вес момента. Слишком многое стояло на кону. За окном послышался крик сокола, словно природа сама предупреждала о надвигающемся шторме. Вдалеке звучал звон кузницы, где оружейники трудились, не покладая рук, чтобы восполнить потерянное в последней стычке.
Перед троном стояли пленники. Их согнали на колени, лица скрывали грязь, кровь и отчаяние. Избитые и жалкие, они цеплялись за остатки надежды, но взгляд Эдмунда, холодный и бесстрастный, обжигал каждого. Склонившись к полу, они напоминали охапку сломанных тростников, брошенных на камни, — ничто не могло спасти их от судьбы.
— Начнём, — холодно произнёс он, стуча пальцами по подлокотнику. Его голос разнёсся по залу, заставляя пленников инстинктивно сжаться.
Первым вывели высокого мужчину с резкими чертами лица. Его руки были связаны, на щеке красовался свежий порез. Он старался казаться спокойным, но от взгляда Эдмунда дрогнул, едва ступив в круг света. — Как твоё имя? — спросил Эдмунд, наклоняясь чуть вперёд. Его голос был тихим, но в нем звучала такая угроза, что мужчина, казалось, ощутил её физически.
— Томас, Ваша Милость, — пробормотал он, горло его пересохло от страха.
— Томас, — протянул Эдмунд, его глаза холодно блестели. — Ты знаешь, где находишься?
— В вашем замке, милорд… — начал было мужчина.
— В моей власти, — перебил его Эдмунд. — И это — единственное, что тебе сейчас нужно понимать. Но я готов проявить милосердие, если ты расскажешь мне, кто вас сюда направил.
Мужчина замялся, его глаза метались, словно он искал спасение в каменных стенах. Воздух в зале словно застыл. Где-то вдалеке по замку прошли тяжелые шаги, но никто не обратил на это внимания.
— Мы… мы действовали по приказу. Нам сказали, что замок будет беззащитен… что вы ушли…
— Кто дал этот приказ? — перебил его Эдмунд, голос стал ледяным.
— Герцог Монтелли и… и её величество королева.
Позади Эдмунда Шатан коротко выдохнул, словно пёс, почуявший добычу. Этот звук вызвал движение среди остальных командующих. Дариан скрестил руки на груди, а Мартин, напротив, чуть подался вперёд.
Эдмунд медленно встал, его фигура внушала ужас. Он подошёл к Томасу, наклонился к его лицу и прошептал:
— Ты осознаёшь, что обвиняешь саму корону?
Томас закивал, его лицо стало мертвенно-бледным.
— Да, милорд, — подтвердил он, голос едва не сорвался. — Они хотели застать вас врасплох…Я… я просто выполнял приказ. Вас объявили предателями. Говорят, вы что-то замышляете… что вы угроза королевству.
Эдмунд молча смотрел на него, затем кивнул Вильяму. Тот мгновенно схватил пленного и потащил его обратно к другим.
— Следующего, — коротко бросил Эдмунд.
С каждым допросом картина становилась всё яснее. От каждого имени, от каждого признания атмосфера в зале становилась тяжелее, словно весенние грозовые облака нависли над замком. Королева боялась Эдмунда. Его растущая сила и влияние пугали её настолько, что она решилась на открытую агрессию. Значит королеве удалось убедить короля и привести ему доказательства. Правдивые или поддельные уже неважно.
Когда последний пленник замолчал, Эдмунд повернулся к своим людям.
— Повесить их. Перед границами Вазара. Пусть все видят, что с нашими врагами не будет пощады.
Решение далось ему с трудом, но это была необходимость. Шатан оскалился, довольный решением, но Годрик и Мартин обменялись тревожными взглядами. Они знали, что такое наказание вызовет ответный удар короны.
— Мы готовимся к войне. Если не сделаем первый шаг, нас растопчут. — продолжил Эдмунд, игнорируя молчаливое напряжение своих командиров — Медлить уже не имеет смысла — в голосе звучала сталь. — Отправьте послания нашим союзникам. Графу Рейнальду — сообщите, что его люди должны быть готовы к подпольным действиям. Виконту Севрину — пусть мобилизует свои силы и готовится подорвать власть старейшин. Все наши союзники должны быть готовы выслать свои войска, для подкрепления. Времени мало, если королева объявила нас мятежниками, Они скорее всего собирают армию для немедленного марша войск. Нам нужно успеть первыми.
Шатан кивнул.
— Я займусь восточными рубежами.
— Мартин, возьми город, — продолжил Эдмунд. — Люди должны верить, что мы держим ситуацию под контролем. Дариан отправь письмо Аслану, пусть заканчивает и быстрее возвращается.
— А что с шпионами? — спросил Вильям.
— Найди их, — бросил Эдмунд. — Они опасны, если о каждом нашем шаге будут докладывать, это подорвет наши планы. И мне нужно знать, какая тварь открыла эти чертовы ворота.
Вильям кивнул, готовый выполнить приказ немедленно.
— Годрик, мобилизуй воинов. Призови тех кто отсутствует, каждый должен быть в рядах.
Эдмунд обвёл всех взглядом, его голос понизился, но в нем звучала угроза — Это только начало. Пусть они узнают, что если объявили нам войну, то лишь приблизили свою смерть.
Командиры молча кивнули. Никто не смел спорить. Всё было решено: замок готовился к бою, который изменит судьбу королевства.
Глава 124
В комнате было тихо, лишь за окном слышались едва уловимые звуки весенней ночи — шелест листвы да редкие голоса дозорных. Я сидела у камина, поглаживая Рори, и наблюдала за Эдмундом. Его лицо, освещённое мягким светом лампы, было сосредоточенным, мрачным. Он стоял у карты, разложенной на столе, его пальцы медленно скользили по маршрутам, линиям и названиям городов.
— Мы не можем больше медлить, — его голос был низким, насыщенным холодной уверенностью. — Время сражений наступило. У нас есть два пути: ждать, пока они нападут вновь, с еще большей армией или нанести удар первым.
Я встала, подошла ближе и коснулась его плеча. Эдмунд на миг замер, затем поднял на меня взгляд. В этот момент он был не только моим мужем — он был воином, лидером, человеком, на котором держалась судьба сотен людей.
— Ты хочешь выдвинуться в столицу? — спросила я.
Он кивнул.
— Да. Это наш единственный шанс. Но это будет тяжёлый путь. Армия короны — не просто сборище идиотов. Это сплочённая, сильная сила.
— И ты поведёшь наших людей туда? — Я подошла ближе, чувствуя, как тревога закрадывается в сердце.
— Да, — ответил он просто. — У нас нет выбора.
Мы замолчали. Тишина между нами была наполнена тысячами невысказанных слов. Я знала, что он прав. Но знала и другое: оставаться в замке, вдали от него, когда вокруг бушует война, я просто не могла.
— Возьми меня с собой, — сказала я тихо.
Эдмунд резко обернулся, его глаза вспыхнули негодованием.
— Нет. Даже не думай об этом, Розалия. Это война, и моей жене там не место.
— Эдмунд… — я взяла его за руки, чувствуя, как он напрягся. — Я не прошу, чтобы ты дал мне оружие и отправил на передовую. Но я должна быть рядом. Я не вынесу мысли, что ты там, среди крови и страданий, а я здесь, в безопасности, ничего не зная.
