ни одной лишней секунды. Разработанная им схема учебно-преподавательской работы выглядела следующим образом. Сначала ученики смотрели видеолекцию, которую он записывал утром за пару секунд на специально сделанную видеокамеру, а потом «разматывал» в нормальную для немодифицированных саларианцев скорость. Мордин в это время восседал за столом и занимался своими делами, но готов был в любой момент ответить, если у них возникали дополнительные вопросы по услышанному. Затем ученики выполняли задания — по услышанной только что и по предыдущей лекции. Мордин по-прежнему восседал за учительским столом и занимался своими делами, но готов был прийти на помощь, если что-то у кого-то не получалось. Поначалу юнцы относились к такому подходу скептически, полагая, что их преподаватель просто строит из себя образованного, надеясь на лёгкие деньги. Но несколько наглядных уроков показали им, что «старый бездельник» обладает вниманием и реакцией боевого компьютера. Ни одна ошибка от него не ускользала, ни один вопрос не мог поставить его в тупик.
А то, что его пальцы под столом стучат по сенсорной панели с частотой пулемётной очереди, а картинки на его персональном экране сливаются в сплошное марево — этого никто из учеников видеть не мог. Устройство для записей пришлось изготовить себе лично из ворованных в разных городах компонентов. Ни один доступный на широком рынке персональный комп его темпов работы выдержать не мог. А заказывать оборудование для спецагентов — все равно, что зажечь ярко-алый знак «Я здесь».
Теоретически он был самым богатым саларианцем на планете. За месяц работы он разработал около сотни новых лекарств, опередивших этот век лет на четыреста. Всё ещё средневековье по его собственным меркам… но больше, чем местные могли бы мечтать. Если бы он мог открыто зарегистрировать патенты на эти препараты, то мгновенно стал бы главой богатейшей фармацевтической корпорации. На практике необходимость держать секретность заметно ограничивала его доходы. Экстранет в эти дни был тем же, чем во времена Мордина — квантовый коммуникатор. Ужасно дорогой правительственной игрушкой, недоступной частным лицам. Планетарные интернеты уже существовали, но раздачей адресов в них ведали службы безопасности кланов. Так что вариант с электронным бизнесом тоже не проходил.
Приходилось работать через платных посредников, отдавая им от четверти до половины прибыли за секретность. Каждая формула шла через отдельного агента. Никто из них не знал других, и крайне редко видел самого Мордина — указания поступали по почте, или иногда в виде подброшенных лично на сверхскорости записок. Агенты, в свою очередь, не сами выходили на рынок, а работали через существующие фармацевтические корпорации, которые «съедали» основную часть выручки. В итоге в его потайных хранилищах оседал едва один процент тех денег, что делали на его открытиях. Но и это были довольно-таки солидные средства по меркам Орста. Свой городок, Квалию, он уже мог бы купить с потрохами.
Кстати, о хранилищах. Пользоваться ими можно ещё лет 80, не более. Пусть медленно, пусть по остаточному принципу, но спутниковая группировка Орста постепенно нарастала. Через два поколения она станет достаточно плотной, чтобы покрыть видеонаблюдением каждый квадратный километр суши. Тогда сверхскоростной жёлто-красный объект в местных степях уже не спрячешь.
Впрочем, через те же два поколения случится Большой Экономический Коллапс, вызванный выходом волусов на галактический рынок — и все сбережения в современной валюте превратятся в пустые бумажки.
Правда, до того времени ещё нужно как-то дожить. С несовершенным анабиозом собственной разработки на это нечего и рассчитывать. Больше двух таких прыжков во времени его организм не переживёт.
Он работал над более щадящей версией анабиозной установки. Основная причина ускоренного старения — не кристаллы льда (с ними он успешно справился раньше), а неоднородное пробуждение разных тканей и даже клеток. В собственном времени Мордин решил бы эту проблему с помощью имплантов, регулирующих биохимическую активность, но сейчас до подобного уровня развития микроэлектроники — как до луны без эффекта массы.
Альтернатива — увеличить скорость заморозки и оттаивания. Если строго одновременно наложить на всё тело поле эффекта массы высокой частоты… Понадобится аналог устройства, генерирующего «Заморозку», только не на пару минут, а на много лет — и способного так же быстро снять её со всего тела. Понадобится термос размером с гроб, экранирующий проникновение всех видов электромагнитных излучений. Понадобится источник энергии, способный питать эту конструкцию.
Где проще всего найти вышеперечисленное (точнее, исходные материалы для него)? На борту любого космического корабля! Корабельное ядро эффекта массы с лёгкостью обеспечит поддержание поля в одной комнате, реактор даст энергию хоть на века (всё же криогенная капсула — это не ракетный двигатель), а уж термоизоляционных материалов в конструкции корпуса — хоть замотайся. И вакуума за бортом — сколько угодно.
Да, конечно понадобятся ещё и подопытные саларианцы. Собой он второй раз рисковать не может.
Зарабатывая деньги в таком же темпе, как сейчас, он накопит на собственный звездолёт примерно за год. Ну, точнее, на то, что может считаться звездолётом в этом веке. Полноценные боевые или исследовательские корабли, способные перейти световой барьер, частным лицам не продают вообще. Яхту для прогулок по системам с Ретрансляторами — в принципе приобрести возможно, но все такие продажи тщательно отслеживаются. Что в его случае — смерти подобно. Снова пойти в угонщики? Далеко не улетишь. Догонят и расстреляют, скорость корабля, увы, от скорости пилота не зависит.
Он также прикупил набор хирургических инструментов. Комплекс навыков никуда не делся, в чём он убедился, вытащив почти с того света несколько заболевших горожан. Так что Мордин планировал произвести на самом себе пластическую операцию, существенно изменив черты лица, как только покинет городок. Скорость и точность его движений позволяла делать такие вещи за считанные секунды, просто глядя в зеркало. Препарат для местного наркоза у него уже был, успешно синтезированный и опробованный. Так что рука не дрогнет.
Заодно нужно будет слегка поправить голосовые связки, чтобы изменить тембр речи.
К концу месяца все его ученики (кроме двух изгнанных в самом начале за лень и бездарность, на место которых тут же пришли новые) успешно прошли строгий экзамен у старого аптекаря. Вопреки опасениям, Мордин совсем не чувствовал себя профессором астрофизики, вынужденным объяснять детям, что Пранас не вращается вокруг Сур’Кеша. Нет, его познания в биологии, конечно, превосходили величайших местных учёных. Но это было количественное превосходство, не качественное. Никаких совершенно нелепых заблуждений или вопиющих научных суеверий у саларианцев этого времени не было — в его сфере, по крайней мере, с физикой сложнее. Иначе с преподавательским креслом пришлось бы распрощаться. Ему бы совесть не позволила втюхивать ученикам заведомую
