Если только это судно и в самом деле плывет туда, куда они думают, то оно их здорово опередило. К вечеру, когда поднявшийся ветер наполнил паруса, Осберик дал сигнал к отправлению. Шхуна помчалась под ветром вперед с такой скоростью, что не было нужды налегать на весла. Позади на берег высаживались те, кто участвовал в налете на Карс: они отправились к границе. Только судно Осберика и еще два других, выбранных для сопровождения, продолжали свой путь по реке.
Симон поспал несколько часов, завернувшись в плащ, все еще не сняв кольчуги Фалька. Они снова обрели свой привычный облик, но одежда и оружие у них остались прежние.
Спал он беспокойно, его терзали сновидения, и каждый раз он просыпался, не в силах связать наяву канву сна воедино и мучаясь от мысли, что это очень важно. Он, наконец, окончательно проснулся и лежал без сна, разглядывая звезды и прислушиваясь к свисту ветра. На расстоянии вытянутой руки от него лежал Корис, и Симон надеялся, что усталость сморила Сенешаля и он забылся сном.
Айль и — Колдер. Теперь уже никаких сил не хватит удержать Кориса от нападения на Айль, разве только заковать в цепи. Да, они должны взять Айль. Но разве уже много месяцев до этого они не пытались разгрызть этот орешек? Они победили при битве в Горме только потому, что по воле случая Симон оказался там пленником и смог таким образом выведать многие бреши в броне Колдеров. Но ведь тогда Колдеры относились к противнику со слишком большим пренебрежением, тем самым подставляя себя под удар. А поражение под Сиппаром, наверняка, послужило им хорошим уроком. Взять хотя бы то, что теперь Айль окружен невидимым барьером — на море и на суше, и этот барьер не в состоянии преодолеть ни одна сила — даже Сила волшебниц. В течение многих месяцев Айль остается совершенно недоступным, огражденным от внешнего мира. Если оттуда появляются солдаты и если они туда возвращаются, то только морем, и притом — не по его поверхности, а под водой. Корабли Колдеров — субмарины, подобные тем, которые они захватили в Горме. Но…
На Симона вновь нахлынули сомнения, как и много месяцев назад, когда он стоял перед Советом охранительниц и высказывал им мнение, которое у него спросили: нужно оставить все, захваченное у врагов в Горме, так как есть приказ, ни к чему не прикасаться, чтобы не рисковать — ведь во всем может таится опасность, о которой они и представления не имеют. Был ли он тогда прав? Теперь он сомневался в этом, но все же подсознательный голос говорил ему, что он не заблуждался тогда и что воспользоваться оружием Колдеров — это значит так или иначе оказаться во власти врагов.
Симону было известно, что волшебницы неторопливо и внимательно изучали находки, сделанные в Горме. Но знал он и то, что их Сила была барьером между ними и могуществом Колдеров — барьером, который Колдеры не могли преодолеть. Но отдавать эти машины в руки простых воинов…
И все же, сейчас им совершенно необходимо найти совершенный способ ворваться в Айль. Симон и раньше думал об этом, но никогда, даже с Джелит, не делился этими своими мыслями.
Очень важно, что только он, Симон, в состоянии пробить брешь в броне Колдеров, как это однажды уже случилось. И не с помощью субмарин — ибо таких знаний у него не было, а они до сих пор не узнали, какая же сила движет эти суда, если только не мысленная энергия командира — колдера, который умер, не сняв с головы металлическую маску, вслед за своими воинами. Нет, Симон может сделать это не море, а только по воздуху. Ибо те флайеры — летательные аппараты, которые рядами стояли на крыше, покрывающей ныне покинутый Сиппар — они вполне могут быть ключом к Айлю. Но посвятить в это Кориса сейчас, было бы величайшей глупостью.
8. Под властью Колдеров
— Заперто прочно…, — красное лезвие топора Вольта сверкнуло в воздухе и вонзилось в мох с такой силой, словно Корис метнул топор во врага. Они стояли на холме, оглядывая подступы к Айлю.
Горм был освобожден от людей этого мира и времени. Но здесь, в Айле, колдеры были у себя дома. Можно было ожидать, подумалось Симону, что они прибегнут к помощи металла и станут сооружать причудливые башни и здания. Но они воспользовались тем же камнем, из которого строились здания в Эсткарпе, только с той разницей, что дома и строения в стране волшебниц вообще были древними, такими древними, что казались рожденными из плоти и крови той земли, на которой стояли, а не созданными руками человека.
А Айль, несмотря на древний строительный материал, выглядел новеньким с иголочки. И не только новым, но и странно чужеродным на этой каменистой почве — Симон ясно ощутил это, хотя и не мог объяснить словами. Ему казалось, что даже если бы он и не знал, что Айль — твердыня Колдеров, то все равно понял бы, что этот город не имеет ничего общего ни с Эсткарпом, ни с одной из соседних с ним наций.
— Там раньше был вход, — Корис указал топором на казавшуюся совершенно гладкой стену. — Теперь даже дверь эта исчезла. И никто туда не сможет пробраться ближе того ручья в долине.
Барьер, подобный тому, который ограждал в свой время Горм, держал их на почтительном расстоянии от Айля, не давая возможности провести разведку. Симон беспокойно шевельнулся. Одна и та же мысль не давала ему покоя, сверлила его мозг с того самого дня, как они покинули Карс, и ему приходилось все время бороться с собой.
— Они покидают город и возвращаются в него под поверхностью моря, должно быть, как это было в Горме, — сказал он.
— Значит, нам остается только отступить и признать свое поражение. Колдер победил? Но я никогда не соглашусь с этим, пока легкие мои полны воздуха, а в руке достаточно силы, чтобы удержать вот это! — топор снова вонзился в мох.
— Есть же какой-то путь туда — он должен быть!
Что заставило Симона произнести эти проклятые слова, которые он поклялся самому себе никогда не произносить? И все же они сами сорвались с его уст:
— Может быть, туда и есть один путь…
Корис резко повернулся, его тело странно напряглось, словно он встал перед противником в дуэли.
— По морю? Но как мы сумеем…
Симон медленно покачал головой.
— Вспомни, как пала твердыня салкаров, — начало было он, но Корис живо перебил его.
— По воздуху! Летающие корабли Сиппара! Но ведь мы не можем воспользоваться ими, не зная их секретов, — его сверкающие глаза сверлили Симона. — Или ты знаешь их секрет, брат? Ты рассказывал когда-то, что такие машины использовались во время войны в мире, откуда ты пришел к нам. А-а-а! Обратить такое оружие против его же хозяев, этого исчадья зла! Вот это был бы недурной сюрприз! Ай-и-и-и! — он подбросил огромный топор в воздух, поймал его за топорище, высоко поднял голову навстречу солнечным лучам. — В таком случае — немедленно в Горм, за этими летающими кораблями!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
