все еще негромко постанывала, закрыв глаза. Стокер, приходя в себя, коснулся губами ее уха, виска со слипшимися от влаги волосками. Невероятная нежность накатила на него, легкие поцелуи легли на скулу, на черный нос, на закрытые веки. Тэсс вздрогнула и как-то судорожно вздохнула, ее ресницы колыхнулись. Коснувшись очередным поцелуем ее виска, Стокер почувствовал на губах соленую теплую каплю и, желая убедиться, что понял правильно, проследил языком влажную дорожку до уголка ее глаза.
— Эй… ты чего? Больно сделал? — Он повернул ее лицо к себе, взял его в ладони, не переставая едва уловимо касаться губами.
Она отрицательно помотала головой, снова всхлипнув.
— Нет… наоборот… хорошо очень…
— Тогда что?.. Тэсс… ну что такое?
— Какого демона ты не сделал это раньше? Какого демона ты не дал мне поцеловать себя тогда, в штабе? — ее пальцы зарылись в волосы у него на затылке, и она обняла его, что есть сил.
— Я испугался. Прости. Испугался того, как дорога ты мне становишься, — он вжался лбом в ее шею, заключив в объятия изящную фигуру, обнял ногами ноги Тэссен, оплел хвостом ее хвост. Он хотел чувствовать ее всю, лежать так вечно, остаться единым целым, чтобы никогда больше не разлучаться.
— Я ждала тебя все эти годы. Лишь тебя любила, — едва слышно прошептала Тэсс ему в ухо.
— Я знаю. Я придурок. Прости! — Он провел носом вдоль ее ключицы, вдыхая ее аромат. — Но теперь мы вместе. До самого конца, помнишь?.. Ты моя навсегда, — выдохнул он ей в самые губы, а потом поцеловал глубоко и до боли нежно.
— Я люблю тебя, Сток.
— И я люблю тебя, — он осторожно перекатился с нее, нашел свалившееся на пол одеяло, накрыл их обоих и снова крепко прижал к себе, устроив ее голову у себя на груди. Пальцами осторожно вытер следы слезинок на лице и поцеловал в нос. — Спасибо тебе, Тэсс… спасибо, что дождалась.
Он сплел их пальцы и устроил руки у себя на груди. Точно там, где билось его сердце.
— И ты меня прости, что не дала по голове монтировкой, не утащила к себе в комнату… ну или не пришла однажды вечером к тебе в кабинет, не разделась и не потребовала заняться со мной сексом. Я же видела, какие ты бросал на меня взгляды! — Она улыбнулась воспоминаниям.
— Ох! Знаешь, сколько раз я представлял, как ты делаешь что-то подобное! Особенно после моего последнего юбилея! На тебе было такое… волнующее струящееся платье, что я боялся, как бы гости не заметили, что у меня стояк! Поэтому и не пригласил тебя танцевать: понял, что стоит прижаться немного, и ты его почувствуешь.
— Стокер! Да… твою ж мать! Ну что ты за идиот такой! Я ж тогда собиралась после праздника прийти и… сказать все, что чувствую, но ты не смотрел на меня весь вечер! А я специально выбирала платье, державшееся на одной пуговице! Решила, что сниму его и выкину в окно, чтобы сжечь все мосты! — Она что есть сил ударила его кулачком в грудь, на что Стокер громко рассмеялся, прижав Тэссен к себе сильнее, и поцеловал.
— Мммм… я же представил эту картину! Поэтому имей ввиду: у меня только что появилась эротическая фантазия, и я очень постараюсь ее реализовать!.. А в тот день я, вообще-то, смотрел! Не просто смотрел: пожирал глазами, пока ты не видела! Кажется, каждую мышцу изучил на твой спине в том соблазнительном вырезе! Едва сдерживался, чтобы не подойти и прилюдно не облапать: при некоторых движениях было видно ямочки над хвостом, от взгляда на которые мне хотелось выть!.. А как твои бедра облегала юбка!.. Огоньку пришлось меня пару раз пнуть и напомнить о приличиях! А потом…
— Что потом?
— Нууу…
— Ты представлял меня, когда снимал напряжение? — игриво мурлыкнула она ему в ухо и погладила кончиками пальцев член от головки до основания.
— Ох, не балуйся!.. Представлял. А потом снова… и снова… Думал, как разворачиваю тебя спиной, задираю юбку, а потом зубами стаскиваю трусики.
— Я не ношу белья под длинными юбками, — низко прошептала Тэсс и почувствовала, как от этих слов вновь напряглась плоть под ее пальцами.
— Ммм… а давай… ты дома всегда будешь носить длинные юбки? — он погладил ее по бедру и поцеловал кончик антенки. — Ты… еще хочешь?..
— Что?.. А! Нет! Просто… мне нравится тебя трогать. Ты против?
— Нет, конечно. Мне приятно.
— Я… не уверена, что сегодня ночью буду готова повторить, — она тихо рассмеялась. — У меня ощущение, что по мне проехал тот самоходный миномет, который мы ремонтировали… пушкой вниз…
Стокер замер на пару секунд, пока до него доходило, а потом заливисто расхохотался.
— О Фобос, Тэсс!..
— И знаешь что?.. Ощущения у меня были такие, будто внутри снаряд взорвался! Оргазм был… просто невероятный! Никогда такого не испытывала!
Стокер чуть отстранился, чтобы видеть ее лицо, и внимательно заглянул в глаза:
— Ты мне сейчас льстишь или серьезно?
— Серьезно! Я… никогда не чувствовала так… Не знала, что где-то во мне есть зона, от стимуляции которой бывают такие мощные ощущения! Будто во мне родилось два солнца разом!
Он тепло улыбнулся, глядя на то, как восторженно блестят ее глаза. Неужели он действительно смог подарить ей удовольствие, которое никто никогда не дарил?.. Значит, он трижды идиот, что не сделал этого раньше.
— Я счастлив, что тебе хорошо со мной, — он погладил ее по чуть отросшему ежику волос и втянул носом аромат ее кожи: Тэсс пахла им, сексом с ним, пахла, как его женщина. Ему определенно нравится этот запах.
Они помолчали минуту, а потом Тэсс хихикнула и, озорно прищурившись, спросила:
— Тебя правда отправляли во френдзону после того, как ты спускал штаны?
Он тяжело вздохнул, а потом фыркнул:
— Правда. И не один раз.
— Знали бы, что упускают!
Стокер вздохнул, обдумывая ее слова, а потом ответил:
— Знаешь, я счастлив, что так получалось. Благодаря этому я с тобой. Благодаря этому я научился быть благодарным тем, кто дал мне шанс. Научился быть осторожным и думать о том, чтобы подарить удовольствие партнерше. Благодаря этому… ты сейчас не разочарована. Я был бы очень расстроен, если бы после стольких лет не смог сделать так, чтобы тебе было хорошо.
— Мне бы с тобой в любом случае хорошо было, — она нежно провела пальцами по его скуле, а он поймал их губами и поцеловал. — Потому что я… люблю тебя.
— Мне мало «хорошо в любом случае». Ты заслуживаешь только лучшего, Тэсс, — он нахмурился, внимательно на нее глядя. — Обещай, что
