Теперь Карой поднялся на три метра, на несколько секунд завис в воздухе, сделал круг над площадкой. Полёт получился неуклюжий и неуверенный, Карой бултыхался в воздухе как неумелый пловец в бассейне, но крылья его держали! Вампир сделал второй круг и аккуратно опустился на траву.
Мальчишка взмок и вымотался от непривычных усилий так, словно разгрузил вагон угля.
— Я летал, — тихо сказал он. И тут же завопил восторженно: — Я летал! Вы видели — я летал! Я сейчас опять полечу!
— Нет, — остановил его Иштван. Как он подошёл, мы не заметили.
— Летать ты будешь вечером, — сказал Иштван сыну. — А сейчас примешь горячий душ и пойдёшь к массажисту.
— Твой отец прав, — сказал эльф. — Летать начинают понемножку, иначе крылья будут болеть так, что ты ими целый месяц даже пошевелить не сможешь.
— Не торопись, — поддержал эльфа гремлин. — Все взлётки начинают учиться понемногу. Иначе крылья искалечишь. Вечером полетаем ещё. А сейчас тебе действительно нужен горячий душ и хороший массаж.
Карой послушался, ушёл.
— Всё равно полетит, — сказал эльф. — Взлётки все упрямые и нетерпеливые. Сначала крылья перетруждают, а потом воют от боли. Лучше я его провожу.
Эльф упорхнул вслед за Кароем.
— Составьте расписание тренировок для всей общины, — приказал гремлину Иштван. — Учеников будет много, вам понадобятся помощники. Назначайте инструкторами и массажистами всех, кого сочтёте нужным. Алькара это тоже касается. Выполняйте.
Гремлин улетел. Едва он скрылся из вида, напускное спокойствие Иштвана исчезло. Он судорожно поправил воротник рубашки. Крылья дрожали.
— Я знал… — тихо сказал Иштван, — знал, что этот упрямый мальчишка не успокоится, что обязательно захочет попробовать… Но что у него получится, я и предположить не мог. Был уверен, что придётся утешать сына после самого жестокого разочарования в его жизни. Но у него получилось… Вампиры снова могут летать…
— Снова? — переспросила я. — Так вы уже летали?
— Да, — ответил Иштван. — Летали. Сейчас это тайна, которую позволено знать лишь повелителям. Даже старейшины о ней никогда не слышали. Вампиры могли летать два с половиной тысячелетия назад, ещё до сокрытия волшебного мира. Талулат, проклятие Сотворителей, обрушилось на вампиров именно за то, что мы воспротивились сокрытию. Нас лишили неба до тех пор, пока мы не пройдём тропой Покаяния и не дадим клятву Глубинной верности Тройственной Триаде. Но Девятка ждёт её напрасно. Пусть всю свою жизнь мы были рабами, но в безвольных кукол не превращали себя никогда. И не превратим. Мы послушно и верно служили Предрешателям, но когда их приказы противоречили законам нашей чести, вампиры говорили «Нет!». Так было, так есть и так будет всегда. Вопреки власти Жажды, невзирая на вечный талулат. Даже лента покорности, — прикоснулся вампир к шее, — не заставила нас отказаться от наших правил чести.
Я мгновенье поколебалась, но всё же сказала:
— Повелитель Иштван, директор Совета Равновесия Люцин всегда подозревал, что на самом деле никакого талулата не существует. Все беды, которые обрушиваются на проклятых после наложения талулата — не более чем совпадение, ведь неприятности, как и удачи, происходят постоянно. Другое дело, как их истолковывать, на что больше обращать внимания. Талулат — пропагандистская ложь. Теперь это доказано.
— Нет, — ответил Иштван. — Ложь — это ануна. Предрешатели крепко сглупили, когда отмеряли нам наказание. Они лишили вампирских повелителей этого дара. Но мы успешно правили общинами и без ануны. А наши подданные хранили нам верность. Все вампирские общины богаты, а люди в них уверены в завтрашнем дне и в себе. Каждая община добивалась удачи и благополучия для своих людей сама, соединёнными усилиями повелителей, старейшин и общинников. Так любому вампиру стало понятно, что ануна — ложь, власть которой держится только на внушении и самовнушении. Но талулат действительно существует, и сила его неодолима!
— Нет, повелитель Иштван, — твёрдо сказала я. — Талулат точно такая же ложь, как и ануна. У нас, у человеков, есть поговорка, что вера творит чудеса. Но чудеса бывают разными: и добрыми, и злыми. Талулат — злое чудо злой веры. Вы верите, что талулат приносит несчастья, и потому каждую мелкую житейскую неприятность считаете проявлением его силы. Вы заставляете себя видеть то, чего на самом деле нет. Становитесь добровольными пленниками иллюзий.
Иштван смотрел на меня острым пронзительным взглядом. Жёстко ломило виски.
— Ваш сын, повелитель Иштван, — продолжила я, — не захотел верить глупым древним сказкам. И талулат оказался над ним не властен. А теперь потерял власть и над вами.
Вампир плеснул крыльями. Боль в висках исчезла.
— Хорса, ради твоей же безопасности, — сказал Иштван, — никогда никому не говори того, что ты узнала о талулате, и самое главное, об ануне. Это равносильно самоубийству. Всеповелителя Бернарда Тройственная Триада уничтожила именно потому, что он попытался открыть волшебному миру тайну ануны.
Я кивнула. Иштван ещё не догадался, что тайна талулата для Девятки гораздо опаснее. Это практически единственное средство устрашения и подчинения, которое у них есть. Благодаря ануне Девятка добивается симпатий жителей волшебного мира, но реально власть Предрешателей держится именно на вере людей в карающую силу талулата, на страхе перед ним. Не будет веры, не будет и повиновения. Власть Девятки рухнет потому, что волшебства как такового для её поддержания ничтожно мало. Противостоять объединённой атаке хотя бы трёх десятков кудесников девять чаротворцев не смогут. Верховных Всеправителей размажут по стенке как тараканов.
— Повелитель Иштван, — сказала я, — вам необходимо срочно собрать Большой совет общин. Девятка не простит отринутое проклятие. Но если вы покажете твёрдую решимость выступить против них единым фронтом, Тройственная Триада испугается и будет вынуждена смириться с новым положением дел. Реальной возможности победить лучшую боевую силу волшебного мира у Предрешателей нет.
— Это не так легко, Хорса. Придётся долго убеждать, запугивать и обнадёживать, чтобы создать единый фронт. Будь у нас всеповелитель… Общины подчинились бы ему безоговорочно, единство возникло бы само по себе. Да, всё верно, такой силе не решились бы противостоять даже Сотворители.
— Ну так изберите себе всеповелителя, раз уж он так вам необходим! Обяжите каждую общину выдвинуть по кандидату и устройте экзамен.
Иштван только усмехнулся.
— Люди, пригодные стать всеповелителями, рождаются не чаще одного раза в тысячелетие. Никого, равного государю Бернарду, в мире не существует. Вампир это, маг, оборотень или человек — с Бернардом не сравнится никто.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
