того, умыкнет он эти вещицы или нет.
Хотя… Это Нифонтов, он ещё тот змей, не то, что добрый и наивный я. Не исключено, что он располагает расширенной информацией по данному вопросу, потому и согласился влезть в эдакий блудняк.
Но это его дело. Я — пас. Ей-ей, лучше всю охрану Носова Маре скормить и тем самым обезопасить себя от их мести после смерти патрона. Оно дешевле выйдет.
— Шутишь? — заулыбалась ведьма — Да? Просто ты же вроде людишек, что своими друзьями числил, жалел всегда, за их глупости из своего кармана платить брался.
— Жалел, было такое — не стал спорить я — Вот только сейчас мне себя жальче, чем кого-то другого. Я, бабка Дара, на тот свет не стремлюсь, мне и тут хорошо. Больно в тамошних туманах сыро да серо.
— Стало быть, ты в Нави побывал? — блеснула глазами старуха — То-то ее помянул только что. Силу набираешь, Ходящий, дорожку торишь, по которой если что уйти за окоем можно. Умно, умно. А что до предложения моего — так ты все же подумай, не отказывайся сразу. Да и поторговаться всегда можно. Сделка без торга не сделка. Верно?
Она приложила руку к уху, как бы говоря «созвонимся», подмигнула, да и пошла к своему дому, причем бодрой походкой, без шарканья ногами и держания за поясницу.
И ведь ни слова не сказала о том, что, мол, молчи об услышанном, никому не рассказывай, что я собираюсь закадычную неприятельницу чужими руками обнести. Знает, зараза, что я и так этого делать не стану.
— Ведьма — тихо произнес я и сплюнул себе под ноги.
— Она и есть — подтвердила Дарья Петровна, слух которой, похоже, был получше, чем даже у меня.
В этот момент снова запиликал уже опостылевшую мне мелодию телефон, я глянул на экран, и не особо скрывая недовольства, рявкнул в трубку:
— Да, Ольга. Что ещё?
— Александр Дмитриевич, я очень извиняюсь, но дело в том… — немного неуверенно попыталась завести разговор девушка-референт, как видно, немного ошарашенная моей экспрессией.
— Прошу прощения за повышенный тон — сказал я — Вы тут, собственно, не при чем, вам сказали, вы звоните. Причем даже не сам Носов, наверняка, распорядился, а какой-нибудь его заместитель. Только результат, при всей моей симпатии к вам, будет тот же самый, что и полчаса назад.
— Просто… — снова заикнулась было девушка, но и в этот раз я ее не дослушал.
— Давайте я вам кое-что поясню. Ольга, милая, поверьте, это не хамство с моей стороны, не тщеславие, и даже не завышенное сверх меры ЧСВ. Нет-нет-нет. Простите за банальность, но в этом мире люди делятся на тех, кому что-то надо от тебя и тех, от кого чего-то тебе самому требуется. Мне от вашего шефа вообще ничего не нужно, потому у него нет никаких оснований назначать место и время встречи. Я не его сотрудник.
— Да дадите вы мне сказать или нет? — неожиданно громко произнесла девушка — Я поняла вашу позицию с первого раза, донесла ее до своего руководства. Мой начальник передал ваши слова Илье Николаевичу, тот, насколько я поняла, также принял их к сведению, и сообщил, что по возвращению в Москву он сразу же вас наберет. Сейчас, увы, в этом нет смысла.
— А он где? — уточнил я.
— Не могу вам ответить на подобный вопрос, это конфиденциальная информация.
— Ой да ладно! Если порыться в сети, то там наверняка уже указано куда ваш шеф намылился. Ну, а если вас смущает тот аспект, что после безопасники вам а-та-та за болтливость сделают, то я принимаю этот ваш грех на себя. И если что, перед Александром сам за него ответ держать стану.
— И все-таки — нет — в голосе девушки появились веселые нотки — Но он в пределах нашей страны.
Однако, резво старичок за дела принялся. Такими темпами он и впрямь себя живенько в гроб загонит. Мандрагыр средство хорошее, но и у его силы пределы есть.
— Ольга, а вы замужем? — поинтересовался я у сотрудницы Носова. Не знаю отчего, но мне понравился ее голос, было в нем что-то такое, что меня притягивало. Может оттого, что он был неподдельно живой? Или потому, что непосредственно этой девушке от меня вообще ничего не нужно было? Служебное, понятное дело, не в счет.
— Нет — ответила она — Александр Дмитриевич, я рада, что смогла передать вам…
— Простите за ещё одну банальность, но что вы вечером делаете? — в который раз перебил я собеседницу — Может, сходим куда-то? Ну, если вы сочтете подобное возможным. На всякий случай — я не стар, не слишком глуп, не слишком нагл, и, если верить моим знакомым женского пола, не совсем уж урод, как внешне, так и морально.
Скрипнула молния рюкзака и в затылок мне принялся дышать любопытный Родька. Видать, не все ему там, внутри, слышно было.
— Всякое за время работы случалось, но вот вы меня удивили — выдержав паузу, призналась Ольга — И сильно. Всего доброго.
— Буду ждать звонка — ответил я, и на том наша беседа закончилась.
— А ежели она кривая да косая? И черти у нее на личике горох молотили? — поинтересовался у меня слуга — Ты ж ее в глаза не видел, а уже собрался куда-то вести, может, даже кормить за свой счет! Эх, хозяин, ничего-то ты в жизни не понимаешь!
Ну, насчет кривая да косая — это вряд ли, никто референта или кем там Ольга является, с такой внешностью в офисе держать не станет, как бы это дискриминационно не звучало, но вообще странно. С чего это меня так растопырило? Только потому, что она не похожа на всех остальных женщин, что вокруг меня, который год крутятся? Тем, что она обычная?
Странно. Нет, правда странно. Неужто до такой степени меня все достало?
— Отбываешь уже? — раздался из-за кустов козьей ивы голос дяди Ермолая, а следом за тем он и сам предстал передо мной — Вроде не собирался?
— Ну, вот так — развел я руки в стороны, чуть при этом не скинув со спины Родьку, который немедленно возмущенно заверещал — Бывает.
— Жизнь — понимающе кивнул леший — Это понятно. Но ты же ненадолго, верно? Имей в виду, нонешний год земляники немного будет, больно весна выдалась холодная, потому сойдет она быстро.
— Да мне Антип по этому поводу уже мозг поклевал — вздохнул я — Варенье ему, видишь ли, варить приспичило.
— Дело хорошее — лесовик недовольно глянул на
