остальная одежда разлетелись на рваные лоскуты.
Вскоре от былой тщедушности не осталось и следа. Перед нами предстала целая гора бурлящих, увитых венами мышц.
В неизменном виде, пожалуй, сохранилось только лицо, но и оно полностью потерялось на фоне объёмной, как ствол дерева, шеи.
И будто всего этого было мало: под конец преображения из-за спины, багровой от прилива дурной крови, вырвался целый сноп когтистых щупалец — один в один похожих на тот самый отросток, что совсем недавно обезглавил беднягу Яо Мина.
— Простите, ребята, ничего личного, — виновато пожал плечами гигант, после чего с гулким грохотом сделал шаг в нашем направлении.
А вот это уже и вправду нехорошо. Судя по звуку, прибавил Собиратель пепла не только в размерах, но и в весе. А значит, и в плотности мышц и костей. Разрубить такую махину будет ох как непросто. Если вообще возможно.
Впрочем, мастерство одноглазого самурая ещё ни разу меня не подводило. Хоть оно и оставляло на моём неподготовленном теле свой неизгладимый отпечаток, однако итог всегда был один — жаждущий крови клинок из раза в раз находил свою цель.
Так что прочь лишние мысли. Сейчас мне следует думать лишь об одном: о приближающемся светловолосом гиганте и его тяжёлой поступи.
Хотя нет, есть ещё кое-кто, о ком мне следовало побеспокоиться…
— Поберегись!
Едва услышав этот крик, я на одних вбитых в подкорку рефлексах приставным шагом скользнул вбок.
Вовремя!
Справа от меня, почти задевая плечо, разрезала пространство слепящая молния. Будто карающий божественный меч, она в один миг рассекла коридор на две равные половины и с громким треском ввинтилась в широкую бугрящуюся грудь.
Коридор снова заполнила вспышка, на этот раз ещё более яркая. Зрение тут же покинуло меня. К счастью, совсем ненадолго. Уже спустя секунду картина перед глазами перестала рябить, и я в полной мере мог наблюдать последствия внезапной атаки одного взбалмошного недоумка.
Посреди коридора столбом застыло прожжённое насквозь тело. В груди Синклера зияла огромная сквозная дыра, из которой исходил пар. Его было так много, что, поднимаясь к потолку, он полностью застилал собой верхнюю часть Собирателя пепла.
— Выкуси! — крикнул Костас откуда-то из-за моей спины. — Ну что, засранцы, убедились? Я же говорил, эти ваши Собиратели пепла — обычная кучка неудачников!
И всё, так просто?
Не в силах поверить в происходящее, я ещё пристальнее всмотрелся в рану на груди Синклера. Однако ничего не изменилось. Сквозь здоровенную дыру хорошо просматривался противоположный конец коридора и стоящий слева у стены Йохан.
Последний, к слову, выглядел не то чтобы удивлённым. На его лице читалась, скорее, скука — и это, надо признать, чертовски настораживало. Пусть он явно не дружил с головой, но с чего бы ему столь легкомысленно относиться к смертельной ране напарника? Разве только эта рана не так уж и смертельна…
— Это… было… больно, — внезапно вырвался из клубов пара обиженный голос, и Синклер, который согласно всем божеским законам вроде как уже должен был быть мёртв, сделал очередной тяжеловесный шаг вперёд. В ту же секунду окружавшее его марево опасливо расступилось и робко скользнуло ему за спину.
Похоже, теперь пришёл наш черед защищаться.
Однако вопреки моим опасениям, Синклер вдруг замер и бросил взгляд на дыру в своей груди.
Осматривал он её недолго. Каких-то пару секунд. После чего с растерянным видом обернулся к своему напарнику:
— Йохан, я что… умру?! Кажется, я только что видел свой завтрак…
— Не умрёшь, — лениво отмахнулся от него очкарик. — У этого тела довольно хорошая живучесть. Просто делай то же, что и всегда: адаптируйся и ни о чём не думай. Забудь о боли, рано или поздно она всё равно исчезнет.
— Да, я помню! Просто немного растерялся, — смущённо поскрёб себя мизинцем по темечку Синклер. Выглядело это все настолько жутко и нелепо, что я даже не знал, что предпринять в такой ситуации. — Меня прежде никогда так сильно не били током… странные ощущения… даже в носу свербит.
— Обычная нервная стимуляция — нетипичная реакция, но в пределах нормы. А теперь — за работу…
Договорить Йохан не успел: коридор снова оказался разделён надвое стремительной вспышкой. Раздался треск, и голова Синклера окуталась коротким сполохом.
— Эй, ублюдки, не смейте меня игнорировать!
Тут и к гадалке не ходи — Костас в бешенстве от всего происходящего. Ну ещё бы: ведь его только что унизили какие-то жалкие вольные. Притом дважды. В первый раз, когда отказались легко подыхать. А во второй — когда решили, что его можно игнорировать. Столь похвальная самонадеянность просто не могла не задеть его за живое.
Однако кое в чём мой глупый собрат всё же ошибается. Чутьё подсказывало: дело не в самоуверенности или глупости. Ключ к их спокойствию кроется в чём-то ином…
— Йохан! Йохан! Ты был прав, — снова раздался из-за белесой завесы радостный возглас. И сразу следом оттуда же показалось хоть и порядком обожжённое, но вместе с тем радостное лицо. — Во второй раз было не так уж и больно!
— А я о чём говорил? — лениво откликнулся второй Собиратель пепла. — Ещё пара-тройка таких попаданий — и ты полностью адаптируешься.
И почему я не удивлён? Всё ведь не могло закончиться так просто. Только не в моём случае и не с моей удачей.
Радовало во всей этой ситуации пока только одно: с такими внушительными габаритами Синклеру не так-то просто будет меня достать.
И только эта наивная мысль пришла мне в голову, как десятки щупалец, что всё это время волочились за блондином безобразным плащом, рванули в мою сторону.
Будь в этот момент на моём месте обычный человек, он обязательно поддался бы удивлению или даже испугу, замешкался и тем самым потратил бы столь драгоценные мгновения. Но, благо, меня к обычным людям отнести было никак нельзя. Не успел мозг осмыслить всё происходящее, а правая рука вместе с зажатой в ней катаной уже начала своё смертоносное движение.
С неслышимым, но всё ещё осязаемым шелестом лезвие выпорхнуло из ножен и одним взмахом «отгородило» меня от самых прытких отростков.
Спустя мгновение в воздух взлетели два десятка судорожно трепыхающихся обрубков.
Есть попадание!
Вот только радости по этому поводу я совсем не испытывал. Ведь помимо тех двадцати щупалец, что я отсек секундой ранее, имелись и другие. И разрубить их все было для меня непосильной задачей. По крайней мере, не при текущих обстоятельствах.
А обстоятельства эти тем временем складывались для меня, да и не только для меня, не лучшим образом. Хоть мельтешащий лес щупалец и закрывал
