большую часть обзора, однако изредка сквозь образовавшиеся в нём прорехи можно было разглядеть и самого хозяина этих мерзопакостных отростков.
В одно из таких редких мгновений я и заметил крайне настораживающие меня изменения. Синклер больше не стоял в полный рост. Теперь его ноги были полусогнуты и напряжены, а сам он явно к чему-то готовился…
Хотя, чего это я? Всё ведь и так ясно: Собиратель пепла собирается прыгать! На самом деле, чтобы это понять, мне даже не нужно прислушиваться к опыту одноглазого самурая — достаточно обычного здравого смысла.
А вот с чем здравый смысл мне помочь уже не может, так это со знанием того, как быть дальше. И вот тут-то мне и пригодился богатый опыт Ягю Дзюбея.
— Моров, отступаем! — врезался мне в уши панический возглас Стейна.
Но вот беда: с этим предложением он явно запоздал — я уже рвался вперёд, кромсая всё на своём пути.
Стейн умён. Чертовски умён. Каждый его шаг выверен и просчитан до мелочей. Он пунктуален и точен, как самые совершенные часы. Но в этом и заключалась его главная беда. Загнав себя в рамки выверенных до миллиметра условностей, он утратил нечто крайне важное. А именно — одну очень весомую человеческую черту. Способность к импровизации.
Именно поэтому Томас выбрал разумное отступление, а я — дерзкую в своём безумии атаку. Оставалось лишь выяснить, кто в итоге окажется прав.
И похоже, совсем скоро я это узнаю…
Очередной росчерк клинка идеально совпал с прыжком гиганта. Его тяжеленная туша грузно взмыла в воздух и понеслась в моём направлении. Синклер явно намеревался снести меня с ног.
Однако у меня на этот счёт были совсем иные планы. Вместе с отрубленными ранее отростками я устремился вниз, поближе к такому спасительному полу. Туда, где ни Синклер, ни его мельтешащие в воздухе щупальца меня не достанут.
В следующее мгновение моё левое бедро коснулось холодного камня, и я ушёл в управляемое скольжение, а туша Синклера пронеслась где-то над моей головой вместе со своим порядком укороченным «плащом».
Что ж, туда ему и дорога. А меня ждала новая цель. И она, эта цель, была уже совсем близко.
— Йохан! — донёсся мне в спину панический крик.
Синклер всё же сообразил, что к чему. Но уже поздно. Теперь нас с очкариком разделяли всего пара шагов, и на первый план выходил один-единственный вопрос: смогу ли я обезглавить Йохана из своего текущего положения или всё же стоит переместить вес на ведущую ногу?
Глава 37
Перенести вес на ведущую ногу всё же пришлось. Но отнюдь не из-за плохих расчётов. Просто Йохан тоже не стоял на месте. Завидев угрозу, он попытался сместиться подальше от меня вдоль стены.
Но, к сожалению для Собирателя пепла, делал он это слишком поздно. Моё иайдо оказалось чуточку быстрее его расторопных ног. Клинок с шелестом прорезал воздух, оставил глубокую полосу на бетонной стене и вонзился под широкий воротник Йохана, аккурат в яремную вену.
В тот же миг ткань воротника окрасилась красным…
Всё, как я и предполагал: очкарик оказался бойцом второй, если не третьей линии. Не зря же он использовал Синклера в качестве мясного щита. Но одну ошибку он всё же допустил — позволил своему телохранителю сильно от себя отдалиться, за что и поплатился.
Однако списывать Йохана со счетов было ещё рано. Пусть мой клинок и полоснул его по шее, но этого всё ещё недостаточно, чтобы закончить начатое.
А с другой стороны, я ведь и не собирался останавливаться на достигнутом. Резко сблизившись с Собирателем, я перехватил рукоять меча обеими руками и изо всех сил вжал клинок в плоть.
В любой другой ситуации мне бы и в голову не пришло хвататься за рукоять левой рукой — не та в ней таилась мощь, чтобы рассчитывать на неё всерьёз. Но сейчас всё было иначе. Сейчас мне необходимо было выложиться на все сто… нет, двести процентов! А иначе подоспевший сзади Синклер всё-таки выполнит первое условие заказа. И чтобы этого не произошло, я обязательно должен снести Йохану голову или хотя бы вспороть ему глотку. Ведь только так я сумею остановить действие его способности и вернуть Синклеру прежний вид.
Следуя этому плану, я сделал ещё один короткий диагональный подшаг и тут же скрутил корпус, при этом не забывая давить на приставленный к чужому горлу клинок. Ну а уже в следующую секунду удерживаемый мной меч прочертил полукруг по шее Йохана и, словно послушный пёс, вернулся к правому бедру.
Вот и всё. Мне даже не нужно смотреть на рану. Я всё прочувствовал собственными ладонями — это особое состояние, когда ведомый тобой клинок входит в чужую плоть, не спутать ни с чем.
Словно в замедленной съёмке, я следил за тем, как Йохан оступается и делает пару шагов назад. Его голова всё ещё при нём. Но тянущийся следом ореол ярких алых брызг громче любых слов говорит о том, что с Собирателем пепла покончено.
Отлично! Полдела сделано, теперь можно заняться вторым пришедшим по мою душу Собирателем…
Уже предвкушая, как буду сносить голову Синклера, я слегка сместился в сторону и попытался бросить взгляд себе за спину, как вдруг на меня обрушилось чувство узнавания.
Я непонятно с чего припомнил того великана-недобитка, о которого в своё время не пожалел марать руки. Помнится, тогда Дзюбэй преподал мне один крайне ценный урок, суть которого заключалась в одной простой и вместе с тем жизненно важной истине: не стоит оставлять недобитого врага на волю судьбы.
Осознав свою ошибку, я снова переключился на Йохана. И тут же понял, что сделал это не зря…
Проклятье, и как я сразу этого не заметил! Кровь, а точнее её расцветка, совсем не соответствовала той ране, что я ему нанёс. Она должна была иметь вишнёвый оттенок, как и полагается венозной крови. Но тогда почему я видел алые росчерки перед глазами?!
В этот короткий, как вспышка, миг я заметил направленный на меня из-под очков взгляд. В нём не было ни страха, ни удивления — лишь холодная скука. Подобный взгляд никак не мог принадлежать тому, кто вот-вот вступит в царство Морены.
Вот значит как, выходит, ничего ещё не закончилось!
Одновременно с этой мыслью замершее было время снова возобновило свой ход. А вместе с ним ожил и мой упокоившийся на краткий миг клинок. Ещё один шаг, на этот раз более широкий, и восходящий выпад, начавший свой путь
