лёгкую добычу. Но знаете ли вы, что случается с теми, кто бросает вызов моему дому?
Он шагнул вперёд, и пленные задрожали. Острие его меча слегка опустилось, словно готовясь коснуться чьей-то шеи.
— Я позабочусь о том, чтобы на ваших могилах начертали: «Хвала невежественным, что не дорожили своей жизнью».
Эти слова, произнесённые с убийственной холодностью, заставили пленённых побледнеть. Эдмунд слегка наклонил голову, словно что-то вспоминая, и, с ухмылкой, добавил:
— Когда ворота моего замка открылись с посланием войны, пламя моей ярости возгорелось до самых небес.
— Но… — Его меч прошелся по каменной поверхности, в жутком лязге. — Я пощажу жизни тех, кто расскажет мне, по чьему приказу вы пришли сюда. А остальных ждет справедливое возмездие.
Он перевёл взгляд на Вильяма, который стоял позади него с непроницаемым выражением лица.
— В темницу, — коротко бросил Эдмунд.
Вильям кивнул, жестом подозвал стражников, и те начали выстраивать пленённых в ряды, чтобы сопроводить их вниз, в сырые подвалы замка.
Эдмунд стоял неподвижно, пока не увели последнего врага. Его плечи, казалось, расслабились, но это было лишь иллюзией — в его глазах всё ещё пылал огонь. Когда он обернулся, чтобы спуститься к площади, его доспехи звенели от каждого движения, а шаги звучали, как удары молота по наковальне.
Глава 119
Воздух в подземном убежище был тяжёлым и сыроватым, пропитанным смесью страха и надежды. Люди жались друг к другу, шепотом молились или просто молчали, затаив дыхание. Пламя факелов отбрасывало колеблющиеся тени на стены, заставляя и без того напряжённые лица выглядеть ещё более измождёнными.
Я стояла в центре этого мрака, стараясь не показывать своей тревоги. Всё внутри меня рвалось наружу. Но сейчас мне нельзя было быть слабой. Люди смотрели на меня, ожидая поддержки.
— Мы выдержим, — сказала я громко, чтобы голос звучал твёрдо, хоть сердце трепетало. — Замок простоит ещё сто лет. Наш Лорд здесь и одерживает победу. Мы должны быть сильными ради него, ради друг друга.
Некоторые кивнули, дети, прижавшиеся к матерям, чуть успокоились. Моих слов было мало, но хотя бы на мгновение я почувствовала, что помогла им удержать себя в руках.
Почти сразу моё внимание привлёк лекарь, склонившийся над одним из раненых. Его старые пальцы не успевали перевязывать раны, а запасы бинтов иссякли. Я подошла к нему и быстро сняла с себя верхнюю часть платья, оставшись в более простом, тонком нижнем одеянии. Было холодно, но я старалась не обращать на это внимание.
— Срежьте ткань, — обратилась я к служанкам. — Ваши юбки тоже подойдут. Мы не можем ждать.
Они молча кивнули и стали отрывать полосы ткани от своих платьев. Лекарь сначала посмотрел на меня с изумлением, но потом взял предложенные куски материи.
— Вы делаете больше, чем можно ожидать, миледи, — пробормотал он, завязывая одну из ран.
— Мы делаем всё, что можем, — ответила я, стараясь звучать уверенно.
Несколько часов казались вечностью. Временами я замирала, прислушиваясь к приглушённым звукам снаружи — крики, звон оружия, шаги.
— Скоро все закончится, — сказала я, встречая взгляд каждого. — С нами наш Лорд. Время шло мучительно медленно.
И вдруг раздался резкий скрип двери. Все замерли. Шепоты стихли, лица побледнели. Мои руки сжались в кулаки, и я сделала шаг вперёд, стараясь удержать страх внутри.
В проёме появилась высокая фигура, освещённая факелами. Эдмунд. Его доспехи всё ещё блестели от крови. Раздался ропот радости и облегчения. Значит теперь все позади.
— Эдмунд… — моё сердце забилось быстрее.
Он шагнул ко мне, быстро преодолев расстояние, не сказав ни слова. Его руки обвили меня с такой силой, что я едва не задохнулась. Он обнял меня крепко, так, словно боялся, что я исчезну.
— Ты цела, — его голос был хриплым, почти шепотом, но в нём звучало облегчение.
Прежде чем я успела ответить, он поднял меня на руки.
— Филипп, — обратился он к дворецкому, стоящему среди прочих. — Проследи за людьми. Они в твоих руках.
Филипп тут же кивнул, принимая приказ.
Эдмунд не стал медлить. Его шаги были быстрыми, почти торопливыми, как у человека, который слишком долго ждал этой встречи. Я прижалась к его груди, чувствуя, как тревога наконец отступает.
— Ты не должна была оставаться, ты должна была уйти! Что ты там делала?! — пробормотал он, и в его голосе сквозило неприкрытое отчаяние.
— Я не могла уйти, — ответила я, тихо. — Ведь это наш дом.
Он ничего не сказал, лишь крепче прижал меня к себе, словно в этот момент не существовало никого, кроме нас двоих.
Глава 120
Эдмунд ворвался в покои, толчком захлопнув за собой дверь. Я едва успела осознать что происходит, как он поставил меня на ноги и, не говоря ни слова, грубо сорвал с меня ночное платье.
—Эдмунд! — Я попыталась что-то сказать, но он резко перебил меня, рявкнув:
—Замолчи.
Его голос прозвучал почти угрожающе. Холодные потоки воздуха обволокли моё обнажённое тело, но то, как он смотрел на меня, было куда страшнее. Его взгляд был пронзительным, тяжёлым, будто он искал что-то, что могло утвердить или опровергнуть его самые мрачные опасения.
Я стояла, дрожа, не то от холода, не то от страха, не то от смущения. Передо мной был не просто мужчина, а воин, чья ярость кипела так, что, казалось, могла воспламенить воздух.
Он подошёл ближе, его пальцы скользнули по моей коже, исследуя каждую царапину, каждый порез.
— Прости, — промямлила я, не в силах выдержать его взгляда. — Я сделала все, что смогла.
Он поднял на меня глаза, челюсти напряглись, и, на мгновение, мне показалось, что он не услышал меня.
— Это я должен извиняться, — произнес он наконец, его голос был резким и хриплым. — Это моя ошибка! Но больше никогда. Ты слышишь? Никогда не смей так поступать!
Я вздрогнула от его слов, но его тон выдал не только злость. За гневом скрывался страх, такой же сильный, как и его ярость.
— Если бы ты умерла… — он осёкся, опустив голову. — Я бы не смог себя простить.
Собравшись с силами, я схватила его за лицо, заставив его взглянуть на меня.
— Пожалуйста, не злись на меня, — сказала я тихо, пытаясь удержать его взгляд.
Он глубоко вдохнул, выдыхая так, словно пытался сбросить с себя бремя целого мира.
— Это было слишком опасно, — повторил он, голос дрожал от подавляемых эмоций. — Не поступай так больше.
Его руки вновь скользнули по моему телу, но теперь они были мягче, почти осторожными. Я чувствовала, как его пальцы задерживаются на каждой ссадине. Его взгляд
