только и летели хвоя да обрывки мха, а вслед мне донесся недовольный крик Змея:
– Рей! Остановись! Ты ведешь себя как ребенок!
Но я не остановилась. Битвы между ловцами никогда не были зрелищными: все сражения строго контролировались учителями, и ничего серьезнее синяков нам не грозило. Потому что Школа – это техника и дар, а боевой опыт ловец получал за стеной на границе. Тут же была настоящая битва! И не кого-то там, а самих асигнаторов. К тому же Рив и Тали – по-настоящему одаренные люди и пропустить их сражение было бы непростительным, и…
На самом деле я попросту себя оправдывала, потому что хотела сбежать от Змея.
Где-то в душе появился осадок, который превратился в прочную нить и стянул все внутренности. Я не понимала, что происходит. Вроде не тяжело, но давит. Вроде просторно, но тесно.
Вроде мир огромен, а кажется сжатым до размера моего кулака.
Не совсем приятное ощущение, которое поднимало волну жара, похожего на пламя стыда. Раньше я никогда не вела себя столь беспечно, а тут предстала перед наставником полной дурехой и неумехой, из-за чего стало стыдно и захотелось спрятаться.
Виляя меж деревьев и продираясь сквозь кусты рощи, я бежала без оглядки. Кусала губы и пыталась запихнуть куда-нибудь поглубже взбаламученные чувства. Но источник шума, что сотрясал тишину леса, я нашла быстрее, чем навела порядок в голове. И… замерла.
На крупной поляне, где почти не было растительности, кроме низкой травы, сражались двое – Талина и Рив. Ну как сражались…
– Медленно! – дразнил наставницу Рив и ловко уклонялся от ее кулаков. – Двигаешься как улитка!
Я спряталась за широким стволом сосны, чтобы не мешаться и не отвлекать «дерущихся», а заодно не отхватить случайного тумака. И первое, что бросилось мне в глаза, – волосы Рива. Они в самом деле стали насыщенного темно-синего цвета, особенно это было заметно на солнце. А еще Рив подстригся, но не совсем коротко – оставил длину чуть ниже плеч и собрал их в маленький хвостик на затылке.
– Заткнись и дерись! – прорычала Талина, прибывая на грани бешенства.
Она двигалась быстро, но все равно не могла поймать своего ученика. А тот радостно смеялся, избегал грузных ударов и явно развлекался, наблюдая за потугами наставницы его достать.
– Я не убегать тебя учу! – психанула Тали, пытаясь схватить Рива. – А драться!
Но тот прогнулся под ее руками, оказался за спиной, пнул под колено и, радостно гогоча, снова отбежал.
– Ах ты…
– Остынь, Тали! – продолжил уклоняться Рив. – А то вдруг не рассчитаешь, прихлопнешь любимого ученика и…
Он издевательски провел пальцем от глаза по щеке.
– Потом пла-а-акать будешь.
– Я тебе не Тали! – взревела Талина и нанесла еще один удар.
Но Рив вновь играючи увернулся, да так, что ее кулак проскользнул рядом с его ухом.
– И не подруга!
– Да ладно, Тали… – обиженно надулся Рив, а потом расползся в ехидной улыбке: – …на.
Талина грозно зарычала и за один миг сократила дистанцию до ученика. Умудрилась схватить его за рубаху, но тот вывернулся так, что одежда осталась в ее руках, а сам Рив, по пояс голый, отпрыгнул назад.
– Бр-р-р… Ветерок-то прохладный, – потер он ладонями обнаженные плечи.
– Да чтоб тебя… – прошипела Талина. – Одевайся и продолжаем!
Она швырнула в него отобранной рубахой, а Рив с гаденькой улыбочкой ее поймал, но вместо того, чтобы надеть, потряс перед наставницей:
– После такого! Мы теперь больше, чем друзья!
Талина устало вздохнула и, спрятав лицо за ладонью, отвернулась. А я, пока Рив одевался, внимательно его осмотрела, чего не позволила себе в хижине Бигиса. Рив был в отменной физической форме. Он буквально весь состоял из сухожилий и мышц. Поджарый, в меру натренированный… Было заметно, что он каждый день занимался, и наверняка все ради того, чтобы не было боли в мышцах, о которой он упомянул еще в Тормире.
Хм… Кстати. Змей не сказал об этой особенности – наверное, хотел, чтобы я сама о ней догадалась. И если боли у Рива были действительно из-за дара, из-за чего ему приходится постоянно держать себя в отличной форме, – значит, недостатка как минимум два: один отпечатывается на характере или поведении, а второй – на теле.
Я оглянулась, когда совсем рядом послышался шорох и хруст веток. Поискала взглядом Змея, потому что, кроме него, больше некому было меня догнать, но никого не нашла. Хмыкнув, я снова обратила взор на поляну и столкнулась лицом к лицу с Риваром.
– Подглядываешь? – поинтересовался он и погрозил пальцем: – Ай-яй-яй, Рей…
Уже одетый, он стоял почти вплотную и хитро улыбался. А я, не ожидая увидеть его так близко, резко отшатнулась, отчего чуть не оступилась и не грохнулась на землю.
– Тише-тише, – заволновался Рив и ринулся ко мне, но я смогла устоять, поэтому он замер в шаге. – Не хотел тебя пугать…
– Все в порядке, – отозвалась я, держась за сердце, которое за сегодняшний день уже в третий раз грозилось выпрыгнуть из груди. – Мы со Змеем шли на тренировку, но услышали вас и решили посмотреть…
– Ты решила посмотреть, – донеслось из-за спины. – Я же просил остановиться.
Я опять шарахнулась и на этот раз чуть не врезалась в Рива, только ноги ему немного отдавила. Да что ж за день такой…
– Еще раз сбежишь без разрешения, – прошипел наставник. – Я привяжу тебя к себе, и будешь даже в туалет ходить под моим присмотром.
– Ого! – разминая плечи, к нам подтянулась Талина. – Змей! Какими судьбами?
Тот продолжил молчать, испепеляя меня серым пламенем, горящим в его глазах. А я не стала робеть от такой грубости – наоборот, гордо вздернула нос и с достоинством встретила его недовольство. Пусть знает, что я больше его не боюсь.
– Представляешь? – широко улыбнулся Рив. – Рей от Змея сбежала.
– Сбежала? – удивилась Талина и покачала головой: – Вот те на… Бедный-бедный Змей.
– Тали, – процедил тот.
– А что «Тали»? Тали на протяжении четырех лет терпела твои насмешки. Поэтому будь добр: молча прожуй и проглоти.
– Даже не подумаю.
– Какой же ты все-таки эгоист, – фыркнула она и изобразила обиду. – Но ничего, со временем ты меня поймешь…
– Не пойму, – наконец-то отвернулся от меня наставник и взглянул на свою напарницу: – А знаешь почему?
Талина сложила руки на груди и с вызовом хмыкнула, а Змей расплылся в ядовитой улыбке:
– Моя – неуклюжая, но умеет думать. А неуклюжесть, в отличие от тупости, хотя бы лечится.
– Эй! – хором воскликнули мы с Риваром.
– Я не неуклюжая!
– Я не тупой!
«Сказал как отрезал», – обиженно подумала я и крепче стиснула зубы, чтобы не ляпнуть колкость в ответ.
Рив тоже возмутился – я видела, как на его
