id="id7">
Глава 6
Драго прохаживался по покоям, которые ему выделили в королевском дворце. Подумать только, одни они были больше, чем весь прежний деревенский дом! Он слышал, как каждый шаг под белыми сводами разносится, и взволнованно теребил поясок на простой, чуть разорванной рубашке.
На постели лежала аккуратно сложенная одежда, чистая и дорогая. Но притронуться Драго. к ней не решился. Такую испачкаешь – годами отрабатывать будешь!
В деревне говорили, что в ногах правды нет, вот он и сел на краешек кровати, как вдруг в дверь постучали. Драго настороженно метнулся к ней взглядом. Привык жить в опаске, как звереныш затравленный. Вот и взвился на ноги, когда на пороге оказался сам король… отец? Драго не понимал до конца, кто этот человек, но на всякий случай склонился в поклоне, держась настороже, наблюдая за Теодором. Хотя тот с порога вроде бы ни кричать, ни кулаками махать не начинал – жить можно.
***
Теодор не сразу решился войти к Драго в покои. Еще несколько минут под дверью топтался. Думал… как с мальчиком разговор лучше начать. Чтобы не напугать его. Поверил ему, чтобы. Еще и Дана своей новостью огорошила, что попаданка! Чертова девка!
– Драго? Ну, что ты? Я же не на прием королевский явился, – улыбнулся чуть напряженно Теодор, видя, как мальчик склонился в церемонном поклоне.
Как бы то ни было, а воспитали его хорошо. Даже для его юного возраста.
– Я просто к тебе в гости зашел. Можно? Поговорить нам надо, – Теодор неловко прошелся по покоям, чувствуя, как заполняет собой, своим крепким телом, всю комнату, и присел на кровать, да ладонью похлопал рядом с собой. – Садись. Поговорим.
Последние слова прозвучали как-то совсем угрожающе. Теодор поморщился. Ну, что ж ты будешь делать? Не умел он с детьми обращаться, хоть убей!
Драго послушно присел на краешек кровати, рубашку одернув и руки на коленях сложив. Не знал, о чем говорить-то с государем.
Вроде бы и к себе забрал, по улицам теперь не скитаться, но стража у него страшная, да и во дворце чужое все, непривычное. Хотя… Драго неловко поднял взгляд, думая, что неприлично молчать и сопеть просто.
– Красивый дворец у тебя… – выдавил Драго и тут же чуть поежился, словно ожидая подзатыльника за то, что без разрешения заговорил.
Драго незаметно разглядывал Теодора. Вспоминал свое отражение в речке, встрепанное, худощавое. Не похожи ведь совсем… а может, и похожи? Сам он запутался, не знал, что и думать.
Теодор сел рядышком и осторожно потянулся к Драго. Приобнял его за плечи, да волосы пригладил. Много лет мечтал о наследнике! Так и тянуло теперь к сыну. Обнять, за руку подержать, с клинком деревянным во дворе побегать. Девки все твердили за его спиной что-то про материнский инстинкт, что у каждой из них просыпается, когда в руки младенчика-то берут. А Теодор? Отцовский, стало быть, инстинкт проснулся? Еще задолго до того, как про Драго узнал.
– Это теперь твой дом! – гордо сказал Теодор и дернул Драго за прядку. – Знаешь, почему твой дом теперь тут? А не в деревне твоей?
Черт, будто он наставник, так говорит с сыном. Сухо и сдержанно как то. Вот мамки это дело умеют! И ласковое слово скажут. И обнимут-поцелуют! И забалуют. Теодор пытался. Но Драго даже одежду новую не надел, что уж говорить о другом?
Драго дернулся немного от прикосновения неожиданного. Вроде бы старался Теодор его не пугать лишний раз, касаться мягко, бережно, давая время заметить движение руки, но тело все равно вздрагивало. Драго повернул голову, глядя на него большими глазами.
– Потому что папа сказал, что я не родной ему? – тихо произнес Драго, по привычке называя Милада отцом. – И разозлился страшно из-за метки.
Драго посильнее натянул рукав рубашки, будто боясь, что и Теодор за нее ругать начнет. Как только принесли воды умыться да оставили одного в покоях, он первым делом метку треклятую тереть начал. Но только кожу докрасна натер – не сходила она.
Вздохнул Теодор и руку убрал. Чего мальчика пугать? Не готов он пока признать его отцом. Вон, чужого… мужчину папой зовет. Боль пронзила его сердце непрошеным уколом стрелы. Но он попытался скрыть это от Драго.
– Вот об этом я и хотел поговорить, – Теодор осторожно потянул рукав на рубашке Драго вверх, обнажив метку.
И нахмурился, увидев, как раскраснелась кожа вокруг нее. Да что малец с ней делал?! Содрать пытался? Первым желанием было рыкнуть на Драго, чтобы не уродовал себя. Да вовремя вспомнил Теодор, как мальчик дичится от него и без этого. Поэтому максимально мягко попросил:
– Не надо больше трогать это, Драго. Ты ее не уберешь. Это магическая метка. Она появляется сама собой. По праву рождения. И показывает принадлежность к какому-то роду. Видишь корону? Смотри, у меня такая же, – Теодор тоже задрал рукав рубашки и показал свою. – Она появилась у тебя потому, что ты не сын Милада… скорее всего, – Теодор с неприязнью взглянул на глаза, слишком напомнившие ему глаза этого негодника. – Мы с твоей мамой любили друг друга. Давно. Еще до твоего рождения. А я уехал далеко, за моря, и она не могла весточку прислать. И не знала, вернусь ли я к ней. Вот и вышла замуж за Милада. Милад не виноват… он тоже не знал, что ты мой сын. До того момента, пока метка не появилась. Вот и… расстроился в тот день. Дана не рассказала правду. Ни Миладу, ни мне. Ни тебе.
Теодор вздохнул. Как-то нехорошо получилось. Будто маму Драго очернил. Надо исправиться! А то не хотелось… ругать ее. Это же Дана так поступила. А не попаданка. Попаданка, она другая. Честная и хорошая. Теодор сердцем чувствовал: и любит попаданка малыша Драго, и защищала всегда от Милада, и забрала с собой, когда сбежала от него в лес.
– Значит, это ты мой отец? – тихо и нерешительно проговорил Драго. – Точно-точно?
Он осторожно потянулся кончиками пальцев к метке на руке Теодора. Такая же точно, магическая, золотистая. Драго провел по ней легонько, будто убеждаясь, что она реальная.
Он слегка нахмурился, вспоминая, как часто злился на него Милад, как иногда кричал на Дану, что еще непонятно, от кого он. Неужели от короля, от этого красивого и смелого мужчины? Драго завороженно поднял взгляд уже на его
