гарантирую, что всё это было на самом деле. — Я действительно не могла поручиться за свою странную, похожую на решето память.
Блордрак вздохнул, потёр пальцами виски и тихо сказал:
— Нужно всё обсудить, но не здесь. Я приду вечером. Прогуляемся по территории. Тут есть пара укромных мест, где точно не будет шпионов Доргана.
Он выразительно посмотрел в сторону Мартиона, который заметив столь пристальное внимание к своей персоне, улыбнулся нам шире чеширского кота и отсалютовал стаканом сока.
Когда Никей ушёл, я неохотно вернулась за прежний столик, не зная, как теперь вести себя с новоявленным родственником, а главное, как проверить полученную информацию. Не спросишь ведь, не планирует ли он на мне жениться с благословения Доргана?
— Неужели твой строгий жених не запретил тебе со мной общаться? — усмехнулся Мартион. — Он так смотрел, словно взглядом хотел прожечь.
— А если запретит, ты отстанешь? — спросила, нащупывая почву для дальнейшего разговора.
— Не могу, у меня приказ, — с обезоруживающей улыбкой развёл руками Мартион, удивив таким прямым ответом.
Неужели, сейчас сам всё расскажет? Вряд ли, скорее отшутится, как обычно.
— И какой же? Преследовать меня по пятам?
— Не преследовать, а оберегать, — возразил парень непривычно серьёзно. — Ты уже забыла, как с крыши упала, или как тебя чуть не задушила та психопатка? В академии ещё больше опасностей. Эйр Дорган просто не хочет, чтобы с тобой что-то случилось.
— И это всё? — уточнила недоверчиво. — Больше тебе от меня ничего не нужно?
— Нужно, конечно. Хочу подлизаться и заручиться покровительством сильного проводника, — улыбнулся парень ещё шире. — В будущем это пригодится, учитывая, что ни сильного дара, ни блестящих перспектив у меня нет, — повторил он слова Никея, снова удивив неожиданной откровенностью. В то же время было ясно, что большего от него не добиться.
— Ладно, — вздохнула, понимая, что от Мартиона мне не избавиться. — Но ты не мог делать это не так навязчиво? Могу я хотя бы поесть без присмотра телохранителя? А то кусок в горло не лезет.
Да и еду проверять при нём не хотелось. Расскажет деду, а тот неизвестно какие выводы сделает. Об этом я как-то не подумала, соглашаясь с ним пообедать.
— Хорошо, но если что — я рядом! — заверил блондин и приземлился за один из дальних столиков, разбавив компанию двух симпатичных девушек, кажется, искренне обрадовавшихся его появлению, а я, наконец, смогла спокойно пообедать.
* * *
Укромным местом, о котором утром говорил Блордрак, оказалась полуразрушенная беседка в дальнем конце сада, практически полностью оплетённая густым подобием плюща с мелкими жёлтыми цветами.
Из-за того, что солнечные лучи сюда не проникали, в беседке царил уютный полумрак. Внимательно осмотревшись и наложив какие-то чары, целитель сразу перешёл к делу.
— Что именно говорила твоя мать, когда запрещала вспоминать события той ночи? — спросил он, когда мы удобно устроились на очищенных и подогретых с помощью магии каменных скамьях.
Я задумалась. Вот прямо всё рассказать точно не получится — информацией об обмене душами я делиться, пока не готова. Придётся довольствоваться частью правды.
— Только то, что это опасно. Ещё она сказала, что пыталась защитить меня и другого ребёнка. Не спрашивай, что это значит — понятия не имею.
— Какого ещё ребёнка? — нахмурился Никей. — У тебя ведь нет братьев и сестёр.
— Нет, — если, конечно, отец от меня ничего не скрывает.
— О том, что в доме находились другие дети, в отчётах нет ни слова. В числе погибших был только кто-то из прислуги. Некий Армус Гуар. Помнишь его?
— Нет, к сожалению. А что он там делал? Обычно в ночь Ёхвы слуг отпускают по домам.
— Вот именно, — Никей задумчиво потёр переносицу. — Может, ребёнок был с ним?
— И куда потом делся? А что, если мама была беременна и имела в виду ещё не родившегося малыша?
Это предположение заставило Блордрака помрачнеть, хотя я вовсе не подразумевала, что таинственный ребёнок был плодом запретной связи Аделы и его отца.
— Тогда этот факт тоже был бы указан в отчётах, — помедлив, сухо возразил он.
Я вздохнула, понимая, что такими темпами и методами нам ничего не выяснить.
— Так мы будем гадать бесконечно. А можно как-нибудь восстановить воспоминания?
Никей скептически покачал головой.
— Думаешь, целители не пытались этого сделать? Уверен, твой отец нанимал лучших специалистов, чтобы ты быстрее поправилась. Если не вышло тогда, теперь даже пытаться нет смысла.
Я с трудом удержалась от возражения, напомнив себе, что он не знает всей истории — когда целители пытались помочь, в этом теле уже была чужая душа и память, соответственно, тоже.
— Но ведь, увидев сову, я вспомнила, что слышала их крики. Нужно попробовать ещё раз.
— Посмотреть на сову? — не понял Блордрак.
— Нет, на неё я уже насмотрелась! Давай возьмём иргаль. Нужно найти место, где его очень много. Так чтобы запах до тошноты пробирал, как в моих снах. Если это сработает, я смогу ещё что-нибудь вспомнить.
— Есть такое место, — помедлив, кивнул Никей. — Недалеко от моего замка. Но тебе пока нельзя покидать академию.
— Что, вообще никак? Даже на пару часов? — Я уже настроилась на эксперимент с памятью и была разочарована. Неизвестно, когда мне дадут такое разрешение, а проверить свою задумку хотелось побыстрее.
— На несколько часов, пожалуй, можно устроить. У моей мамы скоро день рождения. Будет небольшой званый вечер. Ты как член рода тоже должна присутствовать. Думаю, ректор согласится отпустить тебя под мою ответственность, — подумав, предложил целитель. — А после мероприятия заедем в рощу иргаля.
— После мероприятия? — Ох, не понравилось мне это уточнение. Значит, присутствовать на помпезном аристократическом сборище всё же придётся. — То есть мне понадобится праздничное, в смысле вечернее платье?
— Да, ты говорила, что у тебя есть подходящее, вот только… — Никей окинул меня внимательным оценивающим взглядом и довольно усмехнулся: — кажется, сейчас оно будет тебе немного великовато.
Надо же, заметил всё-таки. Мелочь, а приятно.
ГЛАВА 6
Почему-то именно поиск платья стал вдруг проблемой номер один. Мне ещё далеко до идеальных форм и подобрать одежду, в которой не буду похожа на пивной бочонок, обтянутый мешком, сложно.
Никей предложил обратиться за помощью к его дальней родственнице — тоже адептке академии, но я предпочла на следующий день после занятий наведаться в школу. Во-первых, хотелось взглянуть на то самое подходящее платье (в перенесённых вещах я ничего похожего не обнаружила), во-вторых, у меня имелась более подходящая кандидатура на роль консультанта по местной моде.
С трудом отговорила Мартиона сопровождать меня, пообещав, что вернусь через полчаса. Зато он дал мне свой
