налога продолжали существовать различные дополнительные сборы и трудовая повинность для непривилегированных слоев населения. Исчисление налогов в серебре хотя и имело место в отдельных районах, но до середины XVI в. не было сколько-нибудь широко распространено.
Сокращение налоговых поступлений отнюдь не вело к уменьшению расходов двора. Наоборот, они возрастали. Выше уже говорилось о своеобразном скачке расточительности двора в начале XVI в. Ее проявления наблюдаются и позже. Росли и расходы на оборону границ, содержание наемных гарнизонов. По сравнению с первоначальным управленческим аппаратом империи Мин в XVI в. значительно возросло количество гражданских и военных чиновников, получавших содержание из казны. Весьма существенной расходной статьей стало выплачивание жалованья императорской родне, обитавшей в удельных владениях. Число ее быстро множилось, достигнув к рубежу 60-70-х годов XVI в. приблизительно 28 тыс. человек. Положенное им содержание в начале 60-х годов составляло 37,3 % поступавших от налогов средств.
Казна не могла обеспечить покрытия требуемых расходов. С 50-х годов XVI в. не хватало средств даже на половину из них. Сложившееся положение можно охарактеризовать как острый финансовый кризис. Выход из него сторонники реформ видели в упорядочении системы землевладения и налоговых ставок. Эту задачу попытались решить получивший фактическую власть в начале 70-х годов XVI в. Чжан Цзюйчжэн и его помощники, опираясь на опыт самопроизвольно возникавших в отдельных местах новых форм взимания налогов. В 1577–1581 гг. была проведена новая всеобщая опись облагаемых земель и налогоплательщиков, увеличившая учтенный земельный фонд более чем на 40 %, а количество податных дворов (по сравнению с данными конца XV в.) — на 1,5 млн. В 1581 г. был декретирован новый порядок сбора налогов — так называемый единый налог (итяобянь).
Сутью нового порядка была замена всех прежних разнообразных налогов и повинностей единой денежной ставкой, исчислявшейся в серебре. Считалось, что прежние налоги составляют 60 % этой общей ставки, а повинности — соответственно 40 %. Сумма единого налога исчислялась властями для десятидворок и стодворок, т. е. фискальных общин, а внутри этих объединений производилась раскладка на отдельные дворы исходя из количества получаемого ими урожая и числа работников. Высчитывалась и общая сумма, положенная для выплаты с каждого уезда и области.
Упорядочение и унификация налогов, упразднение трудовых повинностей несомненно должны были облегчить финансовый кризис, улучшить положение налогоплательщиков, и, прежде всего, несшего непосредственную тяжесть налогового бремени крестьянства. Но положительные результаты этой реформы оказались довольно кратковременными. К тому же новая налоговая система была в неодинаковой степени внедрена в различных районах обширной империи. При раскладке налогов по подворьям в одних местах за основу бралась продуктивность хозяйства (т. е. количество и качество земли), в других — число работников. Кое-где денежные выплаты по-прежнему подменялись натуральными (зерновыми). Там же, где налог был переведен в денежное выражение (исчисляясь в серебре, он уплачивался медной монетой), положение плательщика, особенно небогатого, осложнялось общей неразвитостью товарно-денежных отношений в сельских районах страны. Наконец, на следующий год после начала реформы (1582 г.) умер ее главный инициатор — Чжан Цзюйчжэн, после чего многие его начинания были приостановлены и дальнейшее продвижение реформы лишилось систематических усилий со стороны двора.
Уже в 90-е годы XVI в. в связи с войной в Корее ставка единого налога была повышена на 9 ли (1 ли — 37,3 мг) серебра с 1 му земли. В 1601 г. произошло новое повышение, и к 1630 г. эта ставка превышала первоначальную на 2 фэня 4 ли 9 сы (1 фэнь — 373 мг, 1 сы — 0,37 мг). В 1618 г., в связи с активизацией военных действий в борьбе с маньчжурами, был введен особый, «ляодунский» налог на общую сумму 5200 тыс. лян серебра. После 1627 г. его увеличили еще на 1600 тыс. лян. Кроме того, ввели налоги на содержание «карательных войск», на «обучение войск» и другие поборы на общую сумму 18 млн. лян. В результате только за одно десятилетие после 1618 г. налоговое бремя возросло в два раза. Рост налоговой эксплуатации в сочетании с произволом властей и накоплением огромных богатств в руках удельных властителей, знати, временщиков, администрации в целом привел в конечном итоге к вспышке крестьянской войны, похоронившей державу Мин.
Рассматриваемый период отмечен заметным прогрессом в области городского, профессионального ремесла и торгово-промышленной деятельности. Особенно значительные изменения наблюдаются во второй половине XVI — начале XVII в. Происходившие в этой сфере производства сдвиги позволяют исследователям говорить об экономическом подъеме в стране с середины XVI столетия.
Взятые в совокупности, отрывочные данные (за неимением систематических) свидетельствуют о росте городского населения. Если в конце XIV в. в Сучжоу было 245 тыс. жителей, то к середине XVI в. — 339 тыс., а к концу периода Мин — 650 тыс. Население Цзиндэчжэня к концу данного периода стало приближаться к 1 млн. человек. Число жителей торгово-промысловых поселений, фактически превращавшихся в города, но не имевших полного городского статуса — чжэней и ши, в среднем составляло (в центрально-южном районе страны) от 10 до 20 тыс. человек. В крупных чжэнях в конце XVI — начале XVII в. могло обитать около 50 тыс. жителей, а в наибольших — до 350 тыс.
Если к началу XVI в. в уезде Уцзян насчитывалось 3 ши и 4 чжэня, то на рубеже XVI–XVII вв. — 10 ши и 7 чжэней. Разумеется, отмеченный рост наблюдался не повсеместно и был характерен, прежде всего, для центрально-южных районов страны, наиболее развитых в экономическом отношении. Но в общих чертах он отражал преобладавшую тенденцию развития описываемого времени. Отмеченный рост был связан с развитием городского ремесла, с одной стороны, и обезземеливанием крестьян в процессе концентрации земли в руках крупных землевладельцев — с другой.
В больших городах наблюдается значительная локализация отдельных видов ремесла в тех или иных кварталах. В Нанкине, например, были улицы красок, парчовая, медная, железная и т. п., в Пекине — улицы и переулки шелковых нитей, котлов, шапок, виноваренный, масличный, хлопковый, жестяной, ювелирный и т. д. Отдельные данные свидетельствуют и о росте ремесленного населения в городах. В Сучжоу, например, более половины населения в начале XVII в. было занято различными ремеслами. С середины XVI в. ремесленно-торговые кварталы образуются в «застойной» части крупных городов, т. е. в их предместьях. К рубежу XVI–XVII столетий число жителей этих предместий иногда стало превышать количество «внутристенных» обитателей. Характерно, что наибольшее количество торгово-промысловых поселений городского типа возникало вокруг городов, являвшихся крупными центрами сосредоточения ремесла и торговли (Сучжоу, Сунцзян, Цзядин, Цзясин и др.). Это служит косвенным показателем более тесного вовлечения в торгово-промышленную деятельность прилегавшей к таким центрам сельской округи.
Последнее подтверждается также сведениями о расширении посадок технических и сырьевых культур вокруг ремесленно-торговых городов. В XVI в. увеличиваются площади под масличными культурами, виноградом, хлопком, индиго, табаком, сахарным тростником, тутовником. К рубежу XVI–XVII вв. вокруг г. Цзядин было занято хлопком до 70 % возделываемой земли, а
