— Парень, я друг Маккарти, поэтому предупреждаю — берегись! Эбен готов выложить пятьсот долларов тому, кто доставит тебя живым. — Конюх помолчал, осторожно оглядываясь вокруг. — Они охотятся за тобой. Чайлдерс хочет искалечить и ослепить тебя. Он так и заявил.
— Буду осторожен, — пообещал Шанаги, сел в повозку и собрал вожжи. — Открывайте дверь. И спасибо вам. Я не забуду. Моррисси тоже.
Выбравшись на улицу, он повернул в сторону окраин. «Сейчас нельзя спешить, — сказал себе. — Спокойно. Пятьсот долларов? Сумма достаточная, чтобы настроить против меня весь „Файв-Пойнтс“. — Том тихо, с горечью выругался. — На кого теперь положиться?»
Миновав Деланси-стрит, он почувствовал себя лучше, хотя и продолжал ехать с прежней скоростью, стараясь не привлекать внимания. Том положил руку на револьвер: «Хорошо, что на месте». Потянулся ко второму… Исчез! Наверное, выпал из кармана, когда запрягал лошадь. Он снова тихо выругался.
Ну ничего. Только бы добраться до Двадцать четвертой улицы, у него будет много револьверов.
Почти через час, объехав вокруг квартала, где стоял тот самый дом, и никого не заметив, Шанаги остановился в переулке и вышел из повозки. Его вдруг охватило чувство неуверенности. Если об этом источнике оружия известно ему, так почему о нем не могли знать Чайлдерсы?
Ленивый дождь мерно барабанил по мостовой. Стояла глухая темень. Том положил руку на холку коня и прошептал:
— Жди, малыш. Я скоро вернусь.
И все же он не двинулся с места. Булыжники мостовой мокро блестели. Перед ним открывалась темная пасть переулка и ряд домов, каждый со ступеньками и железными перилами. Снова, ругая себя за неосторожность, потрогал револьвер. Когда он полагался на оружие? Но если врагов окажется слишком много, у него не будет другого выхода.
Том внимательно оглядел дом, куда ему предстояло войти. Из-за ставен пробивался слабый свет. Как зовут хозяина?
Шнайдер… Несколько шагов — и он у крыльца. Восемь ступенек вверх. Перила с обеих сторон. Под этой лестницей — другая, ведущая вниз.
На мгновение застыв, негромко постучал. Внутри что-то задвигалось. По спине пробежали мурашки. Сзади чьи-то шаги? Или ему почудилось? Резко обернулся — никого.
За дверью послышался шорох и незнакомый голос спросил:
— Кто там?
— Шанаги, — ответил он.
Загремела цепь. И дверь неожиданно широко распахнулась.
На него уставились три здоровенных парня. «Попался!» — пронеслось в мозгу.
Сзади кто-то бежал к дому. И Том, как всегда, сделал то, чего от него не ожидали. Вместо того чтобы повернуться и удирать, он бросился с кулаками вперед, нанес сокрушительный удар ближайшему и сбил его под ноги остальным. Затем выхватил револьвер и выстрелил.
Раненый закричал. Резко обернувшись, Том выстрелил второй раз в черную массу набегавших сзади людей и рванул по коридору. Он вломился в первую попавшуюся дверь, увидел испуганную блондинку, прижимавшую к груди одеяло, пробежал мимо нее и швырнул в окно стул. Выскочив на пожарную лестницу, повисел секунду на руках, раскачался и прыгнул. Преодолев пространство, отделяющее соседние дома, влетел в темное окно.
Комната оказалась пустой. Он преодолел ее в три прыжка и, стараясь угадать планировку, понесся по коридору. За спиной кто-то закричал, захлопали двери.
— Стой, вор! — завопила сзади женщина.
Он бросился вверх по лестнице и опять побежал по коридору, в конце которого увидел окно. За ним блестел мокрый скат соседней крыши. Позади раздавались крики и проклятия. Оказавшись у окна, Том вышиб раму и прыгнул. Ему удалось ухватиться за водосток, который тут же обломился с одного конца. Он изо всех сил уцепился за прогибающийся металлический желоб. Спрыгнул, когда до земли оставалось десять футов. Промчался по переулку, затем пересек улицу, нырнул в другой переулок и свернул на улицу, ведущую на север. Один раз остановился и прислушался. Люди Чайлдерса преследовали его. Они разбились на группы в поисках беглеца.
«Думай… ты должен думать».
Впереди сверкнули мокрые рельсы железной дороги. Где-то справа темнела вереница вагонов… Он направился к ним.
Несмотря на тяжелую работу, Том был в хорошей физической форме, может быть, в лучшей форме, чем все его преследователи, если только среди них не затесались бегуны. Бег становился популярным видом спорта, и бегунам хорошо платили.
Миновав еще один переулок, он свернул на усаженную деревьями аллею. Остановился, затем пошел шагом, переводя дыхание. Рука потянулась к револьверу.
Он тоже исчез…
Должно быть, выпал из кармана где-то там, в переулке. Оставалось только надеяться, что преследователи не найдут его и не узнают, что он безоружен.
Кто-то сзади пересек улицу, и Том завернул в переулок… Тупик!
Он повернул назад и пошел вверх по улице, но они уже приближались, вытягиваясь в цепь, наступая на него. Путь ему преградила низкая изгородь, и Том почувствовал запах мокрого угольного дыма. Затем увидел вагоны — совсем близко. Впереди стоял паровоз, задумчиво пыхтя в ожидании своего часа. Шанаги легко перепрыгнул через изгородь, съехал вниз по насыпи и скрылся в темноте.
Раздался протяжный гудок, паровоз запыхтел решительней и тронулся. Кто-то выстрелил, и пуля срикошетила от уходящего вагона.
Том нырнул под соседние вагоны и увидел перед собой медленно набирающий скорость состав. Он побежал, уцепился за конец лестницы, подбросил себя вверх и перевалился через борт открытого вагона.
Поезд пошел быстрее.
Сзади слышались крики. Преследователи искали его. Задыхаясь, он сел и оперся спиной о борт вагона.
Боже, как он устал!
Паровоз засвистел, Том взглянул вверх и увидел проносившиеся крыши зданий. Дождь пошел сильнее.
Глава 3
Шанаги проснулся и тихо лежал, не открывая глаз. Мирно журчал ручей, птицы заливались на все голоса. Ему пришло в голову, что он ничего не знает о птицах.
Наконец, потянувшись, Том сел, обхватил руками колени и огляделся. Он не знал, что утро может быть таким упоительно прекрасным… Нет, знал. Мальчишкой ему приходилось ходить на верхние пастбища, чтобы забрать лошадей. В Ирландии тоже выпадали такие утра.
Он встал и подошел к ручью. Сняв рубашку, вымылся по пояс в холодной воде, получив большое удовольствие. Затем скатал одеяла и, найдя несколько тлеющих углей, раздул костер. Быстро управившись с завтраком, еще раз осмотрел оружие. Револьвер оказался хороший и явно новый. А кстати, чьи же у него вещи? Том нацепил оружейный пояс с кобурой, попробовал несколько раз выхватить револьвер, заодно проверил его балансировку. Она показалась ему превосходной.
Теперь надо было подумать о том, как вернуться в Нью-Йорк. Прежде всего следовало выйти к железной дороге и добраться до города, водонапорной башни — или до любого другого места, где останавливается поезд. Ему необходимо вернуться: он нужен Моррисси. Но подойдя к свернутой скатке одеял, Том вдруг уселся рядом с нею на землю. Проклятье, как же здесь хорошо! Только тишина и покой. После опасной и сумбурной жизни, которую он вел…
