нашем договоре нет ни слова о том, что ты имеешь право оскорблять меня, Ник. Ни единого. Так что будь добр, держи своё мнение на мой счёт при себе. Меня оно не волнует.
— Тогда к чему эта истерика? — он взял ещё один стакан и поставил на стойку рядом со мной.
— У меня нет истерики! Я жалею, что связалась с тобой, только и всего! Не зря говорят, что нужно опасаться людей из прошлого — от них одни проблемы.
Его, казалось, ничем не проймёшь. Получил, что хотел и успокоился.
— Ты закончила? Тогда давай выпьем за сегодняшний день. Ты хорошо справилась.
— Сам пей за сегодняшний день. Да, если ты забыл, я не пью крепкие напитки. Мне не нравится вкус, — сказала, глядя ему в глаза. — А теперь я выбираю только то, что мне нравится, а не то, что предложат. Повзрослела, Ник, и поумнела.
Он отставил виски в сторону. Убрал стакан на прежнее место — всё в напряжённом молчании. Пиджак его был расстёгнут, ворот рубашки тоже. Я почему-то вспомнила, что сегодня на нём не было галстука, ещё, что он чувствовал себя свободно, в отличие от меня. Это я боялась сделать что-то не так — показаться глупой, неуклюжей, но не он. С каждым часом, проведённым рядом с Ником, пропасть между нами ощущалась сильнее. Что было бы, если бы я не вышла замуж за Валеру? Что, если бы эти шесть лет была вместе с Ником? Как бы сложился этот день?
— Продавщица в отделе сыров хорошенькая, — бросила я. — Заметил? Как раз в твоём вкусе. Вкусы у мужчин редко меняются.
— Продавщица?
— Ну да, девушка, которая резала сыр, когда мы ходили по залу. Ты очень мило с ней пообщался.
Он сдвинул брови, словно не понимал, о чём я.
— Я с ней не общался. Спросил, как ей отдел и оборудование, только и всего.
— Ну да. Вот и говорю — мило. Ты можешь вернуться, если что. До закрытия времени полно.
Он вглядывался в меня. Я отвернулась, и взгляд упал на выстроившиеся в баре бутылки: ликёры, крепкие напитки… Всё элитных брендов. Из ассортимента обычных магазинов ничего.
Я отошла к окну и, повернувшись к городу, дотронулась до кольца. Давным-давно я мечтала о кольце Ника. Пусть бы оно было без камней — самое простое, но от него.
— Так зачем тебе всё-таки я? — спросила, не глядя на него.
— Сама как думаешь?
Я не думала никак. Просто не знала, и потому это было бессмысленно.
— Мы играем в угадайку? — повернулась на сто восемьдесят градусов. — Я — пас.
— А если поставим на кон что-нибудь ценное?
Я засмеялась. Смех был рваным, колючим, лающим.
— Опять твои намёки? Нет, Ник, уколоть меня больше не получится. Но, знаешь, если я для тебя — меркантильная сука, давай. Ценное? М-м… Я сняла кольцо и положила ровно на то же место, куда до этого он. — Вот моё ценное. Больше ценного у меня ничего нет.
— Отлично. Отгадаешь — оно твоё, оставишь себе.
— Мелочно, ну да ладно. Чего от тебя ещё ожидать? А если не угадаю? Что получишь ты?
— Когда всё кончится, заберу кольцо.
Я ждала большей изобретательности, но он решил, что с меня достаточно этого. Виски в его стакане стало меньше наполовину. Я присела на высокий барный стул и скинула одну туфлю.
— М-м… — сладко застонала, прикрыв глаза. — Три попытки?
— Да.
Я посмотрела на кольцо, мимолётно — в глаза Нику и смущённо улыбнулась. Сука меркантильная? Расчётливая? На этот раз именно так, дорогой бывший.
— Попробую. Тебе нужна видимость серьёзного предпринимателя для какой-нибудь сделки. Твой партнёр… Не знаю… Для него важны семейные ценности, и он имеет дело только с женатыми или с теми, кто в серьёзных отношениях.
Уголок губ Ника дёрнулся. Он качнул головой и занял соседний стул. Я бы могла дотянуться ногой до перекладины его стула, и, если бы пыталась соблазнить Ника, так бы и сделала. Но нет — это слишком просто.
— Ты не пробовала писать романы?
— Нет. Но после нашей с тобой встречи подумаю об этом. Представь себе сюжет — он, она… Он — та ещё скотина.
— Скотина? — с интересом переспросил он.
— Угу. Обязательно скотина. И вот… Они встречаются через годы.
— Через шесть лет?
— Почему? Можно и через десять? Или… — я наигранно засмеялась, чуть запрокинув голову. — Ник, ты же не думаешь, что это роман о нас с тобой? — перестала смеяться, снова посмотрела ему в глаза и улыбнулась. — Или думаешь? Правда думаешь?
— Были предположения. Но тем лучше, если нет. Когда мне понадобится выпустить книгу о своей биографии, я обращусь к профессионалу. Чтобы не было вымыслов и выворотов фактов. А что касается твоей первой попытки — нет, Ева. Я имею дело только с адекватными людьми, для которых значение имеют дела, а не семейное положение. Если моим партнёрам нужно убедиться в том, что я серьёзно веду бизнес, они изучают документы или приходят в офис «Афина групп». Ты перечитала женских романов.
— Это была всего лишь попытка, — пропустив его колкость мимо ушей, ответила я. — Попробую ещё раз: — Ты хочешь меня вернуть и придумал всё это, чтобы я была ближе.
Он долго смотрел на меня, а потом захохотал. По-мужски, но искренне, и это было откровенно неприятно. Я поставила ногу на перекладину своего стула, напомнила себе, чего я хочу и заткнула подальше желание уйти, наплевав на его дурацкую неустойку.
— Третья попытка, Ева. — Он бокалом подвинул ко мне кольцо.
Я не спешила отвечать. Попыталась поменять нас местами, но это ни к чему не привело. Женские романы… Да, если бы я писала книги, герой бы так и сделал — притащил к себе героиню и под дурацким предлогом вернул бы, ползал бы перед ней с розами в зубах, умоляя простить за прошлое. А она бы, непреступная и холодная, как айсберг, воротила нос. Только Ник не был героем романа, тем более, моего.
— Если честно, понятия не имею, — призналась я. — Может, у тебя уже есть девушка? Вы поругались, она кинула тебя… — я провела пальцами по кольцу, глядя на сверкающие бриллианты.
— А дальше?
— Дальше… Говорю же, не знаю, — подняла взгляд. — Ты захотел, чтобы она поревновала и поняла, какой ты популярный. Или назло ей… Пусть локти кусает.
— Тебе точно надо книги писать. — Он залпом допил виски.
— Несколько часов назад ты говорил, что из меня получилась бы хорошая актриса, — напомнила я.
— Как выяснилось, у тебя много граней. Но всё сводится к одному —
