на прежнее место.
Закончив работу, он бодро направился к выходу, но в дверях вдруг остановился.
Я перестала дышать, ожидая, что проницательный взор мага вот-вот обнаружит прячущуюся в листве ведьмочку. Обжорка, к счастью, тоже учуяла опасность: притихла и застыла с раскрытой для поглощения зелени зубастой пастью, из которой печально свисала зеленая веточка.
«Мое сердце колотится так громко, что, кажется, заглушает все звуки ночи. Неужели дей’Клер его не слышит?»
Да чего я боюсь? Что этот колдунишка сделает мне, если обнаружит? Выгонит из академии, так и не приняв? Может быть, это лучший исход? Бабушке волей-неволей придётся принять меня обратно и отказаться от попыток сделать из меня квалифицированную болотную ведьму.
Я уже почти решилась выйти к грозному проректору, когда он всё-таки открыл дверь и покинул оранжерею. Некоторое время я слышала, как стонут под его твёрдыми шагами травы, а затем всё стихло.
Выждала ещё с полчаса, только тогда тихонько поднялась со своего ложа, пробралась в дальний угол и засветив тусклую чадящую свечку, приподняла хворост, чтобы посмотреть на лаз, однако как ни искала, до люка в подземелье так и не докопалась. Видимо, магистр наложил какое-то особое заклинание.
Вернув всё как было, я снова улеглась и беспокойно проворочалась до зари. Лишь когда на стёклах над головой заиграли розовые блики, пришел сон — да такой богатырский, что Альбине, которая отправилась на мои поиски, насилу удалось разбудить меня в одиннадцать.
11
— Эй, Ви! Просыпайся, спишь, словно хыр, а в академии скоро обед! — третьекурсница нещадно тормошила меня. Я вяло отбивалась, стараясь удержать остатки какого-то удивительно приятного сна.
Однако изумленный вскрик Альбины мигом вывел меня из сладкой дремы.
— Ой, а кто это все деревья снизу погрыз, а? Гусеницы-листоедки, что ли, завелись?
Я села, сонно протирая глаза, чтобы получше разглядеть, какой ущерб нанес мой питомец.
Альбина тем временем прошла чуть дальше и испуганно подпрыгнула, едва не наступив на обедавшую Обжорку. Увидев зубастый бутон, который непонимающе оскалился на нее, темная ведьма мгновенно приняла оборонительную стойку, на кончиках ее пальцев зажглось зеленоватое свечение.
Я бросилась на помощь.
— Стой, Альбина! Не трогай, это мой питомец!
Девушка и впрямь замерла, нервно моргая большими серыми глазами то на меня, то на Обжорку. А та, перебирая короткими толстыми корешками, быстро подобралась ко мне и доверчиво прижалась к ноге.
— Но что это такое? Похоже на обжорку пятнистую хищную, только раз в десять больше любого из виденных мной экземпляров! И она ходит! — Третьекурсница ущипнула себя за руку, чтобы убедиться, что видит это наяву.
Мне не особенно хотелось вспоминать свое фиаско в огороде фермера Джайлса, с которого и начались мои неприятности, но Альбина ждала объяснений, и я промямлила невнятно:
— Верно, это и есть обжорка. Только я… э-э… оживила ее… Случайно. И вот теперь мы вместе…
— Вместе навсегда-а-а! — немузыкально затянула Обжорка, и Альбина снова подпрыгнула, тараща глаза на чудо моего производства.
— Она еще и говорящая?! Ну ты даешь, Ви! Ты настоящая созидательница! Что ж, пойду подыщу для твоего питомца подходящий горшок. А ты не тяни, не то ведьма Морель обедать уйдет, и ты снова не попадешь в академию.
Подруга ушла, а я наскоро привела себя в порядок, умылась под тонкой струйкой, сочащейся из оросительной системы, а затем постаралась наскоро уничтожить следы своего пребывания в оранжерее. Приказала примятым травам подняться, выбросила листья лапника и занялась деревцами: вливая магию природы, попросила нарастить новую листву, взамен поеденной. Не знаю, почему мне было так важно, чтобы никто не узнал, что здесь кто-то ночевал. Наверное, подсказала ведовская интуиция, а я с детства привыкла ей подчиняться.
Выскользнув из оранжереи и с опаской косясь на мрачное здание академии, я прежде всего позаботилась о корме для своей иждивенки. Запихнув поправившуюся за ночь Обжорку в полупустой чемодан (теплые вещи пришлось оставить дома, иначе она не помещалась), я сунула ей огромный пучок трав и листьев, велела сидеть тихо и закрыла крышку.
Прислушалась.
«Как громко чавкает, но авось никто не догадается, кто там».
Подхватив тяжелую ношу, я побрела к входу в главное здание, и вскоре вновь оказалась нос к носу с ведьмой Корбиной Морель.
Со вчерашнего дня надзирательница ничуть не подобрела. Напротив, стоило мне появиться на пороге, как в небольших раскосых глазках надзирательницы вспыхнула лютая злоба.
— Снова ты?
— Да, госпожа, — смиренно проговорила я, нетерпеливо принюхиваясь. По первому этажу академии гулял сквозняк, разносивший запахи из столовой. Пахло всего-навсего кислой капустой и жареным сахели, но у меня едва ли не слюнки потекли с голодухи.
Корбина помолчала, наслаждаясь своей ролью привратницы, в чьей власти пускать или не пускать в святая святых, но затем все же процедила сквозь зубы:
— Что ж, проходи на третий этаж и займи очередь.
Я заспешила к широкой винтовой лестнице, которая располагалась напротив входа. Конечно, услышать, что к проректору скопилась очередь из жаждущих попасть на прием, было немного неприятно. Но, пока скакала через ступеньку, решила, что и это не беда. Я уже в академии, и это главное, а там, может, и от обеда что-нибудь на мою долю останется.
Третий этаж помещался в башне, здесь располагались две двери: простенькая, крашеная вела в канцелярию, и другая — красивая, лакированная, с золотой табличкой «Дормиан дей’Клер, проректор академии сил Хаоса» . Очередь жалась к стеночке возле этой двери. Она состояла из двух неулыбчивых дев, которые синхронно вздернули носы и отвернулись при моем появлении, и юноши с приятным лицом и такими же рыжими, как у меня, волосами.
— Всем светлого дня, — негромко проговорила я, размещая свой чемодан в дальнем уголке.
Девушки не соизволили повернуть головы, но молодой человек, поприветствовал меня, правда, при этом отчаянно покраснел. Мы потихоньку разговорились, и я узнала, что моего нового знакомого зовут Ник Хантин и здесь учится его старший брат. Парень надеялся поступить на факультет некромантии.
Вскоре дверь в заветный кабинет открылась и оттуда выскочила красная, заплаканная девушка. Она так быстро промелькнула мимо нас и скрылась на лестнице, что я не успела толком рассмотреть ее.
Мы с Ником переглянулись, полные дурных предчувствий, а в кабинет проректора уже стучалась парочка девиц, которые оказались родными сестрами. Я приготовилась ждать целую вечность, но сестрички пробыли в кабинете недолго. Сияя, они прошли мимо, наградив меня высокомерными взглядами.
— Удачи! — проговорила я, глядя как Ник, чертит
