Поэтому натянуто улыбнулась и произнесла:
– Вы оба меня поразили. Бой был невероятен.
– Ого! Змей!
Рив подскочил к моему наставнику и по-дружески его обнял. Я даже опешила от такой дерзости и испугалась за парня.
– Рей назвала нас невероятными. Круто! Правда?
– Мне плевать, – буркнул тот, высвобождаясь из его объятий. – Ты не в первый раз продуваешь. Не вижу тут ничего невероятного.
– Тоска несусветная, – зевая, подошла к нам Талина. – Ты опять проиграл…
– Я поддался, – подмигнул ей Рив. – Чтобы Змею не было стыдно перед Рей.
– Да что ты такое говоришь? – плотоядно осклабился асигнатор. – Хочешь повторить?
– Ну-ну! – парень перестал массировать затылок. – Чтобы в этот раз ты наверняка меня придушил? Нет уж…
Я прыснула, забавляясь пререканиями наставника и Ривара. Будто бы спорили не два сильных воина, а простые дворовые мальчишки. Даже Талина не сдержала улыбки, и вскоре стало понятно, что на этом наше тренировка закончилась.
Еще немного подурачившись (в основном Талина гоняла Ривара по поляне), мы приняли решение: раз обед пропущен, то все вместе отправимся в ближайшую городскую таверну, о которой в поселении упоминал Змей. И пока Рив с Тали спорили о предстоящем ужине, наставник мне шепнул, что сегодня я могу выбрать в награду все, что пожелаю. И я выбрала: не задумываясь, ответила, что хочу жаркое и медовуху, которые Змей как-то мне пообещал. А тот двусмысленно хмыкнул и одобрительно кивнул.
Мы быстро переоделись… Точнее, все, кроме меня. Разбросанная утром одежда на постели мне совсем не подходила. Только один комплект из всех оказался по размеру, о чем я невзначай обмолвилась, и Талина сразу же вызвалась помочь.
Она выделила пару вещей из своего гардероба: черные льняные штаны и темно-зеленую рубаху, поверх которой заставила меня надеть корсет со шнуровкой спереди. На мой удивленный взгляд сказала: «Мы идем веселиться, а не на войну». В итоге пришлось смириться, хотя было непривычно облачиться во что-то, кроме военной формы.
Мои волосы мы решили оставить распущенными, чтобы я могла прикрыть свой шрам. И когда отправились в таверну, я была как никогда счастлива. Чувствовала: этот вечер обещал стать особенным. И он непременно таковым бы стал, если бы не…
Медовуха.
Лучше бы я о ней не заикалась.
Глава 10
Первое яркое событие за последний час – земля.
Точнее, пол…
Если уж совсем точно, крыльцо таверны, где мы решили «поужинать».
И приближалось оно очень быстро – я только и успела, что тихо пискнуть.
Потом темнота.
Ощущение мягкой теплой ткани под щекой и запах мясной подливы. Мне мигом подурнело, стоило подумать о еде.
Попыталась пошевелиться, отстраниться, но меня прижали крепче, не позволяя освободиться, и я сдавленно простонала, давая понять, что не могу дышать. Вроде хватку ослабили. Насмешливо фыркнули и понесли дальше.
А потом опять тьма.
Очнулась я у себя в хижине поздним утром. Голова раскалывалась. Слюна во рту стала вязкой, кислой и… отвратительной. Язык прилип к небу, горло терзала жажда. Ощущая себя самым настоящим изюмом – высушенной и сморщенной от боли, – я перекатилась набок и попробовала встать. Мир крутанулся, будто гиря, подвязанная на веревке, и закачался. К горлу мигом подступила тошнота, и, чтобы ее сдержать, я уткнулась лицом в подушку.
– М-м-м! – вымучено простонала я, а потом резко вскинулась, но снова рухнула в постель, почувствовав острую боль в висках.
Зато напряжение спало, когда я поняла, что все-таки дома одна. Можно продолжать ныть, и никто не осудит. Однако роль страдальца – не для меня. Поэтому стоило еще раз попытаться встать и привести себя в порядок, пока никто не пришел.
На мне была вчерашняя одежда. Вся, кроме корсета. Кто-то заботливый догадался его снять и повесить на спинку кровати. Кончиками пальцев я дотянулась до шнуровки и потащила на себя, чтобы посмотреть, что с ним, и, на мое счастье, корсет был цел. А вот рубаху на мне не помешало бы постирать. Мало того что на ней остались пятна от пролитой медовухи, так еще я всю ночь в ней проспала.
Вспомнив о вчерашних посиделках, я задумчиво уставилась в деревянный потолок.
Так что же произошло? И как я попала домой?
Нахмурив лоб, я попыталась припомнить события прошлого вечера. Вот мы покинули Обитель и по белоснежным улицам Дириама добрались до таверны, спрятанной среди простолюдинских домов. Снаружи она казалась неказистой, зато внутри была очень даже приличной, а еще просторной, с чистым каменным полом, ровными стенами из широких досок и узкими окнами-арками с плотными шторами. В таверне стояли круглые деревянные столы и стулья, переделанные из пивных бочонков, с мягкой подушкой на сидении. Я никогда не видела таких, но в полной мере оценила удобство.
В таверне ютилось много народу, что не удивительно. Здесь, как Змей и говорил, готовили просто отменно. Принесенное нам жаркое было невероятно ароматным. Мясо таяло на языке, наполняя рот пряным соком, а картошка отлично пропиталась подливой с букетом приправ и легко разламывалась языком, раскрывая свой богатый вкус.
– Эх…
Я печально вздохнула, с тоской вспомнив вкус жаркого, в то же время маясь от тошноты, которая напомнила о себе, стоило подумать о еде. Так что там дальше? Ах да…
Медовуха.
Змей сам ее заказал, а Рив, как только узнал, что я никогда не пробовала горячительных напитков, подначивал осушить бокал залпом. Естественно, я его не послушала и сделала первый осторожный глоток, который показался очень сладким и в то же время пламенным. Язык защипало, и по горлу потек жар, оседая приятным теплом в животе. Щеки вспыхнули от необычного ощущения, а во рту осталась сахарная вязкость. Сразу же захотелось выпить еще, что я и сделала.
Напиток мне очень понравился, а вот его коварство – нет. Поначалу даже не заметила, как опьянела. Стала больше разговаривать, а потом и вовсе поспорила со Змеем, что в отличие от Рива смогу его одолеть. Правда, не уточнила, как именно. Тогда наставник с присущим ему ехидством придумал нам соревнование.
В таверне особо не разгуляешься, поэтому он предложил решить монеткой, кто из нас удачливее. Банально и подло, учитывая дар Змея. Условия игры оказались такими: я выбираю сторону, а наставник кидает истон. Рив и Талина тут же запротестовали, раскусив его замысел, и вызвались сами разыграть монетку, чтобы никто не смог смухлевать.
– «Мир», – выбрала я аверс истона, где была изображена сфера в ладонях.
– «Власть», – со скучающим видом отозвался Змей.
«Властью» называли реверс монеты. На дираме это была угловатая и высокая корона правителя Сарема, выкованная из тонких золотых нитей, с рубинами, похожими на капли. А на истоне чеканили диадему
