выяснили потом журналисты, Strategic Communications Laboratories и Cambridge Analytica участвовали в большом количестве предвыборных кампаний по всему миру – от Нигерии и Аргентины до Индии и Чехии. Поэтому об истинных масштабах деятельности компании остается только догадываться.
Скорее всего, в самом Facebook знали о целях и механизмах работы Cambridge Analytica, но не препятствовали им. Впоследствии, когда история с американскими выборами стала достоянием гласности, корпорация запретила Cambridge Analytica работать с данными соцсети и даже удалила аккаунт одного из тех людей, кто стоял у истоков оскандалившейся компании – Кристофера Уайли, человека, который, собственно, и превратил Facebook в театр военных действий.
Если Александр Коган занимался в основном сбором и анализом данных, Кристофер Уайли был настоящим локомотивом Cambridge Analytica. В 24 года, когда Кристофер Уайли учился в докторантуре по направлению прогнозирования модных тенденций, он разработал систему сбора информации в соцсетях для создания психологических профилей, а затем спроецировал это на политические предпочтения и возможности политической таргетированной рекламы. Довольно быстро он убедился, что исследования в соцсетях позволяют предсказать результаты выборов с большой долей вероятности.
«Я хотел знать, почему британские либерал-демократы проиграли на выборах», – говорил впоследствии Уайли в интервью газете «The Guardian». – И я начал смотреть на демографические данные, чтобы понять, что объединяет избирателей-демократов, потому что, кроме Уэльса и Шетландских островов, это разрозненные регионы. И я обнаружил, что не было сильных корреляций. В данных не было четкого сигнала. А потом я наткнулся на статью о том, что личностные черты могут определять политические взгляды, и это вдруг обрело смысл. Либерализму свойственны высокий уровень открытости новому и низкий показатель сознательности. А когда вы думаете о либерал-демократах, представляете себе рассеянных профессоров и каких-нибудь хиппи. Они первыми принимают все новое. Они полностью открыты для новых идей. Когда я понял это, в голове внезапно что-то щелкнуло и все встало на свои места».
Кристофер Уайли решил помочь британским либерал-демократам найти новых потенциальных избирателей. Но их не заинтересовало его предложение. «Я сделал презентацию и объяснил им, что они могут потерять половину из своих 57 мест в британском Парламенте. Но они только сказали: «Почему вы так пессимистичны?» В итоге они фактически потеряли все, кроме восьми своих мест».
Неудача с либерал-демократами не остановила Уайли. Через связи в британском политическом истеблишменте Кристофер вышел на Strategic Communications Laboratories, которая занималась выборами, и изложил ей свои идеи. Александр Никс, на тот момент генеральный директор этой коммуникационной компании, выслушал его и сразу предложил Кристоферу создать Cambridge Analytica. Как потом вспоминал Уайли, он получил предложение, от которого было просто невозможно отказаться. Никс предоставил ему карт-бланш: «Мы дадим тебе полную свободу. Экспериментируй! Приходи и проверь все свои сумасшедшие идеи!».
Кстати, наряду с Уайли соучредителем Cambridge Analytica стал Роберт Мерсер – один из пионеров в области создания искусственного интеллекта. Мерсер принимал участие в изобретении алгоритмической торговли, которая в итоге заменила управляющих инвестиционных и хедж-фондов компьютерными программами – и он точно знал, что «компьютерные суждения о личности более точны, чем те, которые сделаны людьми».
Интересно, что основным методом работы Cambridge Analytica стало изменение политических предпочтений людей не с помощью убеждения, а с помощью так называемого «информационного доминирования» – совокупности методов таргетированной рекламы, слухов, дезинформации и двусмысленных новостей, которые изначально зачастую распространялись с фейковых аккаунтов. Кстати, похожая кампания наблюдалась в соцсетях и при коронавирусной пандемии.
Специалисты Cambridge Analytica обнаружили, что, если постоянно и точечно доносить до электората поданную «под правильным углом зрения» информацию, то рано или поздно избиратель, даже несмотря на кажущуюся абсурдность информационного потока, станет считать, что этот поток и есть его собственное мнение. И, кстати, Дональд Трамп своими заявлениями и твитами предоставлял огромное количество разнообразного контента, подходящего под все случаи жизни и под любого избирателя.
Как впоследствии утверждал Кристофер Уайли, он и понятия не имел, во что ввязывается и лишь хотел проверить свои идеи на практике. «Я постоянно думаю о том, что, если бы я вместо этого устроился на работу в «Deloitte Touche», когда они предлагали мне. Я просто думаю, что, если бы я взялся буквально за любую другую работу, Cambridge Analytica не существовало бы. Вы не представляете, как много я размышляю над этим», – сожалел он впоследствии в своем интервью «The Guardian».
Впрочем, нет сомнений, что, если бы Уайли не было, на его место нашелся бы другой претендент, и наверняка не один.
Кстати, Кристофер Уайли очень оригинально описал, как он опирался на свой опыт прогнозирования моды в своей работе с Cambridge Analytica: «Политика – следствие культуры, поэтому, чтобы изменить политику, нужно изменить культуру. Трамп похож на пару зимней обуви «угги», или «кроксов», например. Люди думают, что эта обувь совершенно уродлива. Но лишь до того момента, пока ее не начнут носить все».
История Cambridge Analytica подробно приводится на этих страницах для того, чтобы показать, насколько прост механизм манипулирования мнением отдельно взятого индивидуума, и, соответственно, общественным мнением, если использовать современные технологии. По большому счету, в этих технологиях нет ничего нового – если вы читаете «персонализированную» специально под вас ленту новостей, смотрите один-единственный канал или слушаете только одну радиостанцию (либо несколько каналов и радиостанций, но с однообразным контентом и отсутствием реального плюрализма мнений), вы раньше или позже начнете мыслить теми месседжами, которые вам посылаются с телеэкрана или радиоэфира.
Да, технологии развиваются экспоненциально, и далеко не все из них идут на пользу людям. Более того, большинство последних наиболее популярных технологий невозможно оценивать однозначно. Big Data, мобильный интернет, искусственный интеллект… Все эти технологии, с одной стороны, облегчают нашу жизнь, но, с другой стороны, они ликвидируют приватность, разрушают экономику, лишают людей рабочих мест, и способствуют тому, что сам человек, похоже, неуклонно интеллектуально деградирует с начала 1980-х годов (вспомним уже упоминавшееся исследование уровня интеллекта норвежских призывников).
Утрачиваются даже базовые навыки, и если умение охотиться, которое осталось лишь у немногих представителей вида homo sapiens (да-да, единственный способ добывания пищи, который знает современный человек – это покупка еды в супермаркете), не является критичным для подавляющего большинства людей, то умение мыслить самостоятельно – наш последний бастион, сдав который человек навсегда лишится гордого звания «Венца Творения». А манипулятивные и «умные» технологии довольно быстро могут сделать из почти всех homo таких «людей-муравьев», единственной задачей которых может стать «работать усерднее» или «потреблять усерднее», в зависимости от той страны, региона или города, где они живут.
