А ещё она разбила чайный сервиз. Случайно, конечно. Смахнула с моего стола, жестикулируя, — торопливо добавляет Северин, его улыбка становится шире. — Не знаю, как это у тебя получается, но продолжай.
На следующий день всё повторяется. Анна всё с тем же недовольством выходит на прогулку с Александром, хотя общаются они чуть свободнее.
- Почему ваш дядя следит за нами? - бормочет Анна, пряча руки в меховой муфте. Воздух делается все холоднее, а укрывающий землю слой снега с каждым днём становится толще.
Александр на мгновение теряется. Он заметил Кристиана, тот действительно следит за ними ещё с первого дня, однако не ожидал от Анны подобной наблюдательности, так как Кристиан весьма искусен в скрытой слежке. Александр окидывает взглядом шагающую рядом девушку с большим интересом. Он начал забывать, что она всё-таки Мара. Может, и не закончила обучение, но всё же к этому возрасту должна уметь держать меч. Однако её худые плечи сбивают его с толку.
- Вероятно, следит, чтобы я не вернул тебя в могилу, - врёт он, не совсем понимая мотивацию Кристиана.
- Почему нет? - безразлично интересуется Анна и продолжает, когда Александр тянет с ответом: - Разве вы не получили всё что хотели? Не притворяйся, что выдернул меня из могилы, намереваясь спасти.
Александр сжимает челюсти и продолжает смотреть вперёд, не реагируя на её горькую усмешку.
- Вы Ласнецовы, и я понимаю ваше желание обелить свой род. Я вам всё рассказала, согласилась выступить на ваших советах и перед народом, чтобы все узнали правду. Так почему вы так и не созвали министров? Что ещё вы от меня хотите?
Александр открывает рот, но передумывает отвечать. Анна презрительно фыркает, похоже, получив именно ту реакцию, на которую рассчитывала. Последующие слова льются из её уст быстрее, Александр не рассчитывал на подобную откровенность, поэтому слушает молча.
- Вы подняли меня ради своих целей, лишили возможности уйти с моими сёстрами и нашей богине. Отобрали то малое, на что я имела право! На смерть!На перерождение! - неожиданно кричит она и останавливается посреди аллеи. Александр нехотя замирает рядом. - Я не выбирала судьбу Мары! Но даже тогда моя жизнь казалась не столь ужасной, потому что рядом была Агата! Вы же отобрали у меня возможность быть с сестрой!
- Я могу дать тебе жизнь. Морок на это способен, - Александр осекается слишком поздно. Предложение уже слетело с его губ.
В чём-то Анна права. Ища с отцом её могилу, они не думали о ней как о человеке. Не утруждали себя мыслями, что они станут делать дальше, доказав правду. Они сосредоточились на узкой задаче. Она выполнена. Но отец мёртв. И что теперь?
- Я не хочу жить одна. Мне нет здесь места, - с ужасом во взгляде бормочет Анна и обхватывает себя руками. Мару начинает трясти, а согревавшая её ещё секунды назад злость, исчезает, уступая место горьким слезам.
До знакомства они воспринимали Мару как миф, что-то призрачное и не относящееся к этому миру. А в итоге перед ним действительно совсем юная девушка. Напуганная, потерявшаяся среди чужаков в незнакомом ей времени.
Анна вновь начинает бормотать бессвязные воспоминания себе под нос. Александр ощущает её нарастающую истерику, и его собственное сердце невольно начинает биться тревожнее.
Северин ошибается. Её раздражения на его выходки недостаточно для жизни. То, что он делает, не работает. Стоит ему прекратить, и Анна снова вернётся в кровать.
- Пошли, - приказывает Александр, но Анна игнорирует его, погрузившись в жалость к себе.
Жизнь под носом у Рахмановых и мертвецы на болотах начинают казаться ему детской забавой в сравнении с нынешней задачей. Никогда он не ощущал себя столь беспомощным, как сейчас, стоя перед человеком, не желающим быть спасённым.
- Хватит, Анна! - рявкает он. От неожиданности девушка вздрагивает, невольно проглатывает воздух вместе со слезами и один раз икает. Она глядит на него распахнутыми от изумления глазами.
«Будь мягче», - вспоминает он просьбу Кристиана, но гнев из-за собственного бессилия звоном заглушает всё.
- Ты Мара! Разве такой плаксой тебя растила сестра?!
Как бы Александр того ни хотел, ему не изменить события двухсотлетней давности. Он действительно не имел права лишать её покоя и ему не победить демонов в её голове.
- Твоя боль твой яд! - гневно чеканит каждое слово Александр, не трудясь понижать голос. - И вместо попыток пережить произошедшее, ты с радостью набросилась на отраву как на угощение. Я пришёл не для того, чтобы дать тебе ложку для трапезы. Я дам тебе меч! - рявкает он и сам не понимает, звучит это как угроза или как предложение помощи.
У неё нет причины для жизни, поэтому Александру нужно что-то найти. Анна не отрывает от него взгляда, слёзы высыхают, но она продолжает выглядеть шокированной услышанным.
- Сёстры растили тебя сильной, но сейчас ты безоружна, поэтому я дам тебе меч, спокойнее повторяет он. - Пошли.
Больше Александр не оборачивается, он не применяет к Маре свою силу, оставляя её одну. Он не улыбается, но ощущает, как тревожный ритм в груди замедляется, и сердце вновь начинает биться ровнее, как только позади раздаются торопливые шаги.
- Парни...
Одного этого слова хватает, чтобы все присутствующие в столовой члены отряда Морока вскочили на ноги. Александр бегло осматривает помещение, удостоверяясь,что чужаков здесь нет и можно говорить открыто.
-... я привёл вам сестру, уверенно заканчивает он в ответ на вопросительные взгляды.
На пару мгновений тишина становится совсем неловкой. Марк роняет ложку в свою тарелку, и молодые люди вновь начинают дышать, приходя в себя.
- Красивую? - в своей привычной наглой манере интересуется Марк.
- Сам оцени, - бормочет Александр и указывает в сторону, но теряется, не находя там Анны.
Он оборачивается, заметив, что Мара прячется за его спиной, и вытаскивает её вперёд, демонстрируя своим людям. Раздаются одобрительные возгласы, на что Анна ниже опускает голову, скрывая румянец, и делает шаг ближе к Александру.
- Анна, это мой личный отряд. И не обращай внимания на их нынешние идиотские улыбки, словно они девушек не видели. Они прекрасно обращаются с оружием, но с навыками общения у них трудности, - скучающим тоном добавляет Александр, прекрасно зная, что за этим последуют недовольное бормотание и откровенные протесты.
Он усмехается, когда его парни начинают перебивать друг
