чем приоткрыла створку.
На пороге стоял один из молодых слуг — бледный, нервный.
— Леди Аврора, вас приглашают на завтрак. Немедленно, — он поклонился и поспешно удалился.
Я вздохнула, бросив взгляд на Бетси.
— Присмотришь за Рози?
— Конечно, миледи, — с тревогой закивала она.
Я быстро поправила платье, пригладила волосы и направилась вниз. При каждом шаге внутри что-то подсказывало мне: спокойно не обойдётся.
Как только я вошла в столовую, почувствовала тяжёлую атмосферу. За столом уже сидели отец, леди Мэриэн и Фелисити, которая скользнула по мне взглядом, полным ехидного превосходства.
Мачеха, в светлом утреннем платье, с тонкой кружевной шалью на плечах, смотрела на меня так, будто я принесла грязь на белоснежный пол.
— Вот и она, — ядовито процедила она. — Леди, которая спасает бродячих псов, как простая крестьянка. Аврора. Надеюсь, слухи, что ты притащила в дом бродячего пса, — ложь?
Я остановилась у двери, чувствуя, как кровь стынет в жилах.
— Мне доложили, что ты притащила грязного щенка, — продолжала мачеха, чеканя каждое слово. — Подумать только, в преддверии важнейшего события! Ты хоть понимаешь, насколько это неприлично?
Я выдержала её взгляд и спокойно ответила:
— Я нашла щенка в саду. Он был замёрзший и голодный. Я не могла его бросить.
— Не могла! — почти вскрикнула мачеха, всплеснув руками. — Ты когда-нибудь думаешь о последствиях своих поступков⁈ Мы должны устраивать семейные вечера, принимать визиты друзей и родственников, а через месяц отправляемся в Эвервуд на первый светский приём!
— Именно, — вмешалась сестрёнка.
— Общество подумает, что наши дочери безалаберные и… странные! — продолжала мачеха, тяжело дыша от негодования. — Фелисити уже вступила в возраст невесты, а ты своим поведением выставишь всю семью в неприглядном свете! Подумать только, тебе уже скоро будет двадцать, а ты прячешь бродячих собак под юбку и таскаешь их в дом. Ты уже не ребёнок, Аврора!
Я только сейчас осознала, о чём она говорит.
— Мне… девятнадцать лет… — потрясённо прошептала я.
Мачеха смерила меня ледяным взглядом.
— Да, и давно пора начать вести себя как леди, а не как бездомная кошатница! Мы едем в Эвервуд. И ты должна выглядеть подобающе! Без лишних животных, без грязи, без… фокусов!
Я сжала губы, чувствуя, как внутри закипает обида.
Отец, до сих пор молчавший, встал из-за стола. Его лицо было спокойным, но в глазах блестела сталь.
— Аврора поступила правильно, — сказал он ровно. — Спасла жизнь, проявила сострадание. Именно таких качеств я жду от своих детей.
Он повернулся к мачехе.
— А щенок будет жить в конюшне. Ему найдут подходящее место. И это не обсуждается.
Я тихо поблагодарила отца взглядом и опустила голову.
Мэриэн глубоко вздохнула, пытаясь подавить возмущение. Но эмоции взяли верх, и она резко вскрикнула.
— Великолепно, Эдвард! Щенки в конюшне! Блохи в доме! И на бал в Эвервуд мы поедем, как нищие родственники, цепляясь за остатки былого достоинства!
Она резко отодвинула чашку, звякнув фарфором о стол.
Я застыла на месте. Только теперь, вслушиваясь в её слова, я начала улавливать в них не только злость, но и что-то ещё. Страх. Беспокойство.
Фелисити капризно скривила губы, но промолчала, бросив на мать тревожный взгляд.
— Мэриэн, — устало сказал отец, садясь обратно на стул и сцепляя пальцы перед собой. — Я уже говорил: все вопросы с финансами я решу.
Его голос был твёрдым, но за этой твёрдостью сквозила скрытая тревога.
Мачеха недоверчиво фыркнула:
— Да-да, ты всё решишь. Только боюсь, времени у нас всё меньше. Все вокруг уже шепчутся о твоих долгах и о состоянии нашего имения! — Она зло взглянула на меня. — И вишенкой на торте станет эта… эта безалаберная выходка с псами и кошками! Как будто нам мало собственных проблем.
Я чувствовала, как в груди сжимается неприятная тяжесть. Всё встало на свои места: раздражительность леди Мэриэн, натянутые улыбки, непонятные разговоры за столом, задумчивый взгляд отца.
Деньги. У них были проблемы с деньгами.
Отец отвернулся к окну, его профиль казался усталым, даже постаревшим.
— Всё будет улажено, — повторил он, глядя вдаль. — Я не позволю, чтобы моя семья оказалась в унизительном положении.
И на мгновение в его голосе прозвучала такая непреклонная уверенность, что даже мачеха осеклась.
Фелисити нетерпеливо постучала пальцами по скатерти.
— Но на приёме в Эвервуде нас будут оценивать, папа, — напомнила она, жеманно вскинув подбородок. — И меня, и Аврору. Нам нужно выглядеть идеально.
— И вы будете, — сказал отец, коротко глянув на неё. — Я всё устрою.
Тишина за столом повисла тяжёлой завесой. Лишь за окном по-прежнему мерно моросил дождь, будто стараясь заглушить накалённые до предела эмоции в доме.
Я тихонько опустилась на своё место, машинально расправляя складки платья на коленях. Мысли метались в голове.
Финансовые трудности. Эвервуд. Первый выход в свет. Моя девятнадцатая весна, и всё, что я знала о своей новой жизни, вдруг оказалось куда сложнее и тяжелее, чем я предполагала. Похоже, Мэриэн надеется поскорее спихнуть меня замуж. Наверно, это поможет как-то выйти из положения.
Марс, спрятавшийся неподалёку, шевельнулся у меня в сознании, посылая тёплый, ободряющий импульс.
«Потом поговорим об этом. Не паникуй. У тебя больше силы, чем у кого-либо другого», — тихо сказал он. Я едва заметно кивнула, не глядя на него.
Впереди было слишком много неизвестного.
Глава 7
Позже, в тот же день, когда дождь уже почти иссяк, а по дорожкам, ведущим к заднему двору, тянулись длинные полосы грязи, я бродила по дому, пытаясь успокоиться. Мысли вертелись вокруг одного: откуда у семьи долги?
Я не могла усидеть в комнате и решила сходить в библиотеку. Поднимаясь по лестнице, я услышала приглушённые голоса. Остановившись, осторожно заглянула в кабинет и увидела мачеху. Она была одета, как всегда, безупречно. В руках Мэриэн держала письмо, которое сжимала с такой силой, будто собиралась разорвать. У окна в кресле сидела леди Агата, а у стола, склонившись над кипой счетов, стоял мужчина.
— Мы не можем себе позволить новый гардероб для девочек, — отчётливо произнёс незнакомый мужской голос. — Даже ткани для Фелисити я закупил в долг. А портной уже намекает, что без оплаты больше работать не станет.
— Меня это не интересует, — зло ответила Мэриэн. — Вы найдёте способ. Или идите к лорду Эдварду и скажите ему, что всё рушится. А ещё лучше, скажите, что его упрямство загоняет нас в нищету.
Она нервно ходила по кабинету, шелестя юбкой.
— Я не могу позволить, чтобы Фелисити показалась на людях в старом платье, — процедила она. — И я не допущу, чтобы Аврора, с её… выходками, испортила наш последний шанс. Почему
