на Мангабуков они произвели огромное впечатление, ведь местные жители никогда не видели иного света, кроме солнечного.
Потом Волшебник плеснул керосина на стеклянный пол, так что получилась довольно большая лужа. Когда он поджёг керосин, пламя взметнулось ввысь сотней языков. Зрители были сражены.
— А теперь, ваше высочество, — воскликнул Волшебник, — те из ваших советников, кто предлагал отвести нас в Сад Ползучих Лиан, пусть шагнут в этот круг огня. Если совет хорош и они правы, им ничто не грозит. Но если совет плох, огонь их тут же усушит.
Советникам это предложение пришлось совсем не по вкусу. Но Принцесса отдала приказ, и они подчинились один за другим. Пришлось им не сладко — воздух вскоре наполнился ароматом печёной картошки. Немалое число Мангабуков попадало на пол без чувств, их тут же оттащили подальше от огня, но всё равно они так усохли, что их оставалось теперь лишь высадить в землю.
— Вне всякого сомнения, — обратилась Принцесса к Волшебнику, — вы самый могущественный колдун из всех нам известных. Поскольку теперь совершенно ясно, что мои мудрецы ошибались, так и быть, я избавлю вас троих от ужасного Сада Ползучих Лиан, но ваших животных всё равно ждёт Чёрная Яма — терпеть их рядом с собой мои подданные ни в коем случае не желают.
Волшебник был так доволен тем, что удалось спасти Дороти, Зеба и себя, что ничего на это не возразил. Но когда Принцесса ушла, Джим и Эврика закричали наперебой, что не хотят отправляться в Чёрную Яму. Дороти пообещала им сделать всё, чтобы спасти их от гибели.
На протяжении двух или трёх дней — если называть днями промежутки между сном, ведь темноты, разделяющей сутки, в этой стране не наступало — наших друзей никто не беспокоил. Им было позволено жить в доме Колдуна, как в собственном, и бродить беспрепятственно по садам в поисках пищи.
Однажды они оказались вблизи Сада Ползучих Лиан и прошли над ним высоко по воздуху, поглядывая вниз с интересом и опаской. Друзья увидели плотное скопление толстых зелёных лиан, которые переплетались и извивались, напоминая огромное змеиное гнездо. Лианы душили всё, что попадало в их цепкие объятия, и наши путешественники ещё раз поблагодарили судьбу за то, что им удалось избежать этой участи.
Ложась спать, Волшебник каждый раз доставал из кармана поросят и позволял им побегать по комнате, чтобы развлечь окружающих и немного размяться. Но однажды поросята заметили, что стеклянная дверь приоткрыта, выскользнули в зал, а оттуда по воздуху спустились на нижний этаж. К этому времени они успели уже подружиться с Эврикой и поэтому сразу устремились к котёнку, дремавшему под боком у Джима, и начали его тормошить.
Конь, который никогда не спал подолгу, поднял голову и теперь добродушно следил за игрой поросят и котенка.
— Повежливей! — покрикивал он, когда Эврика опрокидывал кого-то из поросят и начинал катать его лапой, но поросятам это, похоже, нравилось, они от души веселились.
Неожиданно комната заполнилась молчаливыми и мрачными Мангабуками. Каждый из овощелюдей нёс сук, покрытый шипами, и воинственно тыкал им в сторону коня, котёнка и поросят.
— Эй, бросьте вы это баловство! — сердито заржал Джим. Но после того как его пару раз укололи, он вскочил в испуге на ноги и запрыгал, увёртываясь от колючек.
Мангабуки окружили их со всех сторон, оставив открытым лишь проход к дверям. Животные медленно отступали, пока наконец не оказались на улице, где стояло ещё больше местных жителей с колючками. По-прежнему не говоря ни слова, они погнали бедняг вдоль по улице. Джим изо всех сил старался не наступить на крошечных поросят, которые метались у него под ногами, хрюкая и визжа. Эврика фыркал и огрызался, стараясь защитить себя и малышей от уколов. Медленно, но неотступно безжалостные Мангабуки гнали их по дороге, пока наконец город не остался позади. Перед ними простиралась широкая равнина, за нею начинались горы.
— Что всё это значит? — растерянно спросил конь, увёртываясь от очередной колючки.
— Боюсь, они гонят нас к Чёрной Яме, в которую грозили бросить, — ответил котёнок. — Будь я ростом с тебя, Джим, я бы дал бой этим жалким корнеплодам!
— А что бы именно ты сделал? — осведомился Джим.
— Я бы начал брыкаться своими длинными ногами, обутыми в железные подковы.
— Ладно, — сказал конь, — так я и сделаю.
В следующее мгновение он попятился неожиданно в направлении толпы Мангабуков и что было силы взбрыкнул задними ногами. Одним ударом он побил и повалил на землю дюжину врагов и, воодушевлённый успехом, продолжал наступать на овощную толпу, рассеивая её и повергая в бегство трусов. Эврика помогал ему как мог, яростно царапаясь и кусаясь. Котёнок нанёс таким образом немалый ущерб овощным физиономиям и оказался для Мангабуков не менее грозным противником, чем конь.
Однако силы были слишком неравными, и держать оборону долго наши друзья не могли. Джим и Эврика устали, и, хотя поле боя быстро покрылось помятыми и поколоченными Мангабуками, друзьям пришлось в конце концов сдаться и, подчиняясь силе, отступить к горе.
Глава 7. В чёрную дыру и обратно
Вблизи гора представляла собой огромную цельную глыбу тёмно-зелёного стекла и выглядела очень мрачной. Посредине крутого склона чернела пещера. Радужные лучи цветных солнц освещали лишь вход в неё — дальше царила вечная ночь.
Мангабуки загнали коня, котёнка и поросят в эту чёрную дыру, следом запихнули коляску — оказалось, что они тащили её на себе всю дорогу от замка, — и начали громоздить у входа стеклянные валуны, намереваясь замуровать пленников заживо.
— Горе, горе! — воскликнул Джим. — Вот и настал конец нашим приключениям.
— Если бы здесь был Волшебник, — причитал, всхлипывая, один из поросят, — уж он бы не дал нас в обиду.
— Надо было позвать его и Дороти, лишь только на нас напали, — согласился Эврика. — Но ничего, друзья мои, мужайтесь, я постараюсь добраться до хозяев и привести их сюда на подмогу.
Вход в пещеру был почти весь завален, но котенок успел прыгнуть в ещё оставшееся отверстие и бросился стремглав бежать по воздуху. Мангабуки видели, конечно, как он убегал, и некоторые пытались даже достать его своими колючками или догнать по воздуху. Однако Эврика был легче любого из Мангабуков, и если они могли подняться над землей всего на пятьдесят метров, котёнок с лёгкостью взлетел на все сто. Он бежал высоко над головами своих преследователей и вскоре оставил их позади.
