Большинство кораблей погибло во время бури или было сожжено, однако самый большой, флагман Колокольчика по имени «Уллавелла», оказался почти целым. Его должны были полностью починить уже к вечеру, поэтому выступление сухопутной армии назначили на следующее утро. «Уллавелла» и несколько кораблей помельче выйдут в море еще через сутки.
Остаток дня Сорген провел в хлопотах. Для рха-уданцев купили у степняков коней – благо, после сражения многие из них остались без седоков. Пиратов нарядили в трофейные зурахатские доспехи. Рогеза пришлось долго поучать, но он все еще держался неуверенно, так что в конце концов Гуннир снова вызвался ехать вместе с ним. Это известие чрезвычайно порадовало Хейлу и огорчило самого князя – но выбирать ему не приходилось.
Ночью Соргену покоя тоже не было. Стоило устроиться на постели после обильного, хотя и простого ужина – дверь в комнату открылась, пропуская внутрь Хейлу, одетую лишь в тонкую сорочку. Нет конца моим битвам! – подумал Сорген, тоскливо глядя на игриво улыбающуюся подружку. Впрочем, эти округлые бедра, плавно покачивающиеся при ходьбе и высокие груди, пронзающие полупрозрачную ткань твердыми сосками, смотрелись завлекательно. Недовольство быстро сползло с лица колдуна, сменившись вожделением. В новую битву он вступил, полный вдохновенного воодушевления.
Утром армия кочевников длинной грязной змеей уползла за холмы и утесы из разоренного Делделена. Оставшиеся в городе пираты принялись за пьянство и женщин, спеша урвать оставшийся им день. Многие не желали идти ни в какой поход, но воля Колокольчика и присутствие пугающих колдунов заставляли их держать свое мнение при себе. Южане же просто пользовались тем, чего были давно лишены; весь город обратился в большую, гудящую таверну, полную охочих мужчин и сговорчивых женщин.
После полудня, когда Хейла спала, отдыхая от ночных игрищ, Сорген пришел в покои Колокольчика и велел ему собрать семерых слуг, которые разделяли с хозяином проклятие Бога-Облака. К счастью, все они были еще не особенно пьяны. Маг отвел их к реке и усадил в лодку; на все вопросы он отвечал загадочной улыбкой и обещанием показать, а не рассказать. Вместе с лодкой они поднялись в воздух – Соргену было очень смешно видеть, как отъявленные головорезы бледнеют и хватаются за борта с тонким скулением. Спокоен и тих был только сам Колокольчик, словно бы понимающий всю важность момента.
Лодка пролетела вдоль реки, потом скользнула над лесом. Сорген не испытывал никаких сомнений, хотя в своем странном сне не видел дороги. Он ни на мгновение не задумался, что все это может оказаться вымыслом и ложью воспаленного разума.
– Да куда ж мы летим! – спросил, наконец, встревоженный Колокольчик.
– Ты узнаешь это очень скоро! – с очередной раз ушел от ответа Сорген. – Посмотри на тот островок молодых дубов! Он тебе ничего не напоминает?
Лодка плавно опустилась рядом с рощей, которая выглядела в точности так, как это было во сне. Раскидистые ветви сплетались, как руки влюбленных, гладили друг друга и шептали некие тайные слова. Где-то в кронах пела малиновка и легко постукивал дятел, рядом шуршали в траве мыши. Сорген повел своих спутников среди узловатых, но еще тонких дубовых стволов. Его спутники уже поняли, куда их привез колдун. Все в голос стенали, умоляя не заставлять их вспоминать былое и не бередить душевные раны. Восемь плачущих, сморщивших бледные лица людей – это зрелище Сорген запомнил надолго! В конце концов, они отказались идти дальше. Тогда колдун вернулся и стал по одному выталкивать их на поляну рядом с прудом. Они застывали, пораженные, как громом, падали на колени и рыдали в голос. Скрюченные пальцы царапали лысые черепа и рвали вороты рубах, сразу ставших тесными.
– Наш пруд! – промычал Колокольчик, один за всех. Встав на четвереньки, он прополз по зеленой траве, сбивая головы ярко-желтым одуванчикам. – Он снова чист!
Слезы нескончаемым потоком текли по его впалым щекам, по землистой коже, и капали на грудь. Пират не пытался вытирать или останавливать их, так же, как и все остальные.
Вдруг Колокольчик встрепенулся. Повернув голову, он тихо застонал и упал бы без чувств, если бы двое самых сообразительных слуг не подхватили его под руки. С другой стороны к пруду летящей походкой, в развевающемся белом платье спешила девушка.
– Нет! Не может быть! – задушено пролепетал окончательно сраженный Колокольчик. – Колдун! Ты так жесток… но сам этого не знаешь.
– Я знаю все, – твердо возразил Сорген. – Встань.
Колокольчик молча и медленно, как сомнамбула, встал с колен. Маг осторожно положил руки ему на лысый череп и несколько раз тяжело вздохнул. Он ведь никогда не видел, как выглядел предводитель пиратов в юности… оставалось только представить это. Ведь надежда… она никогда не пропадает насовсем! Сорген провел ладонями по щекам, с радостью видя, как розовеет кожа и сглаживаются жуткие выступы костей. Колокольчик с трудом держался на ногах, дрожал и стонал. Весь он горел, как в лихорадке, а спина вытянулась в струнку. Сорген гладил его лицо ладонями, будто бы раскрашивая в нормальные, человеческие цвета. Он заново создавал прежнего юношу, много лет скрытого под козлиной маской.
Вот колдун провел пальцами над глазами, и там выросли брови, густые, сурово нахмуренные. Под нажимом ладони горбатый нос выпрямился, а потом Сорген крепкой хваткой вылепил ему тонкие, чувственные крылья. Тонкие губы, резкий, сильный подбородок и, наконец, серые волосы, короткие, но плотные.
Колокольчик, не переставая плакать, медленно поднял руку и дотронулся до лба.
– Настоящая человеческая кожа… – прошептал он. – Не звериная шкура и не тот сухой, мертвенный пергамент, что достался мне после… Лицо… неужели у меня снова есть лицо, а не жуткая маска?
Он провел рукой выше и впился пальцами в волосы. Казалось, он сейчас упадет в обморок, будучи не в силах поверить в то, что с ним случилось.
– Теперь ты можешь пойти к ней, – сказал Сорген, слабо взмахнув рукой. Сейчас ему тоже хотелось подогнуть коленки и усесться на траву, мягкую и теплую. Девушка, подойдя к пруду, села на камень и принялась глядеть в воду; пришельцев, стоявших в сени рощи, она не видела.
– Кто она? – дрожащим голосом спросил Колокольчик.
– По мне так это твоя Дуина, вернувшаяся с того света по непонятной причине… возможно, чтобы снова встретиться с тобой? – Сорген криво улыбнулся и отвел взгляд. Зачем он все это делает, кто бы знал?!
Колокольчик одарил девушку долгим, жадным взглядом, но потом снова обернулся к Соргену.
– Я не могу идти к ней, и ты это знаешь!
– Отчего же?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
