Корис сощурился, сбросил руку Симона торопливым движением плеча, но остановился и стал слушать.
— Если она убежала…, — начал он.
— Тогда, наверное, кто-то бы увидел ее при этом, — сказал Симон. Давай лучше подумаем, зачем ее захватили. Мы прибыли сюда и нашли, что люди Ивьяна заняты междоусобной резней. Это было сделано, чтобы скрыть какое-то событие. И это могло быть, либо смерть Ивьяна, либо еще чем-то…
— Либо еще что-то, — услышали они позади мелодичный голос и, обернувшись, увидели волшебницу, прибывшую с пограничниками. — Неужели вы не понимаете, милорды, что со смертью герцога Ивьяна, его супруга герцогиня становится полновластной госпожой Карса и Карстена, особенно если учесть, что Лойз принадлежит к старинной аристократии, и ее притязание никто не станет оспаривать. Они воспользуются ею, чтобы превратить в свою послушную пешку, прикрыть ею свои действия, свою силу. Все это было сделано с особой целью, но вот что это за цель? И чья именно цель? Кого не достает среди убитых и пленных? Лучше бы выяснить, не кто убит и почему, а кто исчез, кто скрылся и по какой причине?
Симон кивнул. Вполне основательная причина — привезти Лойз в Карс, утвердить в качестве герцогини, супруги герцога Ивьяна, значит, и его наследницы — причем, Ивьян, вероятно, знал только часть плана и был полностью уверен, что действует по собственной воле, а потом, избавившись от Ивьяна, воспользоваться Лойз, как марионеткой, чтобы прикрыть установление в Карсе другой власти. Но у кого из властителей мог оказаться столь изощренный ум, столь совершенная и могущественная организация, чтобы осуществить такой план? Как было известно разведке пограничников, а это была очень толковая организация, Симон знал это наверняка, никто из глав пяти — шести самых могущественных фамилий, не обладали ни мужеством, ни энергией, ни Необходимыми людьми, для осуществления подобного плана. Да и сам Ивьян, никогда бы не доверился никому из представителей старинной знати, чтобы так или иначе допустить их в эту крепость, где они должны были действовать совершенно свободно. Симон так и сказал волшебнице.
— Фальк был не просто Фальком, — ответила та, — и здесь тоже могут найтись такие, которые окажутся не теми, кем они выглядят на самом деле.
— Колдер! — ударил Корис кулаком по ладони другой руки. — Повсюду Колдер!
— Да, — устало сказал Симон. — Ведь мы не могли надеяться, что они откажутся от борьбы, потерпев поражение под Сиппаром, не так ли? Разве мы не знали давным-давно то, что главная слабость Колдеров — в отсутствии достаточно мощной армии? Вполне вероятно, что после сражения при Горме, когда мы сильно потрепали их, они больше не могут полагаться на силу своего оружия и поэтому решили компенсировать количество, возможным качеством — подбирают себе в помощники людей, занимающих ключевые посты…
— И среди них есть женщины! — перебил ее Корис. — Мы ведь здесь до сих пор не видели ту, что непременно должны были встретить — Алдис!
Волшебница нахмурилась.
— Алдис ведь откликнулась на наше послание в битве духов, перед атакой на Гром. Возможно, после этого в Карсе ей не было места!
— Есть лишь один способ выяснить это!
Симон торопливо подошел к столу, за которым сидел Ингвальд, записывая последние данные на портативной фономашине, оставленной сокольничьими — усовершенствованный вариант аппарата, которым сокольничьи снабжали своих разведчиков — птиц.
— Что говорят здесь о леди Алдис? — поинтересовалась волшебница.
— Очень мало, — едва улыбнулся Ингвальд. Он пояснил.
— Три раза приказания, которые вынуждали этих волков вцепляться друг другу в глотки, исходили от этой леди. И поскольку она, как им было известно, находилась в тесной близости с Ивьяном, то слова ее принимались за чистую монету. И какая бы там не плелась сеть, она к этому наверняка приложила руку, и весьма основательно.
Волшебница прошла на середину комнаты и тихонько потирала в ладонях драгоценный камень — символ своего ремесла.
— Я хочу взглянуть на комнату этой женщины. Скорее, — сказала она коротко.
Они пошли все вместе — волшебница, Симон, Корис и Ингвальд.
Роскошные апартаменты выходили в тот же самый холл, что и покои, где они нашли умирающего Ивьяна. В дальнем конце комнаты высокие окна выходили на большой балкон, свежий ветерок шевелил полог кровати и играл кончиком кружевного шарфа, свисающего из ящика комода. Резкий запах мускуса наполнил комнату. Симону стало от него дурно и он подошел к открытому окну.
Волшебница, по-прежнему крепко сжимая в ладонях волшебный камень, прошлась по комнате, простерев перед собой руки на уровне груди. Симон не догадывался, что она именно делает, но понимал, что все это серьезно и важно. Волшебница провела руками по воздуху над кроватью, над обеими комодами, над туалетным столиком с целым набором коробочек и пиал, вырезанных из драгоценных камней. Где-то на полпути руки волшебницы вдруг замерли в плавном движении и беспомощно упали, словно ударившись об что-то, невидимое Симону.
Она обернулась к мужчинам.
— Здесь был какой-то талисман-символ Силы, которой пользовались много раз. Но сила эта — не наша. Колдер! — она с отвращением сплюнула. — Это связано с превращением.
— Изменение облика! — воскликнул Корис. — Значит, та, которую принимали за Алдис, вовсе не была ею!
— Не совсем так, лорды-капитаны! — покачала головой волшебница. Это не изменение облика, к которому мы так давно прибегаем; это внутреннее превращение, но не внешнее. Разве вы не сами сказали мне, что Фальк не был прежним Фальком, хотя и не был полностью одержимым? Ведь он вел себя в битве совсем иначе, чем раньше. Он не стал сражаться вместе со своими воинами до конца, а сделал попытку скрыться. Потом же предпочел разбиться насмерть, чтобы скрыть от нас то, что было его частью. И точно так же обстоит дело с этой женщиной. Ибо я твердо уверена в том, что у нее внутри так же таится нечто, принадлежащее Колдерам.
— Колдер, — процедил сквозь зубы Корис.
Потом глаза его широко открылись, и он повторил, на этот раз совершенно другим тоном:
— Колдер!
— Что?… — начал было Симон, но Корис перебил его.
— Где же находится последняя твердыня этих проклятых похитителей? Айль! Говорю вам: то, что было когда-то леди Алдис, сейчас похитило Лойз, и они отправились в Айль.
— Это всего лишь догадки, — возразил Симон. — К тому же, даже если ты и прав. Айль очень далеко отсюда, и мы еще вполне можем догнать их…
И мысленно добавил: «Любой повод хорош, если только он уведет тебя, наконец, из Карса, пока мы еще не погибли…»
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
