в охапку вместе с ребёнком, повторяя:
— Я уже не чаял вас увидеть!
Он забрал сына и стал его подбрасывать в воздух, так что малыш заходился от восторженного смеха.
— Они как появились в сенях, я с малым под плащом спряталась, — говорила, вытирая слёзы радости, Ядви. — А кукры увидели, что дом пустой и сразу в схрон спустились...
— Что это у тебя за плащ такой? — спросила одна из женщин, подойдя к ней бочком и тронув плащ с такой опаской, будто тот мог её укусить.
— Это плащ-невидимка, — ответила жена мясника. — Хочешь, примерь.
— Хочу, — с готовностью согласилась женщина.
Среди сопротивленцев началось веселье. Будто получившие новую игрушку дети, они надевали плащ, исчезали, опять появлялись уже в другой части дома или на улице, передавали следующему желавшему исчезнуть. И так по кругу. Уставшие, измученные страхами за свою жизнь, они впервые за долгое время дурачились и отдыхали душой — словно в городе их не ждало сражение с городской стражей и магами Ордена, а в дымке Реки не маячил призраком новый хозяин кукров.
Позабытый всеми за шумной забавой, Тиред приблизился к лежащему на полу телу отца. Медленно опустился перед ним на колени и закрыл мёртвому глаза.
— Люди будут вспоминать обо мне, как о сыне, предавшем отца, — прошептал Тиред. По щекам потекли слёзы.
Глава 32. Что принесёт наступающий день
— Как убили старика?! — Мира уставилась на Хадара, не желая верить ушам.
— Хороший враг — мёртвый враг, — спокойно ответил он. — Один раз я пощадил твою подружку, она на радостях тут же меня убила.
— Но ты сам говорил, что нужно похитить старика и через него выйти на Абрахаза!
Хадар осклабился:
— Тогда я не был хозяином кукров. Извини, но я не собирался ждать, пока ВХЭ найдёт способ опять их у меня отжать, — в его голосе проступил металл. — А связавшись с Абрахазом, старик легко мог это сделать.
Мира только руками развела и украдкой бросила взгляд на Ани. Женщина была подозрительно спокойна, как будто не понимала, что теперь им будет ещё сложнее спасти её дочь; либо знала что-то, о чём Мира не догадывалась.
Разговор проходил в комнате Хадара. Сам он сидел на тюфяке, прислонившись спиной к стене, Ани, не шелохнувшись, рядом, Гай стоял, прислонившись к косяку и пока участия в разговоре не принимал.
Мира прошла по комнате, остановилась напротив Хадара.
— Ок, — произнесла она. — Но как нам теперь добраться до Абрахаза? Великий Хранитель был единственной ниточкой, которая могла привети к королю Отуа.
— Попробуем через Колдуна, — вступил в разговор Гай. — Ты сама говорила, что он упоминал о своих переговорах с богами Закуполья.
— Хах! — вырвалось у Миры. — Ну, вперёд. Главное поторопись, пока Хадар и его также лихо не убил.
Старший агент усмехнулся.
С одной стороны она понимала, почему Хадар так поступил — но, с другой, убийство Великого Хранителя ещё больше усложнило поиски Абрахаза. И это бесило. Не говоря о том, что любое упоминание о Колдуне выводило её из равновесия. Мира чувствовала — все ждут от неё решающего махача с магом, но при одной лишь мысли об этом, Миру охватывали тоска и неуверенность. Словно Колдун поставил блок, который Мира не могла обойти.
— Я слышал, ты собираешься в Орден, — по кошачьи мягко произнёс Хадар.
Мира болезненно поморщилась.
— Да, надо. Вилюн сказал, что там есть книга пророчеств, прочитать которую может только избранная, — она нервно усмехнулась: — Может, там описан способ, как мне попасть к Абрахазу без вашей дочери.
На лице Хадара ничего не отразилось.
— Я поеду с тобой, — сказал Мире Гай. — И возьмём равнинных, они утверждают, что не так чувствительны к магии, как остальные азарцы.
— Когда отправляетесь? — спросил Хадар.
Мира в очередной раз отметила, что после обретения власти над кукрами, он стал собой-прежним.
— Хочу встретиться с Вилюном, — ответила она. — Нужно обсудить кое-что. Но он заперся у себя и никого не пускает.
Обдумывая слова Вилюна, что он не может покинуть крепость, Мира подумала, почему бы им не попробовать провернуть тот же финт, какой провернул Колдун с Дариной? Становиться шарманкой, на которой Вилюн будет исполнять свои мелодии, Мире не хотелось, но если маг «подключится» к её сознанию, то их силы должны возрасти. Даже странно, что Вилюн сам не предложил такой вариант — может, его способностей для такого недостаточно? Хотя у Миры сложилось впечатление, что по силе лесной маг не уступает главе Ордена.
— А ты (Мира перевела взгляд на Ани), вы что будете делать?
— Поеду в Элсар, — без колебаний ответил Хадар и улыбнулся: — Меня там ждут кукры. К тому же, надо помочь Тиреду.
«Помочь Тиреду» от Кровавого господина звучало, как приговор.
— Убьёшь его? — вырвалось у Миры.
Он помолчал, затем ответил:
— Надеюсь, до такого не дойдёт. Надо там в целом... осмотреться, понять обстановку. В каком состоянии город, чем дышит, о чём думает.
— Когда мы уезжали, город горел, а площадь Правосудия была завалена трупами, как на картине Босха[7], — вставил Гай.
— Могу представить, — сказал Хадар.
Гай прошёл в угол, где на столике стоял кувшин с вином и кружки, знаком спросил у Миры, будет ли она, но девушка отрицательно покачала головой. Тогда он щедро плеснул в кружку и вернулся к облюбованному дверному косяку. Мира заметила, что Хадар прислушивается к звукам, чуть склонив голову набок. Мира, как вошла в комнату, сразу отметила, что с появлением Ани та приобрела более жилой вид и перестала напоминать одиночную камеру. Теперь во всём чувствовалась рука женщины — пусть та и превращалась время от времени в здорового монстра и откусывала головы хамоватым лекарям.
Хадар легонько сжал руку Ани:
— Налей и мне, что там есть. Надеюсь, это не простая вода.
— Не простая, — заверил Гай и сделал несколько больших глотков.
Ани поднялась с тюфяка и прошла в угол, разлила по двум кружкам вино.
— Полагаю, Тиреду сейчас непросто, — размышлял, тем временем, Хадар. — Он остался за главного в
