За годы запустения на грядках, обозначенных гнилыми досками, умудрилась вырасти молоденькая рощица вязов и златолистных дрэв. Когда деревца вытянутся, никакая магия не удержит стеклянную крышу от разрушения.
Вся эта дикая поросль обрадованно зашуршала листочками, приветствуя меня. Благодаря частице эльфийской крови, переданной мне матерью от неизвестного отца, я понимала чаяния деревьев, слышала рост трав, а ветер — верный приятель с детства — нашептывал мне новости леса. Вот и сейчас он залетел в приоткрытую раму на крыше и поведал, что злой колдун улетел на охоту.
— На охоту? Ха-ха! Так проректор дей’Клер падалью питается, как ворон?
Ветерок вылетел в неплотно притворенную дверь, а я продолжила осмотр места своей будущей ночевки. Поставила чемоданчик на землю и прошла вглубь строения. Возле одной из стенок образовалось небольшое болотце: здесь когда-то находилась система орошения, а теперь просто торчала труба с сочащейся из нее водой. Я подтащила доски, установив мостки, чтобы не замочить ног. Подставила под капли ладошки, собирая влагу. Умылась, а после и утолила жажду.
Еще раз обошла просторную оранжерею. В одном углу были навалены связки хвороста. Приметив широкие листья буйно разросшегося дикий лапник, выкопала несколько корешков себе на ужин, и широкие зеленые листья прихватила, чтобы постелить на землю.
Вечерело. Оранжерея наполнилась темно-фиолетовыми тенями. Мой чемоданчик уже некоторое время издавал странные звуки: такое впечатление, что там кто-то чем-то подавился.
Я вздохнула и приложила палец к замочку. Раздался щелчок, и из откинувшейся крышки показалась розовая пасть с торчащими из нее кружевами моей сорочки. Я поспешила спасти свое имущество от ненасытного монстрика.
— Граждане, — завопила Обжорка, — здесь растения недокармливают! Помогите, спасите!..
— Тихо ты! И хватит лопать мои вещи!
За время пути бутон стал еще ярче и больше, растение обзавелось еще двумя листочками, а корешки стали длиннее и теперь напоминали ножки.
— Ты травоядный хищник, вот и питайся растениями.
Обжорка повела головкой по сторонам и заковыляла к ближайшим зарослям ниссы. Я услышала многоголосый стон этого полезного растения, но что поделать — хищница должна чем-то питаться. Так уж заведено Матерью-Природой.
Убедившись, что корма ненасытному питомцу хватит на всю ночь, я устроилась в скрытом густой порослью вязов уголке оранжереи, расстелив плащ на подложке из листьев лапника.
В животе неприятно урчало. Я почистила и промыла найденные корешки и похрустела ими. С опаской понюхала бутерброд, пожертвованный Альбиной, но есть не смогла. От сала распространялся затхлый неприятный запах. Я попыталась задобрить этим сомнительным угощением обидевшуюся на длительное небрежение Обжорку, но лишь навлекла на себя обвинение, что хочу ее отравить. Пришлось дожидаться темноты и прикопать неудобоваримый бутерброд вне стен оранжереи. После чего я вернулась на свое импровизированное ложе и с пустым желудком, но спокойной совестью улеглась спать.
Проснулась среди ночи, оттого что ветер шептал об опасности.
10
Я подняла голову и прислушалась. Под боком сонно завозилась утомленная обжорством Обжорка. Сквозь стеклянную крышу в оранжерею проникали бледные лучи светлой Веолики, верхушки молоденьких вязов слегка серебрились. Весь остальной мир тонул в густых чёрных тенях.
«Колдун, колдун летит!» — шелестел ночной ветерок.
Я расслабилась и натянула на плечи плащ, так как ночь была довольно прохладной.
«Эка невидаль! Сколько их тут шляется на метлах и ступах! Это же академия Хаоса, здесь учатся в основном колдуны и ведьмы. Даже если возвращается жуткий проректор дей’Клер, что ему делать в заброшенной оранжерее?»
Я вновь сомкнула веки, но сон не шёл. Ветерок не умолкал, его тревога усиливалась, и я вновь открыла глаза. Перевернулась на спину и уставилась в стеклянный потолок, вот почему не пропустила момент, когда луну заслонила черная тень и на раскрытую фрамугу уселась крупная птица. В ее угрожающих размеров клюве что-то блеснуло.
«Дей’Клер!»
Огромный ворон спорхнул вниз на дорожку между гряд. Сквозь густую поросль, дрожа от любопытства и страха, я наблюдала, как птица на лету обернулась человеком в длинной мантии с широкими рукавами.
Магистр не спеша прошёл в глубь оранжереи, после чего его темный силуэт слился с царящими здесь густыми тенями.
Я привстала, силясь разобрать, чем же занят колдун. В том углу было темно, словно в тхаровой норе, но мне удалось различить смутный силуэт.
— Тхаровы студенты, снова заходили сюда и доски передвинули, — сквозь зубы пробормотал магистр.
В воздух воспарил световой шар, заливший часть оранжереи ровным мертвенным светом. Дей’Клер протянул руку вперед, и вязанки хвороста поднялись над землей, после чего, медленно, проплыв несколько метров, с сухим шорохом свалились на пол.
«Зачем он это делает?»
Магистр снова поднял руки, и я с изумлением увидела, как земля в углу расходится в стороны, словно ее кто-то разметает перед колдуном. Обнажился цементный пол. С усилием мужчина приподнял металлическую крышку люка в полу.
«Здесь тайник?» — Я прикрыла рот ладошкой, чтобы не ахнуть вслух, глядя на чернеющий лаз.
Магистр сошел вниз по шаткой лесенке и скрылся в подземелье. За ним последовал и световой шарик, так что в оранжерее снова стало темно, только тускло мерцал квадратный проем в полу.
Я перевела дыхание, но тут же вновь потеряла его от страха, потому что проснувшаяся от света обжорка, принялась чавкать листвой ближайшего к нам вяза.
— Тише ты! Если магистр нас обнаружит, превратит в пыль тебя и меня!
Я все же надеялась, что немного преувеличиваю. Ну подсмотрели мы, как колдун спускается в подземелье. Ну и что в этом такого? Может, он там садовый инвентарь пересчитывает! У каждого есть странности, в конце концов. Бабушка Роза, например, обожает свою коллекцию пауков. Она собирает её всю жизнь и устраивает праздник, каждый раз, как находит редкий и ценный экземпляр. Может, и дей'Клер из таких чудаков?
И всё же заброшенное строение, ночь, тревога, принесённая ветром, и мрачный колдун, спустившийся в тайное подземелье навевали самые невероятные подозрения.
«Интересно, что можно хранить под полом оранжереи?»
Мне так и хотелось подползти к краю лаза и одним глазком заглянуть внутрь, чтобы сравнить похож ли тайник проректора на подвал нашего дома, где наряду с солениями, хранятся ингредиенты, требующие прохлады.
Однако я не успела осуществить это смелое намерение: зловещая чёрная тень вновь заслонила проем, и показался магистр. Он бодро выбрался наружу и снова вытянул руки, собираясь колдовать. Золотистая вспышка на миг высветила каждую травинку в помещении. Не успела я протереть глаза и отойти от испуга, как всё закончилось. Крышка люка встала на свое место, и маг закрыл его землей, после чего лениво набросал хворост
