в ответ приветствию парня, продолжая по порядку нажимать на кучу кнопок, при этом витая в своих мыслях, но следующие слова меня насторожили, – надо поговорить.
Я замерла на месте, потянувшись к нижней кнопке, включающей экраны, и развернулась лицом к Мэддоксу, который, как и обычно, стоял с бесстрастным выражением.
– Да?
Робин выдвинул свое кресло. Упав в него, он крутанулся вокруг своей оси и остановился точно передо мной, вытянув вперед длинные ноги и сцепив пальцы в замок на животе. Взглянув на меня, он приподнял густую бровь.
– Что ты сделала с Карлайлом?
Я поджала губы. Я уже упоминала о магической способности Шервуда напоминать о себе даже в свое отсутствие?
– А что могла?
Робин недоверчиво взглянул на меня.
– Приворот. Порча. Сглаз. Выбирай, что твоей душе угодно.
Фыркнув неудачной шутке Мэддокса, я отвернулась, продолжая свое занятие и пялясь в экран ноутбука, в ожидании, когда можно будет надеть наушники и притвориться, будто нахожусь в помещении одна.
У меня с утра не было никакого настроения разговаривать, я проигнорировала даже пятничные завтраки с девочками и ушла сразу же, как только проснулась. Они в свою очередь вчера прочли мне целую лекцию о том, как важно выслушивать своего партнера, и обвинили меня во всех смертных грехах, чуть ли не заставив исповедываться перед ними. Еще немного, и я бы вышла с гитарой к окну Шервуда и запела бы любовную сонату.
– Я не из личных побуждений интересуюсь, Харпер, – продолжил Мэддокс, качаясь в своем кресле, – мне, откровенно говоря, плевать, что у вас там происходит, но пока твое присутствие положительно воздействовало на Карлайла, я был нейтрален. Вчера он не пошел на тренировку. Сегодня в пять утра ушел на пробежку и вернулся только ближе к одиннадцати. Он не в том расположении духа, чтобы побеждать, и это меня не устраивает. Напрашивается вывод, что между вами что-то произошло, потому что в последнее время его настроение зависит только от твоего цикла.
Я сдвинула брови к переносице, бросив недовольный взгляд на Мэддокса. Он пожал плечами в ответ моей реакции, продолжая.
– А ещё у него завтра день рождения, и я бы не хотел, чтобы мой лучший отпраздновал его в дерьмовом настроении.
Чт…
Вытаращив глаза на Робина, я медленно осела, вдруг резко осознав, что ни разу за весь период нашего тесного общения не поинтересовалась элементарным вопросом – датой его рождения. И Мэддокс это понял сразу же, как только увидел мое лицо, потому что в его взгляде проскочила капля осуждения.
Господи, я ужасная девушка.
Обхватив себя за голову, я уперлась локтями в колени и прохныкала от безысходности. Мы не расстались. Я это знала, но мертвецкая тишина в нашей переписке и болезненно молчаливый телефон вдруг дал мне понять, насколько я привыкла к Карлайлу. Насколько его компания была для меня правильной, необходимой и важной. Я нуждалась в том, чтобы постоянно слушать его смех, шутки, уместный флирт. Прошел всего день, а я уже ощущала, будто теряла его.
Боже, как же это слащаво.
– Надеюсь, что ты подготовишь для него достойный подарок, потому что… ты же в курсе, что это он посоветовал тебя тренеру Серрано? – продолжил Робин, от чего я застыла, подняв на него взгляд. Парень хмыкнул, заметив мою реакцию. – Значит, нет. Он разговаривал с тренером и с секретарем, чуть ли не в коленях у них ползая, лишь бы они рассмотрели твою кандидатуру. Канал искал парня, а не девушку, поэтому был скептично к тебе настроен, но Карлайл принес им записи твоих эфиров и заставил слушать каждую Что насчет твоего просвещения в футболе?.. – я сглотнула, слушая, как завороженная речь Мэддокса, потому что это все больше звучало, как какая-то шутка. Несмешная, затянувшаяся шутка. Робин в свою очередь продолжил. – Я должен был с тобой няньчиться, объяснять основы хорошего оратора и для меня это не составило бы никакого труда. Пока Карлайл не сказал, что отобьет мне почки, если я соглашусь проводить тебе уроки, – он усмехнулся, дернув уголком губ, – вот кретин, да?
Невидимые цепи сдавили горло. Я пялилась на парня перед собой, не до конца веря в то, что он говорил правду, но все описанное им так было похоже на Карлайла, что я невольно начинала представлять картины, как он бегал от тренера к Хампти-Дампти.
О, боже милостивый.
– О, – Робин недобро улыбнулся, – и к ремонту на твоей радиостанции тоже подначил кэп, выделив бюджет своей рекламной кампании. Секретарь, конечно, быстро отказался, постыдившись, но рычагом воздействия оказался опять таки он.
Я шумно выдохнула.
Нет.
Да!
О, боги.
Это был он. Это всегда был он. А я всегда и повсюду была идиоткой, поверившей в фортуну, но вот парадокс – стрелой двигал Шервуд.
– Я не понял, когда он в тебя влюбился, но влюбился он очень сильно, – прямая линия губ на лице парня свидетельствовала о том, что ему это не очень-то и нравилось, – сделал к тебе навстречу десять тысяч шагов и единственное, чего ждёт теперь от своей девушки, одного гребанного шага к нему. Он сделает все девяносто девять, если будет знать, что ты готова сделать хотя бы попытку. А иначе ты думаешь, он бы уже не выломал эту дверь и не пришел к тебе?.. Парни тоже хотят чувствовать, что их любят.
Люблю.
Автоматически выдал мой мозг, даже не запнувшись. Я переваривала все сказанное Робином, ощущая, как под ногами трещит помост уверенности в том, что Карлайл совсем скоро остынет, и все вернется на круги своя. Но я стояла на едва устойчивой дощечке наших отношений, смотря в сторону квотербека, который в свою очередь выстроил целый бетонный мост ко мне. Мне оставалось лишь протянуть руку к нему. Он крепко стоял на своем, зная, что я не смогу его предать. Ведь именно поэтому он не поверил в то, что я могла иметь что-то общее с Тианом, несмотря на ту сплетню.
А я…
Я резко поднялась с места, собираясь выскочить туда, где сейчас толпились футболисты, но Робин остановил меня одним движением руки.
– После игры. Сначала игра, а затем уже чувства. Он должен научиться не тянуть личное на поле.
– Но…
– Он – взрослый мальчик, Бэмби. Сядь и разорви сегодняшних критиков.
Захлопав ртом, как рыба, я в конечном итоге сдалась.
Втянув в грудь побольше воздуха, я сделала так, как велел Мэддокс, усевшись обратно в свое кресло с трясущимися руками.
Я потерла лоб, размышляя, как сделать шаг навстречу к Карлайлу.
Как красиво его
