кровати? — интересуется Александр у Северина, начиная понимать ситуацию.
— Иногда.
— Когда она делала это в последний раз? — меняет формулировку вопроса Александр, замечая, что брат уклоняется от правды.
— Три дня назад, — нехотя отвечает тот, беря Анну за руку. Она не вырывает её, но и никак не отвечает на прикосновение. — Я был занят из-за похорон, о ней заботились слуги и рассказали, почему я не приходил. В тот день она сама пришла. Высказала соболезнования.
Александр намеренно пристально смотрит на Анну, догадываясь, что она это чувствует. Девушка игнорирует прямой взгляд не дольше минуты, потом медленно поворачивает голову в его сторону и поднимает глаза. Александр хмурится, проверяя их связь, но делает это так аккуратно, чтобы Анна ничего не заметила. Хотя он не уверен, ощущает ли она их связь вообще. До его отъезда, кроме самых основ, они не вдавались в подробности произошедшего.
Ничего необычного, ей стало даже лучше. Анну не отличить от живой девушки, какой-нибудь изнеженной дворянки. В целом она такой и выглядит, за исключением странных глаз, цвета волос и того, что её жизнь оборвётся, если сам Александр умрёт.
Александр помнит, как поднял её. Такое не забывается. Он привязал Мару к себе и привёз в Ашор, намереваясь разбудить её во дворце. И первый месяц её новой жизни превратился для них в кошмар. Александр предполагал, что начнутся истерика и слёзы, но что это затянется на неделю не догадывался. Анна приходила в ужас от всего, начиная с осознания собственной смерти и нахождения в Ашоре среди Ласнецовых, которых она считала предателями, и заканчивая откровением о том, что с гибели всех её сестёр прошла пара сотен лет. Затем новость о том, что Александр и есть привязавший её к себе Морок, добавила пару дней истерики и гору битого фарфора. Буквально каждую чашку или вазу Анна пыталась запустить ему в голову.
Отец и Северин были встревожены, но Александр, наоборот, видел в её желании защищаться признаки исцеления и возможности поговорить, правда, в итоге всё опять заканчивалось слезами.
В течение месяца они расспрашивали у девушки все подробности её гибели и пытались убедить в своих предположениях, что Ариан их предок её не трогал, но Мара отказывалась с ними общаться и ничего не хотела слышать. Если же Анна не могла избавиться от их общества, то забивалась в дальний угол комнаты, бормотала молитвы Моране и повторяла имена своих умерших сестер. Чаще всего она вспоминала об Агате своей кровной сестре.
Спустя месяц Анна всё-таки смирилась с компанией Северина. Благодаря терпению и упрямству, позволявшими ему часами просиживать в комнате Мары, рассказывая ей о разных пустяках, а также демонстрируемой им заботе, Анна заговорила. Рассказала о своей жизни, об отношениях с принцем и о том, как оборвалась её жизнь. Северин под присмотром Александра водил Анну по дворцу, демонстрируя портреты родственников, разыскивал все имеющиеся у них книги и доказательства, чтобы полностью убедиться, что убивший Анну человек не Ариан Ласнецов. В итоге Анна подтвердила, что в действительности была знакома с Юлием Рахмановым. Подобные подозрения имелись у Ласнецовых давно, но впервые им удалось подтвердить свою догадку.
И всё же этого было недостаточно. Анна умерла в семнадцать лет, поэтому вернулась такой же юной и не готовой к свалившимся на неё обстоятельствам. Со временем её приступы истерик сменились полнейшим безразличием ко всему окружающему. Современный мир был для неё нов, непонятен и чужд. Пока Северин продолжал заботиться об Анне, помогая ей смириться с переменами и принять новую реальность, Александр и Алексей Ласнецовы решили, что слов поднятой Мары будет недостаточно в качестве доказательств, и тогда Александр вновь уехал в Ярат, дабы продолжить дружбу с Даниилом Рахмановым и получить доступ к их дворцу и документам. Александр оставил Анну на попечение брата и отца, уверенный, что с каждым днём ей будет становиться лучше. Но, судя по картине, которую он наблюдает сейчас, лучше не стало.
Несмотря на внешний вид и поведение Мары, истинного безумия в её взгляде нет.
— Ты сказал, что у Анны проблемы, — демонстративно скучающим тоном говорит Александр, продолжая наблюдать за реакцией девушки. - И в чём же трудности?В её лени?
Глаза Анны загораются, брови на несколько мгновений недовольно сходятся на переносице. Александр уверен, что видит раздражение, но проходит миг, и её лицо расслабляется, принимая безучастное выражение.
- Александр! - укоризненно окликает Северин. - Не груби. Анне пришлось многое пережить, и происходящее с ней нормально.
- Пережитое ей произошло двести лет назад, а в этой кровати она и вовсе провела несколько месяцев. Вполне достаточно, чтобы взять себя в руки. Ты же, Северин, похоронил отца только вчера, но не киснешь на перине, - безэмоционально чеканит Александр, надеясь, что резкие слова заставят Анну встать и влепить ему заслуженную пощёчину. Он подбирает худшее, что может сказать, напрашиваясь на ссору, но теряется, когда она даже словом не отвечает на его откровенную провокацию.
Кристиан несдержанно фыркает, а после скрывает всё за неловким кашлем. Александр не отрывает глаз от Анны, видит гнев в её взгляде и догадывается, что его присутствие ей особенно не по нраву. Однако Мара не предпринимает попыток защититься от его атаки.
Александр многое слышал и читал о Марах, ему известно, что их судьбы похожи на жизненный путь Мороков, но он не ожидал, что Анна так быстро сдастся, расклеится и будет глядеть в одну точку.
Северин устало выдыхает, свесив голову и возможно уже жалея, что попросил у брата помощи.
- Не обращай на него внимания, он устал с дороги, голоден и скорбит, - молодой король снова обращается к Анне, сжимая её ладонь. Александр замечает, как Мара стискивает пальцы Северина в ответ. На Александра накатывает странное предчувствие, но он не успевает подумать об этом, потому что брат продолжает: - Через пару часов он сам пожалеет о сказанном, а завтра и вовсе извинится.
- Если только она прекратит разыгрывать драму и...
- Меня так никто и не представил, - обрывает назревающий скандал Кристиан. Отталкивается от стены и подходит ближе, почти загораживая Александра. - Меня не было во дворце, когда тебя подняли. Меня зовут Кристиан Ласнецов, я их дядя.
Кристиана Анна оглядывает с ног до головы, но безучастно и медленно, будто ей и не особо интересно.
- Мне приятно с вами познакомиться, Кристиан, - хрипло бормочет она, едва двигая губами, но затем отворачивается к окну.
Александр открывает
