стало после того, как Лес сожгли?
Гай знаком показал Кауло, что готов сменить его на вёслах. Они поменялись местами, и лодка сразу прибавила ходу.
Вскоре они почувствовали запах, в котором Мира с содроганием узнала вонь сгоревшей плоти. А затем им открылась жуткая картина: Леса больше не было. На берегу, где раньше стояли стеной вековые деревья, торчали обугленные пеньки. Земля во многих местах была вздыблена. Казалось, здесь поработал гигантский бульдозер. Мира всматривалась вдаль, пытаясь разглядеть крепость, но за дымом не могла ничего разглядеть. Ей казалось, что она сошла с ума. Или мир вокруг сошёл с ума... Но в реальности такого точно быть не может!
А затем над рекой поплыл медный гул, и покорёженная, изуродованная земля вторила ему стонами. Мира закрыла руками уши, но медный гул было не заглушить. Теперь он звучал в голове, отдавался биением сердца, разливался по телу с каждым толчком крови.
Леса нет.
Леса нет.
Леса нет.
— Слышите? — спросила Мира, переводя взгляд в Гая на Кауло.
— Что? — отозвались они в один голос.
— Кто-то звонит в колокол.
Спутники отрицательно покачали головами.
— Понятно, — угрюмо проронила она и вновь посмотрела на догорающий остров. Дым стал особенно плотным, от него слезились глаза и подступал удушливый кашель. Мира прикрыла лицо краем плаща.
Внезапно она заметила на берегу движение. Кто-то бегал вдоль кромки реки и размахивал руками.
— Смотрите! Там кто-то есть! — воскликнула Мира, хватая Гая за руку. И тут же закашлялась от едкого дыма.
Гай бросил взгляд через плечо, но опять вернулся к гребле. Равнинный вгляделся вперёд.
— Кауло узнаёт пленного кукра, — сказал он после паузы.
Мира поняла, что он говорит о кукре, которого они лесные дружно ловили на крыше, и который потом первым признал в Хадаре своего хозяина. Кажется, его зовут Ром.
Ещё раз взмахнув руками, кукр бросился в воду и поплыл к лодке. Вот его голова появилась в паре метров, а затем он вцепился в борт и одним махом перепрыгнул через него. Лодка угрожающе закачалась. Водоросли облепили Рома, словно пиявки.
— Где Хадар? — спросил у кукра Гай.
— В Элсаре, — ответил он, снимая с себя водоросли и выбрасывая их в Реку. — Лесной воин прилетел на канжди и сказал, что на них напали и им нужна помощь. Хадар занят восстановлением Элсара и не может уехать. Так что он отправил меня во главе отряда сюда. Мы выгнали их, — закончил он и в голосе прозвучало что-то похожее на гордость.
Мира удивилась: она не думала, что кукры могут испытывать эмоции. Если бы не костяная нога, которую он положил на борт, то Рома можно было сейчас принять за живого.
— Где Вилюн? Ты видел его? — спросила Мира, всматриваясь в мёртвые глаза Рома.
— Он ранен, но, когда я видел его в последний раз, был жив, — бесстрастно ответил тот.
Мира молитвенно сжала руки. Мысленно опять обратилась к лесному магу — и вновь не получила ответа.
— Много вас прислал Хадар? — спросил Гай.
— Пять десятков и наследник Тиред.
— Тиред?! — изумлённо переспросила Мира.
— Да, он временно передал управление городом хозяину, а сам приехал спасать лесных. Нельзя бросать в беде соседа.
Гай с равнинным переглянулись.
«Ловко Хадар от Тиреда избавился, — подумала Мира. — И главное, бескровно».
Если бы она сама не была всё это время рядом с Хадаром и не была уверена, что он не связывался с Абрахазом, то могла бы предположить, что нападение на Лес подстроил он. Слишком уж быстро Хадар сориентировался, как встать во главе Элсара так, чтобы это выглядело благородно.Но Мира не верила, что Хадар может быть настолько циничен и отблагодарить лесных подлым предательством. Однако, против её воли, в душе занозой засело подозрение. Слишком уж быстро Хадар сориентировался, как встать во главе Элсара так, чтобы это выглядело благородно. Мира тряхнула головой, отгоняя чёрные мысли.
— Где Тиред? — спросил Гай у кукра. — С ним всё в порядке?
— Конечно. Мы его даже близко к врагам не подпустили, — ответил кукр.
Тем временем, равнинные на плоту подплыли ближе к лодке, внимательно слушая разговор.
— Расскажи нам, мёртвый человек, что здесь случилось, — сказал один из равнинных.
Кукр посмотрел на небо, в сторону, куда улетели серебристые шары.
— Здесь были люди из Закуполья, — сказал он. — И маги тоже были. Когда мы приплыли, они уже разрушили крепость и убили много лесных воинов и равнинных. Мы вступили с ними с бой и побеждали, но они использовали виллов огонь. Он прошёл на Лесом как вихрь, и Леса не стало. После чего они зашли в свои небесные лодки и улетели. Мы пытались помешать им улететь, но не получилось.
Он скорбно замолчал. Все, кто был на плоту и в лодке тоже молчали.
Берег приближался, дым ушёл дальше по Реке, и теперь можно было видеть в мельчайших подробностях весь ужас покорёженной земли. Берег был покрыт обгоревшими трупами людей и животных. Мире хотелось зажмуриться, перестать дышать, слышать и чувствовать.
— Так не должно быть! — прошептала она, ощущая, как по щекам стекают слёзы, а руки сами собой сжимаются в кулаки. Почувствовав боль в ладонях, она разжала кулаки и какое-то время тупо смотрела на крохотные ранки, не сразу сообразив, что это следы от её же ногтей.
Лодка пристала к берегу.
Пошатываясь, словно пьяная, Мира выбралась на сушу. Её облепил тошнотворный запах обожженных тел. Мира старалась не задерживаться взглядом на трупах, боясь увидеть кого-то, с кем сблизилась. А в груди клокотали рыдания.
Внезапно она вновь услышала удары колокола. Она раздавались справа, из-за обугленных столбов, бывших когда-то частью стены крепости.
— Лесной маг там, — сказал кукр, показывая в сторону откуда звучал колокол.
Мира кивнула и хрипло ответила:
— Я уже поняла... Он зовёт меня.
Ни на кого не оборачиваясь, она направилась на звук колокола. Вдруг одна мысль заставила её остановиться:
«Что если шляпу у меня из-под подушки доставала и просматривала Ани? Я же знала, что в крепости завёлся крот и сама предупреждала Вилюна....»
Мира тряхнула головой и с усилием произнесла:
— Нет. Нет. Нет. Хадар не мог так поступить с лесными. Да у него и не было возможности встретиться с Абрахазом!
Но червячок сомнений ворочался в груди, рос, креп, набирал силу.
— Я должна доверять
