справлюсь со всем и без вас, во что бы то ни стало справлюсь!
Она разворачивается и уходит.
— Госпожа, я нашла ваш шарф! — слишком громкий восклик вбежавшей в светлицу горничной заставил ее вздрогнуть и замереть. Она обернулась, скользнув взглядом мимо меня, и виновато улыбнулась крестьянке.
— Благодарю тебя, Мира!
Тонкая белая ручка подхватила принесенный шарф, а я зацепился взглядом за темные синяки, проступающие на нежной коже, снова возвращая меня в тот момент, где я увидел испуганную, заплаканную, побледневшую, с обескровленными губами девушку в руках другого. Тогда я отчетливо понимал, что хочу убить Белова, причинить ему боль за каждый сорванный с ее губ вскрик, за каждую пролитую слезинки и за каждый украденный у нее глоток воздуха… Она действительно безразлична мне или уже нет…?
Я смог уйти, не проронив больше ни единого слова. Горькое и едкое раздражение будоражило мой разум, раз за разом напоминая мне о прошедшем вечере, о том, какими мягкими и податливыми были ее губы и какими чистыми казались ее необыкновенно красивые голубые глаза, которые больше никогда не посмотрят на меня так.
После этого мысль о предстоящей встрече с дядей, который сегодня должен был вернуться в город, уже не пугала, а дурацкое приглашение на свадьбу не жгло руку. Я скажу ему все как есть, и пусть сами разбираются в творящемся вокруг фарсе! К черту все!
Глава 9
Утро не принесло мне ничего хорошего. Впрочем… я и не ждала от него лучшего!
Я не могла заставить себя поговорить с Алисой о поступлении в пансион, пока не определюсь с выбором и не приду к осознанию, что так действительно надо, что так безопаснее и что она справится!
Еще я получила записку от графа Крайнова, который «обрадовал» сообщением о том, что к обеду будет в поместье в компании моего «родственничка», видимо, подразумевая сына Богданова!
Но больше всего меня добило короткое послание от герцога Богарне, который тоже желал встречи и даже настаивал на том, чтобы она состоялась, как можно скорее! Светлый лист бумаги дрожал в моих руках. Я не была уверена, стоит ли мне идти на этот шаг, но… почти знала, чувствовала, что все равно решусь…
Я попросила Алису не беспокоить меня, ссылаясь на важную деловую встречу, и, когда слуги сообщили о появлении экипажа, тревожно комкала платок в руках, все еще надеясь, что слова Крайнова окажутся фикцией.
В доме был портрет графского сына, который я давно приказала снять со стены и убрать на чердак. Поэтому, увидев молодого человека, я сразу узнала его. Слуги смотрели на мужчину широко распахнутыми глазами, как на ожившего мертвеца, а Демьян даже перекрестился при виде своего барина.
Олег Бориславович был мужчиной около тридцати лет, не высок, несколько худощав, с злобным и неприятным прищуром. Глубоко посаженные глаза смотрели на меня с пренебрежением и наглой насмешкой, губы кривились в подобии улыбки, которая все больше напоминала оскал.
Константин представил нас друг другу и на торжественной ноте сообщил «ничего не подозревающей» мне, что сын моего покойного супруга чудесным образом выжил и вернулся в Россию сразу, как только «поправил свое здоровье», дабы побывать на могиле отца и вступить в права наследования.
— Очаровательное создание, Господин Крайнов! — произнес он, когда официальная часть этого «представления» была завершена.
— Я рада нашему знакомству! — вежливо отозвалась я.
— Увы не могу сказать того же о вас, дамочка! — фыркнул в ответ мужчина, по-хозяйски оглядываясь по сторонам и деловито направляясь в МОЙ кабинет!
— Не будь так груб, Олег! — вставил свои пять копеек «жених», тут же проследовавший за гостем.
— Она это заслуживает! Убийца, безжалостно отравившая старика! — он уселся в МОЕ кресло и посмотрел на меня, как на жалкое ничтожество.
Я с трудом сдерживалась, чтобы не броситься вышвыривать вон этого наглеца! Но какой толк от этого? Что если слуги больше не подчиняются мне? Какую роль в этой игре отвел для себя Крайнов?
— Я не убивала вашего отца! — решительно говорю ему.
Мужчина поигрывает ножом для резки бумаги и смотрит на меня из-под густых бровей осуждающим взглядом.
— Неужели? Рассчитывайте, что я поверю в эту историю с сердечным приступом? У нас в роду никто из мужчин не умирал раньше восьмидесяти! А мой отец никогда не жаловался на больное сердце, так почему же я вдруг должен поверить в эту грустную сказку про несчастную невесту? Признаюсь, история о вашем неудавшемся трагическом самоубийстве впечатлила меня, но не настолько, чтобы поверить в вашу невиновность! — он принялся рассматривать бумаги на моем столе, небрежно перекладывая их с места на место.
— Чего вы хотите? Мы взрослые люди и вполне можем договориться обо всем без грубых и беспочвенных обвинений! — скрестив руки на груди, спросила я.
— Возможно, вы правы! Собирайте свои вещи и немедленно убирайтесь из моего дома! И тогда я не стану обвинять вас в убийстве своего отца! Ну что, согласны? По-моему, это очень великодушное предложение с моей стороны, сударыня!
— Да что вы себе позволяете! — я злюсь и вскакиваю, едва не опрокинув стул.
— Риана, успокойтесь, душа моя! — ласково одергивает меня Крайнов, который все это время стоял за моей спиной.
Я оборачиваюсь и гневно сверлю взглядом своего жениха.
— Успокоиться? — рычу сквозь зубы.
— Да, именно! Олег Бориславович несколько скор на расправу, но у нас с ним имеется кое-какая договоренность и, если ты усмиришь свой пыл и не станешь рубить с плеча, все закончится благополучно.
— Кажется, эта особа намерена отобрать у меня то, что принадлежит мне по праву, Константин! — потрудился уточнить графский отпрыск.
