Хотя на этот счёт Андрей не беспокоился. С двумя тысячами освободившихся бойцов Флот сможет взять город без особых проблем.
Сейчас перед молодым человеком стояла лишь одна цель — 'Дракон'. Он должен поквитаться с Маркото Грахом.
— Руби концы, отваливай! — скомандовал он, спрыгивая на шельтердек бритты с 'Сороконожки'.
Нужно было пошевеливаться, 'Дракон' ждать не будет. Как только они поймут, что битва проиграна, Грах уйдёт. Пока же, судя по всему, он был сильно увлечён фортом.
Там продолжал командовать Марко. Старик пользовался егерской тактикой и постоянно менял положение орудий, перекатывая их от одной бойницы к другой после каждого выстрела и не давая противнику сконцентрировать огонь. Получалось у защитников это скверно, последние три пушки стреляли всё реже — канониры явно выбились из сил.
— Так значит, вы и есть эстро Федоро? — спросил Руфиано, приблизившись к Андрею.
— А ты не слишком сообразителен, — криво ухмыльнулся он в ответ.
— Ну почему же, — ответил наёмник, — Голос я узнал. Так какой у тебя план, колдун?
— Захватить 'Дракона', конечно же, — ответил Андрей.
Руфиано скривился.
— У него пушек хватит, чтобы весь ваш Флот разогнать. И человек двести морских пехотинцев внутри, а ещё столько же матросов.
— Триста, — поправил его Андрей, — Но это не важно. Я их всех сожгу.
'Бритта' развернулась на месте и двинулась в сторону себастийского флагмана, высившегося над бухтой, точно плавучий замок.
Они как раз проходили мимо 'Сороконожки', когда галера почти по человечески застонала и с оглушительным треском просела в воду, точно придавленная невидимым молотом. Одна из пушек осталась висеть на тале, но вторую было уже не спасти. Оставшиеся на палубе, те кто не успел перепрыгнуть на соседнюю палубу, бросились в воду. 'Сороконожка' меж тем накренилась так, что коснулась обгоревшей мачтой воды.
Андрей облокотился о планширь, стараясь не упустить из виду ни малейшей детали. Он уже привык ничему в этом мире не удивляться, но сделать это порой было слишком сложно. Галера плыла, подгоняемая лёгким ветром, над волнами, не касаясь их. Ветер раздувал языки пламени, начавшего охватывать корабль. Магия больше не оберегала судно, оно медленно умирало, разрываемое чарами изнутри.
— Боевые корабли не тонут, — вслух проговорил Андрей, вспоминая слова Пейтра.
— Корыта тонут, — проговорил стоявший рядом стрелок, — Настоящие корабли возвращаются к Нерею, в небеса, где он спит вековечным сном.
Кое‑кто из матросов зашептал очередную молитву. 'Сороконожка' перестала содрогаться и плавно поднималась в небо. Дым из насквозь пробитого корпуса валил всё сильнее. Обломки лопнувших досок, мешки и бочки громыхали внутри, перекатываяьс из стороны в сторону. Порой они вываливались наружу и падали вниз. Казалось, невесомым был не весь корабль, а лишь его киль, тащивший сейчас всю конструкцию в небеса. Корабль был уже высоко, когда, выдавив прогоревший борт, из него выкатилась и упала в воду шестифунтовая пушка. Стоит запомнить место, подумал Андрей, вдруг здесь не глубоко и её ещё удастся поднять.
Вместе с тем его передёрнуло от мысли о том, что с 'Бриттой' может случиться то же самое. Впрочем, Киауэ уверял, что взрыв совсем не повредил кораблю.
Ветер разогнал последние клочья дыма и они вышли на открытую воду. Город по правому борту продолжал чадить дымом пожаров и трещать ружейными выстрелами. Схватка же в бухте подходила к своему завершению. Каперы с островов Блаженной Рикки, во главе с Якопом Форциском одолели злосчастный плавучий бруствер и 'Кота' и теперь флотилия медленно вползала в бухту. На острие атаки двигались три лучших корабля флота, если не считать корвета Дюкаса — командир разведчиков как всегда отсутствовал.
Шебека Фаро Брискара и галера лорда Балкофиса меж тем приблизились на расстояние пушечного выстрела к 'Дракону' присоединившись к обстрелу чудовища.
'Ну нет', — подумал Андрей, — 'Это моя добыча'.
— Полный вперёд!
Барабан вновь зачастил, но молодой человек больше не боялся. Он чувствовал себя почти всемогущим. Впервые за последний месяц он держал нить судьбы в своих руках. Он знал, чего хочет и что для этого нужно.
'Не знаю, существовал ли этот Нерей на самом деле', — думал он, — 'И правда ли частичка его души застряла во мне. Но этот бог определённо мне благоволит'.
Всё неожиданно стало простым и понятным. Это была его судьба. Победить врагов, стать героем, вернуться домой.
В последней схватке 'Бритта' здорово пострадала, левый борт охотничьей галеры украшали сражу две пробоины — уходящий вглубь разрыв от врубившегося в них тарана 'Сороконожки' и более внушительное выходное отверстие после взрыва в хранилище, открывшего им путь на неприятельский корабль. К тому же, пушки 'Сороконожки' здорово повредили наружный панцирь корабля — палубу теперь нельзя было закрыть наглухо. Всё это не позволило бы Андрею воспользоваться отработанным приёмом и снова зажечь море — но он и не собирался. Плавучая крепость Граха совершенно точно была защищена от пламени, к тому же вокруг 'Дракона' скопилось слишком много союзных кораблей.
Нет, Андрей принесёт драконьи чернила внутрь корабля. Он мысленно позвал Роддирка и велел ему приводить в порядок гарпунную пушку. К счастью, в минувшей схватке орудие не пострадало и теперь ему надлежало выполнить важную роль в операции.
— Так какой у нас план? — спросил Руфиано.
— Подойдём вплотную, так его пушки будут нам не страшны. Пока 'Дракон' стоит на одном месте сделать это будет не сложно. Потом по верёвкам заберёмся на ют, прямо в кормовой замок…
— Ведь сейчас ночь и нас никто не заметит, — усмехнулся наёмник.
— Большая часть людей Граха сейчас на орудийной палубе и у погонных орудий. Прежде чем они успеют опомниться мы втащим туда пару бочек с чернилами и подожжём замок изнутри. Дальше будет проще.
— Погоди, — остановил его Руфиано, — Я в огонь не полезу.
— Ступай в трюм, найди там Лаку Киауэ, пусть подыщет тебе скафандр по размеру.
— А остальные парни? — наёмник кивнул в сторону рассевшихся на палубе стрелков.
— Они здесь останутся. Пойдём я, ты и ещё человек пять моих людей.
— Против трёхсот?
— Когда ют вспыхнет, начнётся паника и корабли Флота тоже начнут действовать активнее. Я отправил нашему адмиралу записку, в которой подробно изложил как и когда собираюсь напасть на 'Дракона'. Он её уже получил.
Наёмник кивнул и спустился на нижнюю палубу. Его не было видно довольно долго. Андрей уже начал волноваться за приятеля. Однако вскоре тот вернулся. Киауэ подобрал ему неплохой костюм — чуть великоватый, но неплохо подогнанный ремнями так, чтобы не стеснять движения.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
