– Понимаешь, Кани, – я потупила взгляд, пытаясь объясниться.
Если бы не она, вряд ли бы мы добрались до Града по воздуху живыми и здоровыми.
– Карл хотел нас всех поубивать! И…
– И вы чуть не уничтожили крылолет, – закончила она за меня начатую фразу.
Она права. Одно неверное движение, и мы могли проломить стенку и полететь вниз. Вовсе не обязательно, что на нашем пути встретилось бы дерево, притормозившее наше падение у земли. Хвала высшим, все обошлось, и мы благополучно добрались до Централи.
К нашей машине сбежалось человек десять в одинаковых серых костюмах. Они, словно по команде, выстроились в ряд и хором поприветствовали почтенного Карла Дярлига. Только вместо ожидаемого ими сына нордэрдского министра к ним спустилась высокая худая девушка.
Одетый в наглаженный белый костюм невысокий толстячок, учтиво пожал ей руку и тут же спросил о судьбе Карла. Кани, казалось, совсем не знала, что ответить, пришлось спасать ситуацию и рассказывать о том, что почтенный господин из Централи выкурил слишком много рами. Духи позвали его за собой, и он шагнул из крылолета прямо в воздух. А мы, его хорошие друзья и знакомые из Монтерры, решили не разворачивать крылолет обратно и прилетели в Централь, дабы почтить память безвременно погибшего Дярлига. Вряд ли бы хитрый старик поверил каждому слову. Слишком надуманной мне казалась эта история. Очень много несостывок.
Вполне возможно, обман бы и сошел нам с рук. Пока центральцы искали бы тело и расследовали смерть сына министра, у нас было бы достаточно времени, чтобы разобраться со всеми интригами во дворце президента. Но толстячок в белом задумчиво посмотрел на высокого парня с большим мечом за спиной и почесал густую курчавую бороду. Он хитро улыбнулся в свои серебряные от седины усы, и мягким баском сказал:
– Красная Бандана, значит…
Все кончено! Теперь не только нам покоя не дадут, но и привезшей нас сюда Кани не поздоровится. Надо было высаживаться на поле, что у озера Миррор. Вдруг там бы у Карла встречающих не нашлось.
Сорро, погладив сидевшую на плече Ню, бросил подозрительный взгляд на старичка.
– Тот, кто искал меня, мертв, – безапелляционно заявил парень, становясь рядом с Кани. – А у меня есть дело к президенту вашего государства.
Старик ухмыльнулся, а по его маленьким хитрым глазкам я поняла, что он решил приготовить для нас не очень приятный сюрприз. Мы молча обступили встречающего и ждали, что он скажет дальше. Рыжая штурман в очередной раз попыталась выставить себя девушкой странника и обняла его за талию, но тот лишь резко отбросил руку девушки. Не везет Рэтти с любовью: то капитан-извращенец, то безответное чувство к Сорро…
– Ты убил господина Карла? – сощурился старичок, перебирая пальцем какие-то кнопки на большой черной штуковине. – Не сомневаюсь, Красная Бандана, ты хочешь уничтожить и президента. Ты ни перед чем не остановишься, чтобы достичь мирового господства!
Сказанное, возможно, насмешило Сорро, но он лишь ехидно ухмыльнулся, выражая свое презрительное отношение к подобным россказням. Меня, признаться честно, услышанное развеселило: я представила разбойника на троне президента, окруженного двумя десятками наложниц. О, а какое у него будет выражение лица, когда парень станет отдавать приказания… А какого леопарда придется убить, чтобы сшить ему мантию… А какой указ разбойник издаст первым? На этот вопрос я не нашла ответа. Слишком смехотворным представлялся мне Сорро в этой роли. Наверное, в первую очередь он велит соорудить себе столовую или ресторан, потом кузницу…
– Вы мне не поверите, – просмеявшись, заявил странник, – но это мне нужно меньше всего на свете. Мы, пятеро, просто хотели встретиться с вашим правителем. Мы можем даже оружие оставить у стражи, если кто-то боится, будто Красная Бандана пришел сюда, чтобы убить президента Централи.
Старик не верил ничему. По его угрюмому лицу ясно было видно, что он не желал пропускать нас в город. Его черные глаза говорили красноречивее всяческих слов. Однако нужно что-то делать, как можно скорее завершить эту странную грызню за передел власти в Инселерде.
Сорро слишком наивен, чтобы вести подобные переговоры, Рэтти – не опытна, Сунна невоспитан и вспыльчив, как только узнают, что Кани против власти, то и ее вряд ли послушают. Оставалось мне взять все в свои руки и наладить отношения с встречающими нас людьми.
– Он мой телохранитель, – я сделала шаг вперед, выгораживая Сорро, – я наняла его, чтобы он защитил меня по дороге в Нордстерн. Прошу любить и жаловать, Ее высочество принцесса Анжелика.
Собравшиеся у крылолета встречающие и старичок окинули меня недоверчивым взглядом, но все же пристально смотрели и в лицо, и на одежды, оценивая, могу ли я быть тем, кем представилась. Прекрасно их понимаю: вряд ли кто узнал бы принцессу в девушке, одетой как пиратка, кожа которой за два с половиной месяца странствий обветрилась и загорела на южном солнце.
– Не смеши мои коленки, девочка, – съехидничал старик, – принцесса. Придумаешь еще.
Несмотря на крики моих друзей: «Чистая правда!» – этот человек не собирался мне верить.
– Я могу доказать, – холодно сказала я, засовывая руку за пазуху.
Единственная в своем роде драгоценность, принадлежащая королевскому дому Нордэрда, блестела у меня в руке. Огэйс, или просто глаз льда, самый крупный алмаз, найденный в Граничных горах лет пятьсот назад, стал семейной реликвией.
– Проклят на месте будет тот, кто отберет это у члена королевской семьи. Примите меня и моих телохранителей в Централи, – мой голос в тот момент, казалось, был холоднее льда.
Старик и таможенники отошли в сторону, открывая нам выход в город. Как я и ожидала, они не решились проверить действие талисмана на себе. Хотя, по правде говоря, семейная реликвия никогда не обладала подобными ужасающими свойствами. Это просто украшение, о котором знали во всех землях Инселерда, и которое передавалось наследнику престола в день коронации его родителя.
– Ваше высочество, – поклонился он, – мы проводим вас к президенту, только позвольте обеспечить прием, достойный Вашего положения.
Он с опаской поглядывал на украшение, которое я не стала прятать под рубашкой, всем видом показывая, как он боится прикоснуться к северному алмазу.
Сорро, услышав предложение центральца, недовольно фыркнул и заявил, что если уважаемые жители Града обеспечат принцессу подходящей комнатой в гостинице и достаточными средствами, он сам позаботится о своей госпоже.
И сколько бы старичок, оказавшийся единоличным владельцем летальни (так, оказывается, называли в Централи площади для посадки крылолетов) и таможенники не спорили с ним о том, что вкус разбойника может не совпадать с установленными церемониалами, мой верный спутник обещал привести к президенту не кабацкую красотку, а принцессу крови.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
