class="p1">– Я стану наставником Лиф Янг, – повторила свое заявление Зельда.
– Вампир не может быть наставником на Играх, – вмешалась Габриела Халь.
– Кто это сказал? – спросила Зельда и встала рядом со мной. От ее лавандовых духов у меня заложило нос.
– Это Игры Экзорцистов. Если вампир будет наставником демона, то это будут не Игры, а какой-то фарс.
– И все же нет правила, запрещающего это, – спокойно возразила Зельда.
– Это нево… – начала Габриела, но Интендант поднял руку и прервал ее.
– Достаточно, Габриела. Вы забываете, кто такая Зельда и что она сделала для Ордена. Она может быть вампиром, но подозрения в ее адрес должны основываться не только на факте ее существования. Она знакома с правилами и если желает представлять Лиф Янг, то имеет полное на это право. Если только члены Ордена не захотят выдвинуть против нее обвинения.
– Я выражаю вотум недоверия, – сказала Габриела.
– Отклоняется. Что-нибудь еще?
Габриела недовольно сверлила взглядом Интенданта, словно теперь она представляла, как выкидывает его из окна, но покачала головой.
Зельда улыбнулась и хлопнула в ладоши.
– Спасибо, дорогой мой. Теперь, когда все улажено, я отведу свою студентку в ее комнату. Она выглядит немного хуже обычного.
Интендант кивнул мне.
– Ты свободна. Наручники можно снять. Увидимся завтра, Лиф Янг.
Руки стула вернулись на место, и я с облегчением сделала глубокий вдох достаточно прохладного воздуха. Тахир Чепеш шагнул вперед, вытащил иглы из моих запястий и снял наручники. Боль была отчасти приятной. Помассировав руки, я встала на ватные ноги и устало двинулась к Зельде.
– Почему ты мне помогаешь? – поинтересовалась я, и женщина улыбнулась, показав ямочку на щеке.
– Скажем так, у меня есть личный интерес: мне слишком любопытно и слишком нравится раздражать Черных птиц.
Это не было настоящим ответом, но на данный момент меня устроил и он.
– Спасибо, – тихо сказала я.
Зельда щелкнула языком и погладила меня по щеке.
– Не стоит. Пойдем, пока они в нас еще кол не вставили.
– Постойте, я должна… – начала я и обернулась, но слова вновь застряли у меня на губах, когда я увидела его.
Фалько стоял в темном углу помещения, обхватив Темпест обеими руками, и целовал ее.
Он целовал ее.
Мой мир остановился. Просто перестал двигаться, когда я уставилась на них.
Его губы на ее губах.
Ее губы на его губах.
Она целовала того, кто принадлежит мне.
Демон чуть не вырвался из моей кожи. Я перестала что-либо видеть, а сердце бешено гоняло кровь, и от этого звенело в ушах. Я видела себя, разрывающую ее на ошметки, слышала ее сладкие крики, а вкус крови утолял мою жажду.
Она прикасалась к тому, кто принадлежит мне!
Мне!
– Лиф, что происходит? Лиф?
Рука схватила меня за локоть. Я резко повернулась и услышала хруст собственных позвонков. Это был Крэйн. Мое зрение было таким мутным, что я едва понимала, о чем он говорит. Его губы шевелились, но из-за темноты я не могла разобрать ни слова. Адреналин бил по ушам, повышая градус с каждым новым приливом крови.
Я убью их!
Я убью их всех!
Потом посмеюсь, когда они будут молить о пощаде и захлебываться собственной кровью. А потом я заберу того, кто принадлежит мне. Мне, мне, мне…
– Что ты делаешь? – зарычал Фалько на Зэро, который оттаскивал его от Темпест.
Крэйн тем временем потащил меня за локоть прочь из комнаты.
– Идем, Лиф, идем. И не забывай дышать. Правильно, дышать, пока все экзорцисты в этой комнате не захотели изгнать демона из тебя. А мы же этого не хотим? Правильно, не хотим. Именно поэтому мы сейчас убедим всех, что ты не сумасшедшая убийца, – шептал мне Крэйн, пока я плелась за ним.
Что бы ни сказал Зэро, Фалько посмотрел на меня. На его лице появилось выражение шока, но в тот же момент решетка лифта прервала наш зрительный контакт, и мы поднялись наверх.
Я все еще не пришла в себя. Все вокруг было во тьме, а демон внутри рвал и метал. Он извивался, как червяк, пытаясь пробраться наружу. От напряжения тело стало колотить. Я задыхалась. Мир крутился под ногами.
– Что это с ней? – поинтересовалась Зельда.
– Это долгая история.
– Отлично, обожаю длинные истории.
– Хорошо. Все началось с…
Моя рука метнулась вперед, и я схватилась за Крэйна.
– Уведите меня отсюда, – сумела выговорить я сквозь темный туман, что прорывался уже в мой мозг.
– Мы отведем тебя в комнату, там и поговорим.
– Нет, уведите меня отсюда, – выдавила я.
– О чем она говорит? – спросила вампиресса.
– Она… – озадаченно протянул Крэйн.
– Я знаю, о чем она, – вмешался голос. Зэро вышел за нами из лифта и подошел ко мне. Он только взглянул на меня и кивнул. – Нам нужно увести ее отсюда и найти немного еды.
– «Еды»? – переспросила Зельда.
– Арканум. Много, – пояснил беловолосый экзорцист.
Надо отдать должное этой женщине. Она лишь раз моргнула, прежде чем все поняла. Без колебаний она сказала:
– Хорошо. Следуйте за мной.
Я не особо помнила, как мы шли по Академии: спускались ли по ступенькам или поднимались, открывались или закрывались двери. Просто в какой-то момент мы оказались в туннеле. Липком. Холодном. Мне было так холодно. Так темно. Внутри меня темно, а демон так громко кричал. Невероятно громко. Мне казалось, что стены туннеля то сжимались, то расширялись, как будто он дышал. Стены то приближались, то отдалялись. Мое зрение становилось все более размытым.
Свежий воздух. Машина. Я почувствовала кожу сидений. До моего слуха донеслись обрывки слов, но смысл их я не запомнила. Крэйн обхватил меня и сказал, что я могу взять его Арканум. Другой голос сообщил, что мы почти на месте. Где почти? На каком месте? Я не знаю. Голод и гнев путали сознание.
Мы вышли из машины. Асфальт. Ноги двигались, руки вели меня вперед. Потом мы наткнулись на что-то. Снова шепот и рука на моем плече.
– Это для тебя, милая.
Для меня?
Я моргнула, попытавшись различить обстановку вокруг, но было темно. Передо мной возникли два незнакомых силуэта. Мужчины. Я видела их мускулы, слышала дыхание и громкий стук сердца. В них пульсировал Арканум. Не бесконечное множество, но достаточно. Достаточно, чтобы я упала на колени от голода.
– Привет, Зельда. Как обычно? – предложил один из мужчин, закатывая рукав.
Его вены выпирали, перекачивая кровь от сердца по всему телу, но это не могло сравниться с вкусным Арканумом, который он прятал внутри. В желудке заурчало так громко, что закружилась голова.
– Сегодня не для меня, а для этой прекрасной
