была «карета», вместо «телефона» — «магический кристалл». Элоиза слушала, открыв рот, и иногда прыскала от смеха. Леди Беатрис смотрела на меня с подозрением, но, кажется, была рада, что я хотя бы не грублю. Барон Готфрид хмыкал в усы и делал вид, что читает газету, но я видела, что он улыбается. Мирабель подмигивала мне и подливала чай. А лорд Даррен… лорд Даррен смотрел на меня так, как будто я была загадкой, которую он очень хотел разгадать.
— Леди Алиса, — сказал он однажды утром, когда я рассказывала Эдвину, как можно использовать магию для того, чтобы мыть посуду быстрее. — Вы сегодня… необычно жизнерадостны. Я помню, раньше вы говорили, что завтраки — это «пытка, придуманная специально для того, чтобы мучить людей, которые не выспались».
— Ну, — сказала я, — раньше я была дурой. А теперь я поумнела. И поняла, что завтраки — это отличная штука. Особенно когда на столе есть пирожные.
— Пирожные на завтрак? — лорд Даррен приподнял бровь.
— А почему нет? — я потянулась за эклером. — Жизнь слишком коротка, чтобы есть пирожные только после обеда. Кстати, лорд Даррен, вы пробовали эклеры с заварным кремом? Они божественны. Вот, попробуйте.
Я протянула ему эклер. Лорд Даррен посмотрел на него, потом на меня, потом снова на эклер. Кажется, никто и никогда не предлагал ему эклер за завтраком. Но он взял. И откусил. И, судя по выражению его лица, ему понравилось.
— Вкусно, — сказал он.
— Я же говорю! — я улыбнулась. — В следующий раз попробуйте с шоколадным кремом. Ещё лучше.
Мирабель хихикнула. Леди Беатрис вздохнула. Барон что-то проворчал про «несерьёзное поведение». Но лорд Даррен улыбнулся. И это было важнее всего.
Днём я исследовала замок. Точнее, я исследовала свою комнату, потом коридор, потом гостиную, потом библиотеку. В библиотеке я чуть не потеряла сознание от восторга. Там было столько книг! Полки до потолка, кожаные переплёты, золотые тиснения, запах старой бумаги. Я провела там, наверное, часа два, просто вытаскивая книги, листая их, рассматривая картинки. Мирабель нашла меня там, когда я сидела на полу в окружении десяти книг и читала одну из них вслух — сама себе, потому что не могла удержаться.
— Алиса, — сказала она, — ты чего делаешь?
— Читаю, — ответила я. — Здесь столько всего! Смотри, вот книга про оборотней. А вот про русалок. А вот — про драконов. Тут даже есть рецепты зелий. Представляешь, я могла бы сварить зелье, чтобы фикус рос быстрее!
— У тебя нет фикуса, — напомнила Мирабель.
— Ну, будет, — сказала я. — Я попрошу лорда Даррена привезти мне фикус. Или посажу его сама. В общем, неважно.
Мирабель покачала головой, но улыбнулась. Кажется, ей нравилось, что я стала такой. Ну, то есть ей нравилось, что Алиса стала такой. Она ещё не знала, что я не Алиса. И, честно говоря, я не собиралась ей рассказывать. По крайней мере, пока.
С лордом Дарреном мы виделись каждый день. Он приезжал утром, мы гуляли по саду, потом он уходил по делам, потом возвращался, и мы пили чай на веранде. И каждый раз он смотрел на меня всё более заинтересованно. Однажды он сказал:
— Леди Алиса, вы меня удивляете. Я знал вас несколько лет, и вы всегда были… сдержанной. А теперь вы смеётесь, шутите, рассказываете истории. Что случилось?
— Я просто перестала бояться, — сказала я честно. — Знаете, иногда нужно потерять всё, чтобы понять, что у тебя есть. Или что у тебя может быть.
— И что же у вас может быть? — спросил он тихо.
— Дракон, — сказала я, глядя ему в глаза. — У меня может быть дракон. И, если честно, я бы очень хотела его заполучить.
Лорд Даррен замер. Потом его глаза расширились. Потом он рассмеялся. Громко, искренне, так, что с дерева снова вспорхнули птицы.
— Леди Алиса, — сказал он, отсмеявшись, — вы невозможны.
— Я знаю, — сказала я. — Но вам же нравится.
— Нравится, — согласился он. — Очень нравится.
И он взял меня за руку. И мы пошли дальше по дорожке, мимо фонтана, мимо куста в форме дракона, который, я готова была поклясться, улыбался.
А вечером третьего дня я лежала в постели и думала о том, что, кажется, я прижилась. Я больше не чувствовала себя чужой в этом мире. Я не чувствовала себя Наташей, которая случайно попала в тело Алисы. Я чувствовала себя… собой. Просто собой. И это было здорово.
Единственное, о чём я жалела, — что не могу рассказать Алисе, как тут дела. Потому что Алиса, судя по сну, тоже приживалась. И, кажется, ей тоже нравилось. Мы, две девушки из разных миров, поменялись местами. И, кажется, обе были счастливы.
Я улыбнулась, закрыла глаза и заснула. Завтра меня ждал новый день. Новые шутки. Новые эклеры. И дракон, который смотрел на меня так, как будто я была самым большим чудом в его жизни. А может, так оно и было.
Глава 9
Глава 9
На четвёртый день, сразу после завтрака — на котором я, к слову, съела три эклера и ни капли не пожалела, — барон Готфрид отозвал меня в сторону. Ну, то есть не в сторону, а в свой кабинет. Тот самый кабинет, где, судя по запаху, он хранил не только бумаги, но и запасы коньяка. Я вошла, огляделась — тяжёлые дубовые шкафы, стол, заваленный документами, портрет какого-то сурового предка на стене, — и уселась в кресло напротив отца, стараясь выглядеть серьёзной. Получалось плохо, потому что внутри меня всё ещё прыгали эклеры и радость от того, что жизнь прекрасна.
— Алиса, — начал барон, откашлявшись. — Я хотел поговорить с тобой о свадьбе.
Я мгновенно подобралась. Ну, то есть насколько можно было подобраться после трёх эклеров. Свадьба. Та самая, которую я ждала. Та самая, которая должна была состояться через две недели. И которая, если честно, была единственным, о чём я думала в последние дни, кроме дракона, конечно.
— Да, папа? — сказала я, стараясь, чтобы голос не дрожал от восторга.
Барон посмотрел на меня внимательно. Очень внимательно. Как будто пытался понять, не подменили ли меня. Ну, то есть он, конечно, не знал, что меня действительно подменили. Но, судя по его взгляду,
