живого слуги. Мне говорили, что в Кай-Ноне вы всемогущи, Май Ло.
– Мы, поклоняющиеся предкам, исполняем приказы предков без вопросов, даже если это стоит нам жизни, – сказал мандарин.
Возможно, это правда, но я не верил, что Май Ло соблюдает традиции своего народа. Принц Кай не доверял этому человеку и предупредил меня, что от него можно ждать предательства. Но в мои цели не входило вызывать вражду мандарина.
– Удовлетворите доктора, и вы удовлетворите меня, – заявил я с деланым безразличием.
– Я напишу обязательство, – сказал Май Ло, – в котором пообещаю ваш безопасный проезд в Кай-Нон и возвращение в Шанхай. Если я не выполню это обязательство, пошлите этот документ императору, и он немедленно прикажет меня обезглавить.
– Хорошо, – к моему удивлению, сказал врач. – Это полностью удовлетворяет меня. Пишите обязательство, и я немедленно начну работать над телом принца Кая. Если я хочу добиться успеха, нельзя терять время.
– Какая цена? – спросил мандарин.
– Десять тысяч таэлей[1] и все расходы во время поездки.
– Договорились.
Май Ло спокойно встал и ушел в переднюю каюту, старательно закрыв дверь.
– Хорошо, что он принял наши условия, – тихо сказал мне врач. – Мы должны заставить его поверить, что действительно надеемся на его защиту. Тогда мы сможем следить за ним, ожидая предательства, и будем настороже.
– А император действительно отрубит ему голову, если он обманет? – задумчиво спросил я.
– Несомненно. Ци Ан сейчас не нужны никакие неприятности с другими странами, и когда мы говорим об императоре, мы на самом деле говорим вдове Ци Ан.
Вскоре китаец вернулся и протянул доктору лист бумаги, исписанный китайскими иероглифами. Не способный прочесть этот документ, я подозрительно смотрел на него, но доктор сразу сложил его и положил в свою записную книжку. Потом деловым тоном резко сказал:
– Отведите меня к принцу, Май Ло. Я должен начать работу.
Он действительно начал работу и по всей видимости очень энергично. Пока он проводил предварительную подготовку, у меня был длинный разговор с отцом и дядей Наботом. Я подробно объяснил им наш замысел и получил разрешение действовать. Дядя Набот хотел отправиться с нами – «повидать страну», как он выразился, но я указал на то, что поездка будет долгой и скучной, моему родственнику она не понравится, ведь он полный и страдает одышкой. Больше того, товары, которые мы везем, нуждаются в присмотре, и, если мы, мальчики, не добудем сокровище, наше плавание все равно нужно сделать выгодным более законным путем. Наконец мы договорились, что в Кван-Кай-Нон поедут в обществе доктора только Арчи, Джо и я, и, конечно, нас будут в качестве телохранителей сопровождать островитяне с Южный морей Нукс и Бриония. В этой поездке важно не число, а храбрость, сообразительность и осторожность, которые помогут больше, чем целая армия.
«Чайка» остановится на несколько дней в Вусуне, прежде чем отправиться в Гонконг и в Кантон, и перспектива большого дохода вполне оправдывала дни ожидания.
Договорившись обо всем и познакомив моего отца и дядю с планом доктора, мы приступили к его осуществлению.
В процессе подготовки тела принца к сохранению доктор Гейлорд пользовался только помощью Май Ло, и нужно признать, что мандарин работал охотно и послушно – я бы даже сказал, почти весело, хотя это слово вряд ли можно было использовать по отношению к полностью лишенному эмоций Май Ло.
Подготовка завершилась в полночь, и доктор выгнал всех помощников, заявив, что его «тайный процесс» не допускает ничьего присутствия. Потом доктор, как он впоследствии рассказал мне, завернулся в одеяло и за запертой дверью мирно спал в присутствии трупа до утра.
Май Ло не был допущен в каюту, хотя он день и ночь стоял на страже у дверей.
После завтрака я пошел к нашему плотнику и попросил его изготовить сосновый гроб. Этот гроб мы покрыли черной тканью и закрепили металлическими лентами.
Крышку вдобавок к прочным винтам снабдили тремя «йельскими замками»[2].
Очень скоро вышел врач; он был с закатанными рукавами, выглядел очень деловито, хотя весь день читал роман. Он одобрил гроб, и мы торжественно перенесли его в переднюю каюту и поставили на пол. Май Ло приказали оставаться за дверью, хотя разрешили не закрывать ее, и он внимательно наблюдал со своего места. Тело лежало на койке, с ног до головы обернутое бинтами, которые мы старательно смочили, и от него исходил запах. Я знал, что это запах рома, потому что сам принес в каюту несколько бутылок в резиновом мешке, чтобы сбить с толку Май Ло.
Откинув крышку гроба, мы подняли тело принца и со всеми повязками уложили в гроб. Потом доктор дополнительно полил тело ромом, опустил крышку, запер ее и положил ключ к себе в карман.
– Теперь все готово, – сказал он Май Ло, надевая пальто и собираясь выйти из каюты. – Мне будет необходимо каждые несколько часов сбрызгивать тело моим тайным раствором, особенно в течение следующей недели или нескольких дней. При этом мне понадобится только помощь Сэма Стила. Вы сами не будете заходить сюда, мой друг, и никому не позволите заходить без моего разрешения, так как пары моего раствора могут вызвать на борту еще одну смерть.
Май Ло кивнул, мы вышли, и он запер дверь; я был очень доволен, что обман доктора удался.
В семь часов мы с врачом снова вошли в каюту и провели там полчаса, стоя у иллюминатора – он в этой каюте необычно большой – и негромко разговаривая. Потом мы вышли и провели вечер как обычно; на борту как будто никто не интересовался тем, что в передней каюте лежит тело.
Матросы, обычно всегда суеверные и подозрительные, расспрашивали Арчи и Джо, но, когда им сказали, что доктор сохранил тело, которое будет отвезено в Шанхай, они как будто удовлетворились; однако я знал, что каждый из них испытал бы облегчение, если бы тело похоронили в море.
В полночь доктор постучал в мою каюту, но я не спал и нетерпеливо ждал его появления.
Мы вместе вошли в переднюю каюту; дверь нам открыл Май Ло, который, казалось, никогда не спит. Вначале мы заперли дверь изнутри, чтобы нам никто не помешал, потом зажгли лампу и начали подготовку к самому важному акту нашей комедии.
У меня сильно билось сердце, когда я помог доктору открыть и неслышно откинуть крышку. Затем мы извлекли тело, и доктор быстро и искусно удалил все повязки, открыв по-прежнему улыбающееся лицо мертвого принца.
Мы в разное время тайком пронесли в каюту несколько тяжелых кусков железа
