Исторические сведения о судьбе сокровищ весьма противоречивы. Согласно одним, англичанам удалось захватить драгоценностей на сумму в пять миллионов фунтов стерлингов, другим - только на двести тысяч. Ряд архивных документов свидетельствуют о том, что значительная их часть была все же выгружена на берег, но сохранились материалы, убедительно доказывающие, что весь груз каравана покоится на дне бухты. Впрочем, нет единого мнения и о количестве затонувших судов. Некоторые историки считают, что на пути из Вера-Крус на кораблях вспыхнула эпидемия желтой лихорадки, и эскадра вынуждена была разделиться и идти в разные порты. Другие заявляют, что из девятнадцати галеонов одиннадцать были захвачены англичанами и голландцами. Интересна и версия о том, что драгоценный груз был выгружен на берег Шато-Рено и переправлен французскому правительству. Сторонники этой точки зрения в качестве довода приводят свидетельства о присвоении ему сразу после этих событий чина маршала и полного адмирала. Аргумент довольно веский - ведь не за то же он получил награду от Людовика XIV, что потопил порученный ему конвой? Неизвестна и общая стоимость пропавших сокровищ - никаких документов о погрузке ценностей на испанские суда в Вера-Крус не сохранилось. И все же англичане оценивают их в двадцать четыре миллиона фунтов стерлингов, а американцы - в шестьдесят миллионов долларов.
Так или иначе, но бухта Виго стала своего рода Меккой кладоискательства и полигоном для отработки подводно-археологических методов и водолазной поисковой техники.
Воды бухты помнят первые, не достигшие ожидаемых результатов попытки француза Александра Губерта в 1738 году, и неудачные работы испанцев и англичан. Последним, под руководством Вильяма Эванса, все же удалось поднять несколько серебряных слитков, что нанесло сокрушительный удар по национальной гордости испанцев. Они были настолько ошеломлены его удачей, что запретили искать сокровища представителям нации, потопившей ее галеоны.
«Испанцы с жадным интересом рассматривали эти реликвии полуторастолетней давности, - пишет Маген в вышедшей в 1873 году в Париже книге «Галеоны Виго». - Их фантазия не знала удержу. Ящики с индиго превращались в серебряные вазы, а куски чугуна в серебряные слитки». Вслед за «Мадерой» осмотрены галеоны «Ла Лигура», затонувший в глубине бухты, «Тамбор», и «Алмиранте», но более ценных находок, чем медные тазы, различные сосуды, судовой компас и краска индиго, обнаружить так и не удается. Маген спешит, средства экспедиции подходят к концу, и всему предприятию грозит крах. И вот Судьба, словно подзадоривая банкира, подкидывает ему первый слиток серебра, затем второй, третий. Вскоре вес поднятого серебра составил сто тридцать фунтов. Маген воспрянул духом. Ему удалось быстро распродать акции и вновь, собрав необходимую сумму, продолжить работы.
В это время в Париж вернулся Денеруз. На этот раз он согласился взять на себя руководство работами, но грянула франко-прусская война. Над экспедицией вновь дамокловым мечом нависла угроза краха. Водолазы, не получавшие за свой тяжелейший труд жалования в течении месяца, объявили забастовку. Да и сам Маген был прикован к постели. Немцы осадили Париж. Лишившись возможности действовать, Маген отказался от поста директора.
После неудачных поисков французов в конце XIX века предпринималось еще несколько попыток овладеть кладом. Наиболее масштабными из них были работы американской «Компании по сокровищам бухты Виго», которая существовала почти пятьдесят лет. Им удалось поднять на поверхность один хорошо сохранившийся галеон, но при переноске краном на берег судно переломилось и вновь опустилось на дно бухты.
В 1904 году сокровища Виго привлекли внимание Джузеппе Пино - талантливого изобретателя и инженера, внесшего значительный вклад в развитие мирового судоподъемного и водолазного дела.
Его личность заслуживает особого внимания.
Джузеппе Пино родился в 1870 году в Кьямпо-Арциньяно, в Италии. В восемнадцать лет он переезжает в Милан, где продает свои первые изобретения в области электричества. На вырученные деньги он приступает к работе над созданием подводного шара для исследований морских глубин. Через несколько лет его идея претворяется в жизнь, но молодого конструктора постигает неудача. Жители деревни Ваду, находящейся между Саво-ной и Генуей, где Пино проводит свои испытания, испугавшись «монстра», затапливают его. Тяжело пережив несчастье, Джузеппе продолжает работать над новыми изобретениями и постепенно приобретает авторитет и влиятельных покровителей. Они помогают ему учредить компанию, деятельность которой направлена на совершенствование водолазной техники.
В 1903 году близ Генуи проводятся испытания нового детища Пино - гидроскопа, заинтересовавшего военно-морское министерство Италии. Его аппарат представлял собой стальную шахту, состоящую из нескольких полых цилиндров, выдвигающихся, как у зрительной трубы, в зависимости от глубины погружения. Нижняя часть шахты заканчивалась камерой с 12 оптическими стеклами - иллюминаторами, расположенными вкруговую по всей поверхности, а верхняя - стальной площадкой. Для придания конструкции большей плавучести площадка опиралась на пробковую платформу и закреплялась у борта исследовательского судна. Обследование дна проводилось наблюдателем, сидящим в смотровой камере или с площадки, где могло стоя размещаться до 20 человек. В этом случае изображение передавалось на специальный экран при помощи сложной системы зеркал.
Для «полевых» испытаний аппарата Пино выбирает бухту Виго. Его давно привлекают эти места. Ознакомившись с архивными материалами по затопленным кораблям, Пино заключает с испанским щ правительством договор на проведение водолазных работ. Согласно этому документу, Испании причитается 20% «всех богатств, какие бы ни были добыты».
В конце 1904 года в район поисков доставляется все оборудование, и Пино, полный надежд, приступает к делу.
Помимо гидроскопа в работах используется еще одно изобретение Джузеппе - элеватор для подъема со дна затонувших предметов. Он состоит из двух четырехугольных рам, к которым прикреплены двухслойные эластичные мешки из резины и брезента. Нижняя рама снабжена сильным магнитом, который, по замыслу автора, должен был притягивать железные предметы, и приспособлениями для крепления обнаруженных находок. В мешки насосом нагнетался воздух, и они устремлялись вверх, увлекая за собой привязанный к нижней раме груз. Этот прототип современного понтона должен был поднимать предметы весом до 30 тонн. Расчеты изобретателя оправдались. За время работ удалось извлечь несколько чугунных пушек, четыре паровых котла с английского судна конца XIX века, один из которых весил 70 тонн, золотые статуэтки и несколько серебряных слиткоп. Однако, баснословных сокровищ так и не было найдено.
