бродили по палатке и переносили что-то.
– Проснулась? – подошла к Кате Зоя Мамонтова.
– Да, – ответила та, пытаясь унять стучащее от страшного сна сердце.
– Тогда вставай, приводи себя в порядок и будешь нам помогать.
Девочка встала, аккуратно застелила спальное место и пошла принимать водные процедуры. После всего этого, она пришла к медсёстрам, заканчивая заплетать в свою косу потрёпанную жёлтую ленту:
– Чем помочь?
– Сейчас солдатам должны еду принести, – объясняла Мария Фёдоровна. Рядом с ней стояла Зоя и ещё две медсестры: Василиса Горнеева и Алёна Маренко. Но спустя несколько секунд они о чём-то переговорив, ушли. – Наша задача её всем раздать.
– Хорошо, – кивнула Катя. – А когда её принесут?
– Как только, так сразу.
Девочка подошла к выходу палатки, и выглянув на улицу, увидела двоих солдат, которые шли с завтраком в медпункт. Они помогали Родникову на кухне.
– Несут, – зашла назад она.
Медсёстры поспешили встречать бойцов. Кате это занятие понравилось, ведь это приносило пользу другим людям. Она отдала последнюю порцию, когда в палатку вошли Летаев и Данил Колотыев:
– Здравия желаем, товарищи! – поприветствовал всех Данил.
Бойцы тоже самое сказали гостям в ответ. Пришедшие выглядели оживлёнными и бодрыми.
– Мы тут пришли кое – за кем, – Фёдор взглянул на Катю. – Катюх! Пошли с нами!
– Я? – удивилась та.
– Ты, ты, – подтвердила Мария Фёдоровна, – давай, топай.
Девочка подошла к солдатам, и они вместе вышли на улицу. Все солдаты суетились возле полевой кухни, выстраиваясь в очередь. Данил взял Катю за руку и подвёл ближе. Та ничего не понимала, ей было комфортнее сидеть в медпункте с медсёстрами в тишине и спокойствии, а не идти в суетливую толпу громких и резких солдат. Она ещё неловко чувствовала себя с ними. Но деваться было некуда, поэтому она неохотно тащилась за Колотыевым. Они встали в очередь. Бойцы сразу обратили на них внимание и стали одновременно все рассказывать Кате про замечательного повара Николая Родникова, про то как он вкусно готовит и какими путями можно с ним договориться:
– Это замечательный, добрейший человек! – говорил Лукиан. – Никого голодным никогда не оставит!
– Но на свою кухню не пускает, – поддержал Лурин. – не любит, когда на его территории есть кто-то, кроме дежурных.
Катя пыталась выслушать их всех и не запутаться. Наконец, подошёл её черёд. Она заметила, что внешне он совершенно не соответствовал своей профессии, слишком худ, но по характеру подходил на все сто:
– Оооо! – протянул басом Родников. – Кто тут у нас?
Девочка смущённо опустила взгляд.
– Катюха! – опустил руки ей на плечи Данил. – Найдётся на неё у тебя порция?
– Как не найдётся? – пожал плечами Николай. – У меня на ребёнка еды не найдётся? – он взял у неё посуду, которую ей вручила на самом выходе медсестра, и наложил туда столько каши, сколько Катя в жизни не ела, и добавив сверху корку хлеба, протянул девочке. – Молодому организму!
– Спасибо, – взяла еду та.
– Приятного аппетита, молодой организм. – послышались голоса в толпе.
«Вот мне уже и прозвище дали», – смотрела в миску Катя. После раздачи еды, все расселись в разных местах. Стола не было, и поэтому солдаты ели, разбившись на группы по интересам. Иногда бойцы переходили из одного места в другое, чтобы пообщаться. Катя сидела в группе, где был Летаев, Колотыев, Сорокин и ещё несколько бойцов. Но уже из перечисленных фамилий можно сделать вывод о том, что в этой компании смех раздавался чаще и громче всего. Был там и солдат по имени Егор Фокин. Очень спокойный человек: скромничал, всегда говорил приглушённо. Он хорошо разговаривал на иностранных языках, поэтому немецкий он знал лучше всех в батальоне.
– Это ты получается немецкий, английский и французский знаешь, – перечислял Михаил Вороненко. – А погоди, ещё китайский.
– Китайский не знаю, – улыбнулся боец и зачерпнул ложкой кашу, – испанский.
– А как? – впервые за всё время, вступила в разговор Катя. – Как вы всё это запомнили? Я немецкий даже не до конца понимаю.
– Сами собой запомнились, – ответил тот, – но на немецкий очень сильно повлиял период, когда я был в Германии. С общением всё идёт куда легче.
Кате приходилось общаться с оккупантами, но толком её уровень языка дальше школьного не продвинулся. Она выучила только некоторые фразы, такие, как: Komm her (подойди сюда), Essen zubereiten (приготовь еды). Помимо простых просьб были и пугающие вопросы: willst du leben? (а жить тебе хочется?), warum magst du mich sehr? (почему ты мне так нравишься?). Обычно после последнего предложения фрицы проводили рукой по её щеке или смотрели таким мерзким взглядом, что хотелось провалиться под землю. От этого у Кати волосы вставали дыбом. Мама всегда в таких случаях сразу звала её под разными предлогами или отвлекала немцев на другие вещи. Очень хорошо запомнилось ещё одно слово: FEUER(СТРЕЛЯТЬ). Его значение поняли все и сразу после казни семьи Ватчиных.
Пока она размышляла о прошлом, бойцы уже принялись курить, закончив с завтраком:
– У кого-нибудь спички найдутся? – закручивал с бумажку табак Егор.
Колотыев протянул свой коробок товарищу. На нём была написана фраза: «Все силы на борьбу с фашизмом!». Фокин поблагодарил Данила и поджёг самокрутку.
– Братцы, – вывернул свой мешочек Сорокин, в котором должен находиться был его табак, – это…
– Ваня, у тебя уже кончились? – удивился Вороненко.
– С какой скоростью ты их выкуриваешь? – спросил Фёдор. – У тебя раньше всех они заканчиваются. Новые ещё нескоро привезут.
– Так, отставить разговоры! Сбросились заместителю командира на курево! – полушутя скомандовал Сорокин.
В этот момент к ним подошёл Александр. Все сразу встали и поприветствовали его.
– Здравия желаю, – кивнул Резанцев и показал жестом им садиться. – Никто Андрея Сувырева не видел? Мне он нужен.
– Мы его в последний раз видели в общей землянке, – посмотрел по сторонам Михаил, – но вряд- ли он сейчас там.
– Понятно, – вздохнул тот и скрестил руки на груди. Взгляд Александра упал на Катю. – Ну как ты тут? Осваиваешься?
– Потихоньку, – ответила девочка.
– Она почти со всем батальоном познакомилась, – приятельски толкнул локтём Катю Фёдор. – Её Колян сегодня даже «молодым организмом» окрестил.
– Это хорошо, – улыбнулся Резанцев. – Я надеюсь вы не задеваете её своими шутками? А то я вас знаю.
– Никак нет, товарищ командир, – проговорила Катя.
Бойцы в этот момент одновременно повернулись к ней. Даже сам Резанцев, кажется, удивился такому ответу, но вернулся к теме:
– Ладно, – прервал их он, – закругляйтесь давайте и разыщите мне Андрея. Передайте ему, что я буду ждать его у себя.
– Будет сделано, товарищ командир, – хором сказали бойцы.
Резанцев повернулся и пошёл к остальным солдатам. Его догнал Сорокин:
– Санёк! Закурить не найдётся?
– У тебя опять
