— Ты закончил с работой? — спросила она мужа.
— Да, — ответил он, расстегивая рубашку. — Обычной работы у меня стало меньше, а вот бумажной…
Она кивнула и снова вернулась к чтению, но уже потеряла нить сюжета и теперь просто смотрела в книгу.
Константин, несмотря на все уговоры, отказался сообщить ей о том, что сказал доктор во время очередного визита, и Лию это обидело. Его недоговорки раздражали ее все больше и больше, и это особенно чувствовалось на фоне их недавнего разговора по душам, того самого, на кухне, а также и на фоне того, что она должна была поговорить с Йосефом, и это отвлекало ее от мыслей. Какой смысл он видит в том, чтобы скрывать от нее состояние своего здоровья? Она все равно об этом рано или поздно узнает. Конечно, зная Константина, Лия в этом сомневалась, но на нервы это действовало все равно. Она и так была ошарашена той историей, которую услышала от него на яхте. В том числе, и историей Габриэль. После услышанного Лия не знала, сможет ли вести себя с ней так же, как раньше.
Всюду либо ложь, либо недоговорки, либо какие-то истории, от которых встают дыбом волосы. Константин со своими тайнами напоминал ей шкатулку, которая заключает в себе еще одну, а та, в свою очередь — еще и еще, и шкатулок так много, что и двух жизней не хватит, чтобы их открыть. А Йосеф со своим карьеризмом и апатичным отношением ко всему уже сидел у нее в печенках. У Лии промелькнула мысль, которую она тут же отогнала: лучше жить одиночестве, не связывая жизнь ни с одним, ни с другим.
— Что ты читаешь? — спросил Йосеф, забираясь под одеяло.
— Стендаль, — ответила она. — «Красное и черное». Читал?
— Ты же знаешь, я не большой любитель книг.
Лия вздохнула и отложила книгу. Если бы на месте Йосефа был Константин, то он ответил бы «да», после чего задал ей миллион вопросов вроде «что ты думаешь о главном герое?» или «как ты оцениваешь тот или иной поступок конкретного персонажа?».
— Тебе никогда не хотелось начать читать, Йосеф?
Он пожал плечами.
— Не особенно. Помнится, и ты когда-то не любила читать.
— Да, но люди меняются.
— Дело в том, что ты меняешься так быстро, что я не могу за тобой угнаться. У тебя появляются новые интересы, которые я не разделяю, поэтому…
— Йосеф. — Она сделала паузу. — А ты когда-нибудь задумывался о том, что тебе интересно? Кроме работы и пустых слов о том, что тебе интересна я?
Он включил ночник.
— Я думал, мы уже выяснили отношения. Или нам есть, что обсудить?
— Да, нам есть, что обсудить. Посмотри на нас. Твой мир настолько ограничен, что ты даже не думаешь выглянуть наружу, попробовать что-то новое. Я не буду говорить о том, что ты не уделяешь мне внимания, не даришь подарков, не проводишь со мной время. Мы могли бы разговаривать, но нам не о чем говорить. — Она сделала паузу. — Я думала, что что-то изменится, пыталась что-то изменить…
— Пыталась? Как именно? Завела любовника?
Лия положила книгу на прикроватную тумбочку.
— Мой любовник тут не при чем. Просто этот брак изжил себя. Я не хочу ограничивать свою свободу.
— Что в нем такого, чего нет во мне?
— Я хочу, чтобы ты понял меня, Йосеф. Я не ухожу к кому-то другому. Я ухожу потому, что устала. И потому, что эти отношения мне ничего не дают.
Он лег на подушку и устало прикрыл глаза.
— Как я думаю, нет смысла говорить, что я люблю тебя и хочу, чтобы ты осталась со мной. Где ты будешь жить? У него, разумеется?
— Я буду жить у мамы. — Лия посмотрела на него. — Ты реагируешь так, будто ожидал это услышать.
— Я ожидал это услышать, но не знал, когда именно это произойдет. Если тебе плохо со мной, то действительно следует положить этому конец. Да и что это за брак, если мы даже не говорили о детях?
Лия, повернувшаяся было к стене, снова посмотрела на него.
— При чем тут дети, Йосеф?
— Мне всегда казалось, что естественное следствие развития отношений после брака — это дети. Поправь меня, если я ошибаюсь.
— Ты думаешь, живя в таком сарае и без гроша за душой, я родила бы детей? И какое у них было бы детство? Жалкие воспоминания о тесной комнате, такие, какие были у меня?
— Что же, воспоминания о большом доме и достатке лучше подойдут твоим детям. Неужели ты думаешь, что я родился вчера? Не появись в твоей жизни этот мужчина, все бы шло своим чередом. И ты не задумывалась бы о каких-то интересах, о том, что я не уделяю тебе внимания, о том, что мы разные люди. — Он мотнул головой в сторону двери. — Я устал, Лия. Если хочешь, уходи. У тебя есть ключ, завтра ты заберешь вещи. Обещаю, я не буду тебе мешать. Просто мне надоело смотреть на то, как ты мечешься от меня к нему и обратно. А теперь, пожалуйста, оставь меня в покое. Спокойной ночи.
… Берта, как показалось Лие, совсем не удивилась, увидев ее на пороге.
— Проходите, — сказала она, впуская гостью. — Что-то вы поздновато, мы уже поужинали, хозяин отправился спать.
— В десять вечера? С каких пор он идет спать так рано?
— Он не очень хорошо себя чувствовал. Сейчас я поднимусь и скажу, что вы пришли.
По лицу Константина Лия поняла, что он успел уснуть. Он изучал ее несколько секунд, после чего поправил полы халата и жестом пригласил ее подняться наверх.
— Прости, я тебя разбудила, — сказала она. — Ты плохо себя чувствуешь?
— У меня болит голова. — Константин толкнул дверь спальни и вошел. — Если бы ты позвонила и предупредила, что придешь, я бы дождался тебя. Хотя, судя по выражению твоего лица, ты снова поссорилась с мужем, и поэтому решение приехать было принято спонтанно.
Лия молчала, глядя на то, как он присаживается у стола и приглашает ее присесть.
— Я ни с кем не ссорилась.
— Но ты опять устроила ему скандал и демонстративно ушла из дома.
— У меня были причины для того, чтобы так поступить.
— Причины, причины. Много причин. Зачем ты устраиваешь скандал человеку, с которым решила расстаться?
Лия заняла свободное кресло.
— Меня раздражает то, что он постоянно говорит о тебе. Спрашивает, чем он хуже тебя, и…
— … не хочу слушать. — Его ладонь переместилась на левый глаз — Лие был знаком этот жест, свидетельствующий о приступе мигрени. — Завтра.
Он поднялся, покачнулся и оперся рукой на стол. Лия поддержала его под локоть и помогла добраться до кровати.
— Тебе принести что-нибудь? — спросила она.
— Посиди со мной. Не волнуйся, я скоро усну. Замечательные таблетки действуют быстро.
Лия села на кровать и положила ладонь ему на лоб.
— Ты что, сказала ему, что навсегда уходишь?
