался в неприятельский корабль, осматривая тот со всех сторон в ожидании атаки, и совсем не хотел отвлекаться и взывать к снайперу из астрала.
Не прошло и минуты как толстяк нашёлся.
— Тощий! Я уже думал, что тебя убили… Прячься под штурманским столиком.
Роддирк что‑то недовольно прощёлкал гортанью в ответ.
— Ничего, поместишься. Мы тебя замаскируем.
Крючья ухватили 'Бритту' и подтянули её борт в борт со второй галерой. Через минуту себастийцы полезли на борт, все разом. Солнце, пробивавшееся сквозь облака водяного пара, сверкало на их доспехах и штыках.
Андрей жестом приказал матросам прятаться и в который раз сожалея, что остался без поддержки пехоты. Не стоило оставлять всю милицию на призовой галере.
Сам он затаился ближе всех к лестнице, за мешками с рисом. Он спрятался с головой — чтобы видеть, ему не нужны глаза.
Первые ктары спустились на пустую палубу. Внимание их тут же привлекла баррикада на противоположной стороне помещения. Старший, с нашивками офицера, жестами велел держать укрепление на прицеле и занять наиболее выгодную, по его мнению, позицию — за лестницей. Любой бы поступил также на его месте.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
