вопросами или жалостью, или даже с обвинениями тех, кто потерял близких.
Мой дом полон цветов и еды, так что, возможно, они не винят меня. Возможно, это моя собственная вина.
Я пробираюсь сквозь деревья к дому, в котором, я знаю, хранится тело моей пары.
На страже у двери стоят Дом и Кон. Выражение их лиц смягчается, когда они видят меня, и они открывают дверь. Белый стоит рядом с Джеем. Они не оставляют его одного, как и обещали. Я сглатываю, зная, что должна что-то сказать, но слова сейчас даются нелегко.
— Спасибо вам, — это все, что мне удается выдавить из себя.
— Конечно. — Белый кивает. — Мы дадим вам минутку.
Мой взгляд переходит на Джея, и я отступаю. — Нет, нет, это - нет. — Я отворачиваюсь, не в силах смотреть на его опустошенный труп. Это просто слишком реально, слишком холодно и лишено безумия, которое делает его Джеем. Я этого не вынесу.
Я не знаю, как и почему, но я оказываюсь перед грузовиками, которые мы привезли сюда прошлой ночью. Сиденья заляпаны кровью, но мне все равно, я забираюсь внутрь и уезжаю, мне нужно место.
Даже когда я увеличиваю расстояние между собой и моей стаей, я не чувствую себя цельной. Я просто чувствую себя еще более одинокой.
Интересно, буду ли я когда-нибудь снова чувствовать себя хорошо?
Я не помню, как приняла решение прийти сюда, но я снова оказываюсь в штаб-квартире охотников. В свете заходящего солнца тела и кровь выглядят совершенно отчетливо. Интересно, найдут ли это люди, когда почувствуют запах, или охотники позаботятся об этом.
Я брожу по полю боя, вспоминая каждую ужасную секунду.
Я стою над лужей засохшей крови и знаю, что это его.
Отвернувшись, я направляюсь внутрь, вниз через сломанные двери и по другим телам, затем оказываюсь в задней комнате. Тетрим садится в своей клетке, но я отворачиваюсь. Я здесь не ради него, и мне не нужна его язвительность прямо сейчас. Мое внимание привлекает закрытая дверь, и от нечего делать я выбиваю ее.
Может быть, Тетрим чувствует, что что-то не так, или, может быть, он сдался, но он просто молча наблюдает за мной. Дверь разлетается в щепки, и я нахожу компьютерные блоки и мониторы. Склонив голову набок, я вхожу внутрь. Я никогда не была сильна в технологиях, может быть, во мне говорит дикая природа, но я знаю достаточно.
Я просматриваю ноутбук, прежде чем нахожу то, что мне нужно, то, о чем я даже не подозревала, что ищу, и нажимаю запись.
— Прошлой ночью моя стая и я убили всех охотников в этом районе. Мы сделали это неспровоцированно. Охотники пришли в мой дом. Они сожгли мою семью заживо. Они отрубили голову моему отцу на моих глазах. Они убили так много людей, что кровь невозможно смыть даже сегодня. Они также нападали на детей, невинных людей, которые никогда не делали ничего плохого. Вместе с этим электронным письмом, которое я отправляю каждому охотнику, адрес электронной почты которого указан в этом ноутбуке, я приложу найденные мной видеоролики, показывающие их преступления - не только против волков, но и против каждого зверя, как вы нас называете. Вы охотники. Вы поклялись защищать человеческие жизни и невинных, но вы просто используете это, чтобы прикрыть свои нездоровые наклонности, такие как изнасилование и пытки. Вы не солдаты, вы серийные убийцы, и это ваше предупреждение. Мы восстанем. Мы больше этого не потерпим. Каждый монстр будет поставлен в известность. У вас есть два варианта - умереть за свои преступления или навести порядок в доме. Остановите безумие. Убивайте тех, кто причиняет вред невинным, а не тех, кто сам невиновен. Я знаю от своих товарищей, которые были охотниками, что вы затеяли это не для того, чтобы творить зло, а чтобы помогать, так что сделайте это. Поправка. Если вы этого не сделаете, если это не прекратится, запомните мои слова - я выслежу каждого из вас и вырву ваши сердца. — Я нажимаю "Завершить" и прикрепляю видео, прежде чем нажать "Отправить", затем отворачиваюсь и снова ухожу, оставляя Тетрима выкрикивать мое имя.
Луна высоко.
Я весь день избегала других своих партнеров, зная, что если я встречусь с ними взглядом, то сломаюсь. Джей лежит на том же камне, что и мой отец несколькими ночами ранее.
Я не могу смотреть на него. Вместо этого я смотрю на собравшихся, зная, что они ожидают от меня лидерства, но как я могу, когда у меня нет сил даже говорить?
Однако Джей заслуживает моих слов. Он заслуживает гораздо большего.
— Джей был диким. Он думал, что у него нет семьи, но он ошибался. У него были мы. Мы - его семья. — Я облизываю губы, когда капает еще больше слез. — Я всегда думала, что должна все делать одна, чтобы быть сильной, чтобы доказать вам свою правоту, но ему было все равно. Он ворвался в мою жизнь и украл мое сердце и душу. Он сделал их своими, одновременно вручая мне свои. Он не верил, что его следует любить, но я любила его каждой клеточкой своего существа, и теперь его нет, как и любви, которую он принес в мою жизнь. Я потеряла всех. — Я поворачиваюсь, падая на колени. — Я потеряла всех.
Я смотрю на луну. — Пожалуйста, пожалуйста, я не могу так жить. Я выиграла твою войну. Я следовала за тобой и служила тебе неустанно. Почему ты так поступаешь со мной?
Я склоняю голову, когда плачу, и в кои-то веки не нахожу утешения в луне.
Я избегаю ее.
Я отвергаю ее.
ГЛАВА СЕМИДЕСЯТАЯ
Смерть это странно. Я ожидал, ну, я действительно не знаю... чего-то. Просто темнота, в которой я плыву. Я не чувствую своего тела и не думаю по-настоящему. Я просто парю.
Боли нет.
Здесь нет ни сожалений, ни горя.
Никакой любви.
Там просто темнота.
Я не знаю, почему это выбивает меня из колеи, но прежде чем я успеваю это проанализировать, это беспокойство тоже исчезает, начисто смытое темнотой. Я просто существую в небытии.
Внезапно у меня появляется вполне реальное тело, и я падаю сквозь темноту. Все это оцепенение исчезло, и страх, жуть и боль - это все, что я знаю, когда кричу и пытаюсь остановить
