— Одна неприятность. — Палец Сандлера вновь лег на стартер. — Можно даже сказать, несчастье. Проспал дежурство, словом.
Злотов вздрогнул. Дроммер совершил новый скачок. Звездолет, который они встречали, внезапно заслонил собою небо.
— Шутки у тебя, товарищ Сандлер, — сказал Злотов.
Дроммер отодвинулся от звездолета. Корабль был грандиозен. Сзади он расширялся, спереди сужался, и всюду был квадратным в поперечном сечении. Он что-то напоминал.
— Стоп, — сказал Злотов. — В Африке, рядом с пляжем, есть такие же штуки. Пирамиды. Они достроены страшно давно.
— Похож, — кивнул Сандлер. — Ни разу не видел такого звездолета. Впрочем, они всегда разные. Предки почему-то не любили стандарт.
— А зачем они строили пирамиды? — спросил Злотов. — Макетировали этот корабль?
— Нет. У пирамид было другое назначение.
— Какое?
— В пирамиды складывали мертвецов, — объяснил Сандлер. — Так называемые мумии.
Злотов посмотрел вперед сквозь прозрачную стенку кабины. Корабль, слегка освещенный далеким Солнцем, очень напоминал пирамиду.
— Слушай, товарищ Сандлер, а у тебя есть гарантия, что внутри этой небесной пирамиды мы не наткнемся на мумии?
— А что?
— По-моему, у этих мумий жутко страшные рожи, — сказал Злотов.
Дроммер медленно обходил звездолет-пирамиду. Корабль летел квадратной кормой вперед, тормозя. Он был велик, километра полтора в основании. Сандлер вел дроммер вдоль его плоского борта, разыскивая прозрачную часть стены — крышу смотровой палубы. Предки — люди надежные. Они замуровывали себя на десятилетия вот в такие летающие гробницы, но им обязательно нужно было глазеть на звезды. И не через какой-нибудь перископ, а чтобы была целая стеклянная стена.
Странные они были люди, противоречивые и негармоничные. Но задачу дроммеристов смотровые палубы существенно облегчают. Особенно если появляешься внутри звездолета без предупреждения: С некоторых пор это вошло в моду. «Распишитесь вот здесь, пожалуйста». Предки падают в обморок. Не очень смешно, зато традиция.
Расчет оказался правильным. Вскоре дроммер парил над прозрачным стеклом, как над озером, отражаясь ходовыми огнями. Предки — люди надежные, они никогда не подводят.
— Как всегда? — спросил Сандлер.
— Вопросы у тебя, — сказал Злотов, — слишком, по-моему, беспредметные.
Никем не замеченный, дроммер нырнул внутрь корабля. Палуба под прозрачной крышей была уступчатой, ступенчатой, как спортивная трибуна. Дроммер остановился на одной из ступенек. Ширина и высота у нее и у других были одинаковые, метров пять. Смотровой пояс охватывал корабль примерно посередине, поэтому длина ступеньки была с полкилометра. Вверху, за наклонным стеклом, светились звезды.
— Лучше скажи, — усмехнулся Злотов, — как ты докажешь, что этот звездолет наш.
— Во-первых, тяжесть нормальная. И посмотри на двери. Кто, кроме человека, мог бы ими пользоваться?
В стене кое-где чернели прямоугольные отверстия — два метра в высоту, в ширину вдвое меньше.
— Мало ли, — сказал Злотов. — Всякие там зайцы-кролики, гуси-лебеди и другая живность. Потом, я читал, что все разумные существа похожи на нас. Скушал?
Сандлер не стал отвечать. Пройдя дверь, они оказались в длинном коридоре-пандусе. Повторяя прямые обводы бортов, он ломаной спиралью поднимался в носовую часть корабля. Здесь царил полумрак. Вначале коридор был сплошной квадратной трубой, только в наружной стене иногда попадались выходы на внешнюю палубу. Но через два витка смотровой пояс кончился, и во внутренней стене стали встречаться двери кают. Каюты были заперты, в коридоре — ни души.
Злотов остановился.
— Передохнем. Ноги не идут.
В коридоре было жарко и сухо, как в африканской пустыне. Они шли уже около часа.
Сандлер тоже остановился.
— Мне этот спорт надоел, — заявил Злотов. — У кого бы спросить, где лифт?
Он подошел к одной из кают. Прислушался. Внутри было тихо. Постучался. Никакого звука внутри.
— Как-то странно. Пусть даже у них ночь. Но где дежурная смена, вахтенные? Здоровенный звездолетище, надо же его охранять. Где они все?
— В рубке, — сказал Сандлер.
Они опять двинулись вверх по спиральному коридору. Тусклый свет сочился неизвестно откуда. Стальной пол, пустота, сухой искусственный воздух. Грохотало эхо шагов. Звуки казались слишком громкими, лишними здесь, рождали жуткое чувство. Вероятно, акустический резонанс — серьезные причины отсутствовали.
Корабль к носу сужался, квадратные витки становились короче. Наконец коридор уперся в тупик. Рубка управления за широкой дверью представляла собой громадный пустой зал под пирамидальным прозрачным куполом. Вверху были звезды. Вдоль стен тянулись приборы неясного назначения. Далеко впереди, у пультов, стояло несколько кресел. Высокие спинки загораживали сидящих. Перед креслами на стене один над другим висели два широких экрана. Именно висели, похожие не на окна и не на телевизоры, а на кино. На экранах светились цветные изображения.
— Развлекаются, негодяи, — сказал Злотов.
Половину верхнего экрана занимала бело-голубая планета со знакомыми очертаниями континентов. Она плавала в звездном мраке. На нижнем был пейзаж — море, и зелень, и белые облака, и золотой песок пляжа.
— Хорошие фильмы смотрят, — сказал Злотов. — Истосковались в небесных угодьях.
В углу верхнего киноэкрана возник серый треугольник, повернутый к Земле основанием. От треугольника вдоль боковых сторон к планете протянулись прямые белые нити. Треугольник приближался к Земле, и ее диск оказался вписанным в образовавшийся сектор.
Картинка на нижнем экране изменилась. Белые облака начали таять. Море мелело, отступая от берега. Растительность принимала цвета осени, облетала.
Верхнее изображение также стало меняться. Облачный покров исчезал, делая планету похожей на глобус. Континенты медленно увеличивались. Зеленый цвет пропадал с лика планеты.
— Фантастика какая-то дикая, — сказал Злотов. — Жуть.
Пейзаж на нижнем экране теперь напоминал лунный — до реставрации атмосферы. Небо темнело, становилось фиолетовым, почти черным.
— Ладно, полюбовались, и будет, — сказал Сандлер. — Иди делай свое дело.
Обязанностью Злотова было установление контакта с экипажем и оформление согласия на буксировку. Тот самый момент, когда все падают в обморок.
— Иди сам, — заявил Злотов. — У меня эта пиеса всю охоту отшибла.
— Не валяй дурака! — рассердился Сандлер. — Действуй.
Злотов не двигался с места.
— Ладно, пошли вместе, — сказал Сандлер.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
